Сердца на грани. Выбери меня

Глава 18 [Саша]

Если мысли материальны, что тогда насчёт страхов? Они становятся реальностью, когда больше всего их боишься? Или же такой чести удостаиваются лишь те, что ты спрятал дальше остальных?

За недели устоявшейся учебной рутины я почти смогла убедить себя, что мы справимся с остатком этого года: в конце концов, я даже успела подтянуть Дэна по литературе и сдать статью о Зимнем бале раньше срока. Что могло пойти не так?

Давно нужно понять, что эта фраза действует красной тряпкой на закон Мёрфи.

Последние три дня оказались бесконечным круговоротом проверочных работ, где крику о помощи уже не осталось места. И, помня прошлогоднюю историю, когда одного из учеников отчислили на последнем году из-за низкой успеваемости, несмотря на влиятельных родителей, я любезно отказалась от сна в пользу подготовки. Видимо, это и стало причиной, почему прямо сейчас текст перед глазами расплывается, словно написан на совсем незнакомом языке.

Может, у меня случился микроинсульт? Это один из первых признаков…

Однако вряд ли даже он спасёт меня от гнева Афанасьева: больше скептицизма, чем к бюджетникам, он испытывает только к неучам.

Крепко зажмуриваюсь, приказывая глазам сфокусироваться на оставшихся заданиях, словно от этого зависит моя жизнь. Хотя, наверное, так и есть: этот тест по литературе — один из самых важных и включает в себя вопросы по всему предыдущему полугодию. Мы с Лерой, Ясей, Алексом и Дэном (причина образования такой компании мне до сих пор неизвестна) несколько дней подряд готовились в библиотеке. И, казалось бы, сейчас я должна написать его с закрытыми глазами.

На деле же парни с командой уехали на подготовку к сегодняшнему матчу и напишут тест позже, а я вытираю потные ладони о края школьной юбки и никак не могу усмирить внезапно участившееся дыхание.

«Всё будет хорошо», — звучит в голове голос мамы, который, как я и обещала себе после бала, повторяется всё чаще.

— Дамы и господа, попрошу передать мне ваши работы, — произносит Лебедев с другого конца кабинета, заставив меня нервно подпрыгнуть на стуле. Как время, которое на уроке тянется так медленно, что к концу ты будто успеваешь состариться на несколько лет, на проверочных работах обгоняет, кажется, саму скорость света?

В попытке закончить ещё хотя бы одно задание, принимаюсь отчаянно строчить ручкой на листе, не до конца осознавая смысл написанного. У мыслей в голове словно открылось второе дыхание, рождая всё новые идеи для ответа.

— Саша, знаете, как говорят: «В последнюю секунду пишут только завещания и извинения». Надеюсь, у Вас там нет ничего из перечисленного, — прямо над моей головой говорит Николай Викторович, выхватывая из рук листок и, даже не дослушав просьбу, удаляется к своему столу.

Надеюсь, после результата этой работы мне действительно не придётся писать завещание…

— И напоминаю, что всех болельщиков на сегодняшний матч я жду внизу через пятнадцать минут, — окликнул нас преподаватель в конце занятия, пока все не разбрелись.

Мы с Лерой и Ясей сразу же спешим в фойе, чтобы занять задние сидения автобуса, который довезёт нас до манежа. Посещение матча, наверное, единственная уважительная причина пропустить остаток занятий. А нас троих Лебедев взял «по доброте душевной». Выпускников вообще не часто отпускают. Но сегодня финал Зимнего кубка. В прошлом году он вызвал большой ажиотаж у всего города: местный лицей буквально из-под носа вырвал победу, оставив нашу команду с серебром, а Дэна — с непроходящей два последующих месяца депрессией.

— Клянусь, он сведёт меня с ума! — на весь транспорт жалуется Ковалёва, занимая центральное место в задней части салона. — «Валерия, это Ваш шанс внести свой вклад в будущее школы», — пародирует подруга голос директора, пока мы с Ясей рассаживаемся по бокам от неё. — Можно подумать, я не занимаюсь этим всё свободное время, — выдыхает она, положив свою голову мне на плечо.

В такие моменты я как никогда сочувствую подруге. Она больше остальных вложилась в эту школу, хотя ни один из платников не выполняет и десятой части её обязанностей. Но Афанасьев продолжает пользоваться её выдающимися способностями. И вот сейчас поручил организовать кружок для будущих старост, чтобы взрастить в учениках лидерские качества.

— Дай мне своё расписание, — прошу подругу, протягивая руку за её блокнотом.

И пока она с Ясей обсуждает прошедший тест, я погружаюсь в её записи, ужасаясь количеству времени, которое она проводит в школе. Спорю, что иногда она даже ночует в ней. Сердце сжимается, не понимая, откуда в ней столько сил. Да, Лера — мой пример стойкости, но даже для неё это слишком… Вместить окно для нововведённых занятий физически не выходит, иначе я боюсь лишить её последних часов сна. Поэтому, после нескольких минут размышлений, я вычёркиваю единственный возможный вариант — наш проект. По сути, если я займусь всей теоретической частью, а Алекс сделает макет, который уже начал мастерить, то мы прекрасно справимся вдвоём, не перегружая подругу.

За окнами автобуса проносятся заснеженные пейзажи города — причина, по которой матч не смогли провести на нашем школьном поле. А салон впритык заполнен фанатами, мечтающими в живую поддержать любимую команду. Без шуток. Некоторые девочки соорудили растяжки и транспаранты с надписями «номер *вставить нужное* лучший», а одна вывеска и вовсе откровенно боготворит Дэна. Мне эта традиция всегда казалась немного странной, но что я вообще мыслю в футболе?