Сердце Андромеды, или Чёрный Цветок

2

Планета Х-15 представляла собой каменную пустыню. Температура на её поверхности днём достигала двухсот градусов по Цельсию, а ночью приближалась к космическому нулю. Крошечная, размером с кулак, карликовая звезда, обладающая колоссальной энергией, сжигала планету, расплавляла камни. Когда-то на Х-15 шумели леса и моря, по небу плыли облака, шли дожди. Теперь всё живое пряталось под землёй, под многокилометровым каменным сводом, куда не проникали смертоносные лучи звезды-убийцы. Разумные существа на протяжении сотен лет строили новый, подземный мир: прокладывали дороги и возводили города. Среди метеоритных кратеров, гор и равнин голой пустыни появились круглые железобетонные колпаки, похожие на шляпки грибов. Это были шахты, внизу которых, почти у ядра планеты, во все стороны, как паутина, расходились магистрали, ветвились улицы-лабиринты. Оказаться на них впервые без проводника значило наверняка заблудиться и погибнуть.

Планета Х-15 находилась на задворках галактики Колесо Телеги и одно время служила местом ссылки преступников со всего Бериана. Тюрьма прекратила существование с началом тридцатилетней войны между форгасами и мерианцами. Администрация и охрана сбежали. Преступники, оказавшись на свободе, стали грабить местное население, убивать, насиловать и вести бесконечные войны за раздел территорий. Так продолжалось до тех пор, пока бесхозную Х-15 не прибрали к рукам пираты.

В течение нескольких лет — история любит комичные повороты — на Х-15 установился триумвират, своеобразный союз трёх ветвей власти: губернатора с полицией и армией — остатками так называемой администрации, пиратского космического братства и банд бывших зеков, подчиняющихся кодексу воровской чести. В это необычное государство входило порядка тридцати-сорока больших и малых городов со столицей Чёрный Причал, или Стумбель. Именно к Чёрному Причалу и держал курс Циклоп.

Ему никак не удавалось поймать сигнал с планеты, поскольку её космопорты молчали.

— Они что там все поумирали? — бесился Болтун.

Циклоп решил сажать корабль, полагаясь только на приборы и интуицию, и едва не врезался в стальную мачту, возникшую прямо по курсу. Когда QR-4 проскочил в миллиметре от внушительной конструкции, Болтун, беспрерывно ливший потоки слов, запнулся и словно воды в рот набрал, а когда опасность миновала, разразился отборным русским матом. Рэм вскинул на него удивлённые глаза.

— Хозяин, вы сами так выражались, когда удирали от форгасов. Я не знаю, что означают эти слова, но мне понравилось, с каким пафосом и вдохновением вы их произносили. Имейте в виду, туги обладают исключительными способностями к языкам…

После нескольких рискованных манёвров, Циклоп наконец посадил корабль на круглую платформу, которая распахнула свой железобетонный купол, словно цветок навстречу солнцу, и тут же захлопнула его. Корабль окружили грязные замасленные стены, обвитые проводкой и ржавыми трубами. Тускло мерцало освещение. Раздался металлический скрежет, пол задрожал и пополз вниз. Через полчаса лифт остановился на площадке размером с футбольное поле, большую часть которого занимал судовой ангар. Слева в прямоугольной нише стоял звездолёт, по форме похожий на толстый многослойный пирог.

— Это 2Т2 системы «Галактика», — объяснил Циклоп, тыча в экран коротким волосатым пальцем, — разведывательный корабль с отличной биомеханической защитой. Выдерживает термоядерный взрыв на расстоянии трёх блимов от эпицентра.

Вся площадка была завалена горами мусора. Вода, капавшая с потолка, превращала мусор в липкую грязь с тухлым кислотным запахом. Единственный выход отсюда, помимо шахты лифта, находился под потолком ангара, к нему вела порыжевшая от времени металлическая лестница.

С первого взгляда было понятно, что ангаром давно не пользовались. Тем страннее выглядел 2Т2 — чистенький, новенький, ухоженный, поблёскивающий бронёй, словно выставленный на продажу. Значит, порт всё же был обитаем и, возможно, за гостями уже следили.

— Хозяин, я не стал бы оставлять «Ласточку» без присмотра, — сказал Циклоп, протискивая могучий торс сквозь отверстие люка. Как-то раз Рэм в шутку назвал QR-4 «Ласточкой». Воронёные заострённые крылья корабля напомнили ему стремительных и неудержимых в полёте птиц. Новое слово понравилось Болтуну, за ним его подхватил и Циклоп.

— Ты прав, — согласился Рэм. — Побудь на борту. А мы с Болтуном полазаем тут немного, поглядим.

Только сказал, как под потолком скрипнула дверь и на подвесную площадку вышли пятеро гуманоидов. Грохоча кованными сапогами, они двинулись вниз по лестнице. Чем ближе подходили, тем отчётливей различались их складчатые оливково-жёлтые лица, грушевидные головы и большие слоновьи уши. Все пятеро были вооружены.

В трюме «Ласточки» хранился внушительный и разнообразный арсенал, но сейчас только у Циклопа на спине висел карабин. Рэм не умел обращаться с берианским оружием, а Болтун говорил, что ни при каких обстоятельствах не выстрелит в живое существо — это противоречит его принципам. Но когда увидел гуманоидов, шагающих дружно в ритм, как на параде, прильнул к Рэму и тревожно прошептал:

— Что-то, хозяин, мне это не нравится. Может, лучше вернёмся на «Ласточку»? Пусть Лохматый сам с ними разбирается, у него всё-таки опыт.

В отдельных случаях, когда речь шла о безопасности хозяина и своей собственной жизни, Болтун не сомневался в опыте и знаниях Циклопа.

— Это, наверное, таможенники, — предположил Циклоп.

— Да? И что же им надо? — живо поинтересовался Болтун.