Сердце Белого бога. Тенера

Глава: 35

Комната оказалась не похожа ни на одно жилище, что я когда-либо видела. Здесь не было привычной мебели – только ледяные формы, словно выросшие из пола и стен. Кровать была широкой, с гладким, изогнутым основанием. Сверху лежали тонкие серебристые шкуры – теплые на ощупь, неожиданно мягкие.

У дальней стены находился низкий выступ, на нем стояла чаша с каменной водой, светящейся ровным холодным сиянием.

Алатум остановился рядом.

– Тебе нравится?

Я хотела сказать, что это слишком странно и непривычно, но мысль так и не успела оформиться. Он уже склонился ближе и коснулся моих губ нежным, коротким поцелуем.

Я замерла, пытаясь удержать все, что поднялось внутри: страх, усталость… и тихую обреченность, похожую на принятие.

Он отстранился и протянул мне гребень из кости рогоносца. На нем была вырезана птица-дракон с крыльями, занесенными над головой и соединенными в едином изгибе.

Я никогда прежде не держала в руках вещь, созданную с такой тщательностью. Такими дарами лорды делились только с избранными леди. И теперь это сокровище лежало у меня в ладонях.

Я подняла на него взгляд.

Отдохни, – сказал он тихо. – Мне нужно поговорить с братом. И решить вопрос с твоей одеждой. Ты не можешь ходить в этом.

Он задержался на мгновение, будто собираясь что-то добавить, но не стал. Просто развернулся и вышел, оставив меня среди ледяной тишины.

В соседнем помещении оказалась купальня. Я сбросила одежду и погрузилась в воду, позволяя холоду забрать усталость. Никаких масел, никаких ароматов – только чистая вода и камень, удерживающий ее в своей форме.

Когда Алатум вернулся, я сидела на кровати и расчесывала волосы подаренным гребнем. Он вошел бесшумно, без тени поспешности. В руках у него был сверток.

Подойдя, он опустился на край ледяного основания так, что я оказалась между его колен, словно укрытая его спиной. Он обнял меня, и какое-то время мы просто молчали. Затем он протянул сверток. Внутри лежали меховая накидка и белое платье – сплетенное из тонких морозных нитей.

Оно не могло быть соткано руками.

– Это твоя магия? – спросила я.

Я потянулась к ткани, но он перехватил мою руку, переплел пальцы с моими и поднес их к своим губам.

– Нас ждут высшие, – произнес он тихо.

– Нас? – я удивилась.

– Я не оставлю тебя здесь одну. Галехару я не доверяю. Он слишком любит правила. А ты… – он наклонился ближе, едва коснувшись моих волос губами, – ты в них не умещаешься. Поэтому пойдешь со мной.

– Я должна облачиться в это?

– Да. Не хочу, чтобы высшие касались тебя.

– Я тоже не хочу, чтобы они меня касались, – выдохнула я и, развернувшись в его руках, спросила:

– Алатум, почему они вообще должны прикасаться ко мне?

– Город должен признать возвращение бога. Высшие обязаны воздать честь: принести дары, редкие вещи, шкуры… Все это будут класть передо мной. Я должен смотреть в глаза каждому, кто подносит дар. Если я буду искать твой взгляд, отвлекаться на тебя, они увидят слабость. А когда вожак кажется слабым, стая перестает повиноваться. Высшие начнут спорить, требовать, пытаться влиять. Я не могу позволить им этого.

Он коснулся белого платья на моих коленях.

– Поэтому это платье и дух моего зверя – лучшая защита. Пока ты отмечена им, их руки и их мысли не коснутся тебя. И я смогу смотреть в душу тем, кто приносит мне свои подношения.

И хотя его слова пугали, я была благодарна, что он говорит со мной так откровенно.

Я облачилась в белое платье. Накидку трогать не стала – она только скрывала эффект платья. Холод я переживу. Он не был моим врагом, в отличии от тех, кто ждал нас на террасе.

Алатум протянул мне руку. Я вложила свою ладонь в его, и мы направились в дом Раитена.

Терраса была широкой, вырубленной прямо в горе, открытая ветру и взглядам всего Сит-Амета. По краям стояли высшие – вытянутые силуэты в белых и серебряных одеждах, расшитых тонкими нитями. Лица – строгие, неподвижные, словно они давно разучились показывать чувства. Но когда мы вышли вдвоем, что-то едва заметно дрогнуло в их взглядах.

Реакция была молчаливой, но я ощущала ее кожей. Они не имели права смотреть в глаза Белому богу, но меня их взгляды будто прожигали. Однако дух его зверя стоял между мной и чужими мыслями, а белое платье, сотканное его силой, само по себе служило предупреждением. Никто из высших не мог прикоснуться к этой силе без риска пострадать.

Алатум отпустил мою руку и сделал несколько шагов вперед. Он занял место в центре террасы, у каменной плиты, служившей алтарем для даров.

Первым шагнул Раитен.

– В благодарность за спасение дочери я преподношу тебе этот клинок, – произнес он и, не поднимая взгляда, положил перед Алатумом клинок. – Рукоять вырезана из кости рогоносца, который загубил множество жизней, прежде чем пал. Лезвие – ровное, вытянутое, как застывший луч.

Один за другим высшие подходили к плите. Каждый приносил дар: белые шкуры, украшения из кости и редкого камня, оружие, мясо, напитки. Затем отходил, не осмеливаясь поднять глаза.