Сердце Белого бога

Глава: 24

Под лучами разгорающегося солнца медленно умирала темнота. Незаметно расплетались и уходили сумрачные тени. Светлела земля. Пространство наполнялось красками, легкостью и свободой, которые отзывались в моей душе желанием исследовать все богатства этой земли, но клетка, пленницей которой я была, делала их недосягаемыми.

Я лежала на холодном полу и, закрыв глаза, слушала истории, которые рассказывал ветер. Он поведал мне о шелестящей жизни леса: о пернатых, что подбирали упавшие на землю орехи и прятали их в щелях коры; о голодной лисице, что в поисках легкой добычи вышла к берегу озера; о старой змее, что выбралась на дорогу в желании погреть свое тело и, конечно же, я узнала о многочисленных тропах юрких и прожорливых грызунов. За этим занятием я провела все утро, ровно до того момента, пока не услышала звук приближающихся шагов.

– Добренькое утречко, – пропела Селин и протянула ко мне руку, которую тут же перехватил Виктор.

– Милая, пожалуйста, послушай меня внимательно, – сказал блондин, глядя на вопросительный взгляд дочери. – Ты видишь в ней друга и считаешь, что она не способна причинить тебе вред, но поверь мне, это не так. Она хищник, и она опасна. В любой момент в ней могут проснуться инстинкты, и она может повести себя… весьма агрессивно.

О да! Сейчас все внутри меня кипело в мрачном желании прикончить этого аристократа.

Увидев кровавую жажду в моих глазах, блондин поспешил отвести Селин от вольера.

Пришлось приложить усилие, чтобы очистить свою голову от столь ужасных мыслей.

– Но папа! – воскликнула Селин. – Я хотела поиграть с ней на поляне перед домом.

– Селин, мы не можем ее выпустить.

– А я не могу с ней играть, пока она за решеткой!

– Милая, давай мы сделаем вот что, – сказал Виктор, опускаясь на одно колено и вглядываясь в омрачившееся лицо дочери, – ты пообещаешь мне не расстраиваться, а в благодарность за это я свожу вас с Хеленой на осенний конкурс живых скульптур. Что скажешь?

– На конкурс огромных, почти до самого неба, скульптур из цветов? – спросила Селин, глаза которой вмиг разгорелись.

– Да.

– С музыкой и ряжеными, которые раздают детям конфеты?

– Много конфет, – с улыбкой подтвердил Виктор.

– Я согласна! – воскликнула Селин, двумя руками обхватывая отца за шею.
Они скрепили договор рукопожатием и пошли в сторону дома, весело обсуждая предстоящую поездку.

Оставшись одна, я склонила голову и тихо улыбнулась. Счастье Селин радовало меня. Мне нравилось видеть на ее бледном маленьком личике улыбку. Нравилось слышать ее приятный и веселый смех. Подобно рассветному солнцу, он заливал своими лучами мое сердце, оживляя его и пробуждая в нем нежные чувства. Я хотела видеть свою Светлую леди счастливой, хотела, чтобы счастьем наполнился каждый миллиметр ее кожи. А для этого было необходимо узнать о счастье больше.

Но эта проклятая клетка…

Я тяжело вздохнула, положила голову на передние лапы и посмотрела вдаль.

***

Как работает замок, я поняла достаточно быстро. Он открывался специальным брелоком, который доверили главному воспитателю – так в шутку называли специалиста, на чьи плечи была возложена дрессировка проживающих на территории поместья собак.

Это был немолодой, но довольно энергичный мужчина, который отличался хладнокровным взглядом и жестким голосом. На широком кожаном ремне он носил поясную сумку, в которой держал лакомства. Однако, несмотря на то что особой щедрости к своим подопечным он не проявлял, его руки всегда пахли вкусняшками.

Он обратил на меня внимание лишь раз и, кажется, в тот день остался не очень доволен тем, что иномирная чужачка занимает один из его лучших вольеров. Все остальное время он быстрым шагом проходил мимо, поэтому в моей памяти зафиксировался лишь его профиль с простыми чертами лица, мягкими волосами и глубокими залысинами, которые он уверенно подставлял солнцу.

В это утро интерес ко мне пробудился в нем снова. Он вдруг остановился, повернулся и принялся внимательно меня изучать.

На тонких губах мелькнула улыбка.

– Любишь вкусняшки? – первым нарушив тихое молчание, спросил он и, со словами: «Вот, держи», высыпал передо мной целую пригоршню угощений.

«За какие такие заслуги он стал выдавать тебе награду?» – встревожился во мне человек, и я бросила недоверчивый взгляд на дрессировщика.

– Добро пожаловать в мою четвероногую команду, – продолжил он. – Ешь, не бойся. Я редко бываю таким добрым.

«Ешь», – приказал во мне человек, вынуждая меня проглотить зарождающийся в горле рык.

Почувствовав мое острое желание восстать против такого решения, Тенера с невозмутимым спокойствием повторила свой приказ. Ее желание было мне непонятно, но я подчинилась, ведь в этом мире я верила только ей. Моей Тенере.

«А теперь умри», – от столь внезапной мысли, повелительно прозвучавшей в моей голове, я поперхнулась.

Дрессировщик бросил на меня испуганный взгляд.

«Маленькая жертва, с помощью которой мы обретем свободу. Сможем выйти наружу и увидеть Селин», – пояснила Тенера.