Сердце Белого бога. Тенера

Глава: 14

Я пришла в себя глубокой ночью.

Темнота вокруг была густой, почти осязаемой.

Я попыталась призвать зверя, но он не ответил. А человек во мне был слишком слаб, слишком слеп. Его чувства не могли с уверенностью сказать, была ли я здесь одна.

Я поднялась и нетвердой походкой направилась наверх. Ноги дрожали, будто после долгой болезни.

Комнаты здесь были пустынны, безлики, будто никто никогда в них не жил.

В первой – шкаф зиял пустотой. Во второй – то же самое. В третьей – лишь пыль на полках.

И только в конце коридора, в последней комнате, я наконец увидела шкаф, в котором что-то хранилось.

Но все вещи были мужскими. И принадлежали ему.

Я тяжело вздохнула. Никогда бы не подумала, что такой простой выбор – надеть или не надеть – окажется настолько сложным.

Зверь внутри усмехнулся. Он не понимал моих мук. В своей наготе он был прекрасен и свободен, ему не нужны были все эти тряпки.

Но человек…

– Умереть из-за того, что надела одежду Белого бога? – прошептала я. – Нет уж… спасибо.

Я захлопнула дверцу шкафа и повернулась к столу, где лежали странные карточки. Подняла одну – и застыла.

Приглашение на Арену.

Значит, он знал. Он всегда знал.

Но почему тогда никогда не появлялся там? Считал это зрелище недостойным своей персоны? Или…

Какая теперь разница.

Я положила карточку на место и уже переступила порог, как вдруг – резко развернулась. Открыла шкаф.

Я взяла самую темную мужскую рубашку и натянула ее на себя. Ткань – холодная, как горный ветер, – обняла мое тело.

Я спустилась по лестнице, толкнула тяжелую дверь и вышла в ночь.

Ветер ударил в лицо – злой, колючий, будто обиженный, что я осмелилась выйти к нему в таком виде. Он взметнул мои волосы, заиграл полами рубашки, и я распахнула ему объятия, словно старому приятелю, которого больше не понимала, но все еще радовалась встрече.

Я улыбнулась. И сделала шаг.

Лед под ногами обжег ступни, но это не пошатнуло мою решимость. Я побежала.

Бег.

Только он мог согреть меня изнутри, разогнать кровь, заставить сердце биться так громко, чтобы заглушить все остальное – тревожные мысли, страх и сомнения.

Я остановилась перед знакомой дверью.

Короткий удар.

И мучительные секунды ожидания.

Дверь отворилась.

Я проскользнула внутрь.

– Не включай свет, – приказала я.

Рука Виктора застыла в воздухе, так и не нажав на выключатель.

– Вьюга? – спросил он, и в его голосе было что-то странное – удивление, тревога.

Я кивнула, хотя сомневалась, что он разглядел этот жест в темноте.

Я оглядела его. То, что он не спал – даже не собирался, – было очевидно. Одежда та же, что и днем, только мятая. На столе – полупустой бокал с чем-то крепким. И глаза… слишком бодрые для этого времени ночи.

– Когда управитель рассказывал мне про твою вторую ипостась, – он усмехнулся, но звук вышел сухим, беззвучным, – я решил, что он тронулся умом. Допросил охранников. Они подтвердили.

Он прошел внутрь. Его пальцы сжали бокал.

– Коллективное помешательство я исключил. Но до конца не верил, что все это может быть правдой.

Я подошла ближе.

– Белый бог сохранил мне жизнь, – сказала я.

Правда, я не знала, надолго ли. Но ему не обязательно было об этом знать.

– Это… хорошая новость, – отозвался он глухо.

И, словно кожей чувствуя, что времени осталось совсем мало, я перешла к главному.

– Послушай меня, Виктор. Это важно. Верховный – это сила, с которой ты обязан считаться. Не спорь с ним. Не перечь. И уж тем более не лги.

Он нахмурился, но я не дала ему вставить ни слова:

– Он чувствует ложь. И наказывает за нее – жестоко и беспощадно. Продержись еще два дня. А потом возвращайся домой. В поместье. Обними Селин. И скажи…

Голос дрогнул. Я стиснула зубы.

– Скажи моей Светлой леди, что она навсегда останется в моем сердце.

Виктор устало улыбнулся:

– Светлая Леди? Так вот как ты называешь мою дочь, – сказал он, но уже в следующий миг в его глазах вспыхнуло что-то опасное. – Ты сама можешь передать ей эти слова.

Я отступила на шаг.

– Этого… я не могу.

Тишина повисла между нами, густая и неудобная.

– Спасибо тебе, Виктор, – голос мой дрогнул, но я не позволила ему сорваться в шепот. – За то, что спас меня тогда. За то, что позволил быть рядом с Селин… быть ее тенью все эти годы.