Сердце Андромеды, или Чёрный Цветок

6

Толпа, гонимая страхом, казалось, двигалась в неопределённом направлении, то заполняя узкие проходы, то выплёскиваясь на широкие пространства, то вновь превращаясь в маленькую бушующую горную речку. На самом деле она текла осмысленно и строго на юг — к вокзалу. Чем дальше моулийцы удалялись от центра, тем глуше становились раскаты канонады.

Через несколько кварталов открылась привокзальная площадь. Во всю её длину выстроились солдаты — трёхметровые великаны, с маленькими круглыми головами и квадратным торсом. С обеих сторон площади, сжимая её в полукольце, ревели моторами боевые машины. Как только появилась толпа, солдаты открыли огонь. Они стреляли из плазменных ружей, превращая всё живое в облака голубовато-серой пыли.

Моулийцы в ужасе кинулись обратно. Рэм увидел направленное на него дуло и отпрыгнул в сторону.

— Быстрей, хозяин, быстрей! — визжал Болтун…

Толпа неслась вдоль улиц, вздуваясь на поворотах, как в тесной горловине колодца. Время от времени в неё вонзались хвостатые стрелы плазмы, и очередная жертва, взлетев словно надувной шарик, растворялась в воздухе.

Пробежав ещё два квартала, Болтун упал плашмя на мостовую и юркнул в подвальное окно, увлекая за собой Рэма. Они оказались в тёмном сыром помещении. В узком просвете над головами мелькали ноги моулийцев.

— Эти форгасы… настоящие великаны, — сказал Рэм, прерывисто дыша.

Болтун облизнул пересохшие губы.

— Нет, хозяин… это только оболочка… бронированный костюм. Форгасы сидят внутри и дёргают за рычажки управления, сами же они тщедушные и ростом не выше меня.

— Наверняка страдают комплексом неполноценности, иначе откуда такая агрессивность?..

Договорить не успели: рядом с подвалом появился летающий «танк» и стал садить из трёх стволов, отрезая моулийцам путь и вынуждая их двигаться в другом направлении. Форгасы явно пытались согнать горожан в какое-то специальное место.

— Берут заложников, чтобы потом требовать выкуп, — сказал Болтун, опасливо выглядывая в окно. — Обычная тактика форгасов.

— Они что, террористы?

— Хуже.

В противоположной стене подвала, под потолком, зияла дыра. Чтобы пролезть в неё, пришлось карабкаться по груде битого кирпича, глотая пыль. Болтун взобрался без проблем, Рэму же пришлось потрудиться, при этом он стесал колени и разодрал живот — «костюм» сдохнина явно не подходил для таких упражнений. Перебравшись через пролом, беглецы очутились на маленькой улочке, стиснутой рядами лачуг, таверн, лавок, ремесленных мастерских. Стрельба и взрывы здесь звучали тише, и появилась надежда на спасение.

Болтун торопил хозяина, но Рэму каждый метр давался с трудом: при всём умении туга зализывать раны ноге требовался покой.

Несколько раз они сворачивали в такие же грязные, обшарпанные улочки, удаляясь от канонады, пока дорогу не преградил большой металлический ангар. Над его левым крылом поднимался столб чёрного дыма. Внутри находилось несколько сигарообразных летательных аппаратов с оперением, как у ракет; два из них напомнили Рэму самолёт сатикая, на котором он счастливо покинул неприветливую синюю планету, другие выглядели по-разному.

Сквозь дыру в крыше глядело чёрное моулийское небо. Бомба, пробившая ангар, уничтожила три звездолёта. Пять остались целыми. Это можно было бы считать удачей, если бы Болтун владел хотя бы азами пилотирования.

Вдоль стен громоздились бочки, ящики, канистры; большие грузовые контейнеры, составленные так, что между ними можно блуждать, как в лабиринте, занимали треть помещения. Пол устилал мусор и обломки потолочного перекрытия. Пахло гарью.

Болтун залез под днище одного из звездолётов и вернулся с находкой:

— Хозяин, смотрите, что я вам раздобыл! Эта лётная форма. Примерьте.

Рэму давно надоело щеголять нагишом, вроде австралийского аборигена — только бумеранга не хватало! — и он с удовольствием облачился в костюм космолётчика. Костюм оказался великоват, сидел мешковато, но Болтун пообещал при случае найти замену.

— Должен вам сказать, хозяин, что в этой форме вы выглядите весьма мужественно, как настоящий звёздный скиталец, вдохновлённый великой и благородной миссией!

— Болтун, ты смеёшься?

— Ну вот ещё, нисколько… Вообще, вы большой везунчик, хозяин. А под моим чутким руководством мы добьёмся своего!

— Хотелось бы верить. Только скажи, мой чуткий руководитель, что теперь делать? Я так полагаю, деньги, выигранные на турнире, нам уже не пригодятся?

— Хозяин, деньги никогда не бывают лишними. Может быть, сейчас они… — Болтун внезапно умолк, обратившись в слух: — Вы слышите?

— Нет.

— Ну как же? Там кто-то есть…

— А-а-а… — донеслось из глубины ангара, затем повторилось тише и протяжней: — А-а-а-а-а-а…

Рэм шагнул было в направлении звука, но Болтун вцепился ему в руку.

— Не надо, не надо, хозяин, умоляю вас, не ходите туда!

— Там кому-то плохо…

За ржавым контейнером, в том месте, где обвалился потолок, на листе покорёженного железа лежала тяжёлая балка. Когда Рэм и прилипший к нему Болтун заглянули за контейнер, он увидели существо, с руками и ногами, лохматое, как длинношерстный сенбернар, только с одним глазом.