Сердца под гнётом судьбы.

Глава 8

— Демьян, мне очень жаль, но я не могу так — тихо произнесла Ева, отстраняя руки Демьяна от своего лица. Слезы продолжали бесконтрольно катиться по её щекам, словно не желая останавливаться. — Поверьте, мне бы очень хотелось общаться с вами, узнать вас ближе, но как я могу это сделать? Как я смогу посмотреть в глаза своим родителям, не говоря уже о ваших? Король и королева будут ненавидеть меня всю жизнь, — всхлипывала она, и её голос дрожал от подавленных эмоций. Одним пальцем она наматывала шнурок от своего платья. Прошлый раз она так же делала, заметил Демьян.

Ветер, который нежно шевелил листья деревьев, приносил с собой ощущение полной тишины в парке. Единственным звуком были её всхлипы, разрывающие эту тишину.

— Может быть, мы сможем встречаться втайне от всех, — предложил Демьян, ощутив безвыходность ситуации. Ева удивленно подняла на него взгляд. — В тайне? — переспросила она, вытирая слезы.

— Да, мы будем встречаться в местах, где нет людей. Так будет проще для нас обоих. Согласны? — спросил принц, надеясь на быстрый ответ.

Ева замялась, не зная, что сказать. Мысли роились в её голове: а что, если у них ничего не получится? Что она скажет, если кто-то спросит, где она была? Лгать она не умела, и это придавалось ей страшным бременем.

— Я не уверена, как это можно осуществить, — наконец произнесла она, чувствуя, как внутри её все сжимается от тревоги.

— Просто доверьтесь мне, — мягко произнес принц, беря её руки в свои. Его прикосновение было теплым и уверенным. Он чувствовал, как сердце его наполняется надеждой, когда Ева, хоть и с сомнением, согласилась хотя бы рассмотреть этот вариант.

Внутри Евы бушевали смешанные чувства: с одной стороны, она испытывала желание узнать Демьяна, а с другой — её охватывал страх. Страх перед возможными последствиями, страх перед тем, что их чувства могут стать причиной боли для них обоих.

После глубокого и эмоционального разговора с принцем, Ева приняла решение вернуться первой, чтобы избежать подозрений и сохранить тайну их встречи. Она знала, что никто не должен увидеть ее с ним, и старалась двигаться быстро и незаметно. На пути назад в особняк ей встретилась виконтесса Анастасия.

— Господи, Ева, где вы были? Я уже начала волноваться! — воскликнула она, заметив тревогу в глазах подруги.

— Простите, я просто задремала на лавочке в саду, — с легкой улыбкой ответила Ева, стараясь скрыть смятение внутри.

Анастасия, покачав головой от недоумения, взяла Еву под руку, и они вместе направились в интерьер особняка, где их ждало множество взглядов и ожиданий.

Тем временем, принц Демьян оставался в саду, на том самом месте, где они с Евой обменивались откровениями. Его переполняли противоречивые чувства: радость от того, что они смогли открыться друг другу, и грусть от того, что их мир вновь осложняется. Воспоминания о том, что Ева рассказала ему о своих переживаниях после их встречи в городе, не покидали его. Он сел лавочку неподалеку , и мысли о словах, произнесенных Иваном о Павле, вновь заполнили его разум.

Внезапно он нервно поднял небольшой камень с земли и бросил его в кусты, не в силах сдержать гнев. Как он смеет, думал Демьян, вспоминая о Воронцове, который часто оказывался в центре подозрительных дел, как сообщал ему Денис. Ранее принц не придавал этому значения, полагая, что пока Воронцов не мешает ему, нет смысла углубляться в его дела. Однако теперь, осознав, что тот перешел ему дорогу, Демьян почувствовал, как гнетущая тревога охватывает его.

Он понимал, что должен действовать осторожно, чтобы никто не заподозрил, почему принц вдруг стал настроен против Воронцова. Это было важно, ведь их отношения не имели никаких оснований для конфликта. Сделав глубокий вдох, он собрался с мыслями и решил, что пора идти внутрь, чтобы не вызывать лишних вопросов и подозрений. В его сердце росло желание разобраться в ситуации, но он знал, что сейчас важнее всего сохранить спокойствие и не дать никому понять, что его внутренний мир переживает настоящую бурю.

Вернувшись в свои покои, принц Демьян ощутил, как утомление предстоящего дня окутывает его, но внутренние мысли не давали покоя. Он шагнул внутрь и увидел своего отца, Короля Владислава, который ждал его с явно выраженным беспокойством.

— Отец, — произнес Демьян, направляясь к дивану, — что вас привело сюда в столь поздний час?

Король встал с места, его лицо исказилось от гнева и разочарования. Он протянул Демьяну конверт, словно это был ключ к разгадке.

— Ты хоть представляешь, что ты натворил? Какой абсурд ты наговорил королю Кафернбурга? Что это за подготовка? Ты ведь давным-давно уже готов к престолу! — его голос звучал так, будто каждое слово было наполнено горечью и недоумением.

Демьян бросил мимолетный взгляд на конверт, но вскоре вернулся к привычным действиям — переодеванию. Отец, его гнев и разочарование, казались ему далекими и неважными. В его сердце не было места для титулов и обязанностей, если это значило, что ему придется отказываться от своей свободы выбора, от того, с кем и как он хочет жить.

— Сын, присядь, — сказал Владислав, указывая на диван с настойчивостью, которая оставляла мало шансов на отказ. — Кто она, ради кого ты все это делаешь? — его глаза искали в Демьяне понимания, но в то же время боялись снова увидеть разочарование.

— Я не могу вам этого сказать. Вы можете ей навредить. Я прекрасно вас знаю, отец, и не допущу той ошибки, которую совершил мой брат, — ответил Демьян, стараясь говорить спокойно, но в его голосе звучала решимость.

Король, переведя дыхание, вновь ощутил тяжесть разочарования.

— Я всегда думал, что ты не подведешь меня. Но ты воткнул мне очень острый нож в спину в самый неожиданный момент, — его слова прозвучали почти как предательство.