Сердце чёрной крепости

-16-

Киртон вздохнул, бросил на меня внимательный взгляд, прямо с ног до головы изучил, и всё же ответил:

— Вы, видно, долго жили сама по себе и хорошо усвоили манеры простой горожанки. Хотя вам всё-таки недостаёт их живости. Поболтать, построить глазки, ведь знаете, как они это любят. Лишь бы заплатить поменьше. Но всё это, конечно, можно было бы списать на особенности характера. Всё, но не метку.

— Какую метку? — едва выговорила я, невольно отступив на полшага.

— Метку дракона, — серьёзно ответил Киртон, не отрывая от меня взгляда. — Сильного дракона. Чёрного. Я изгнанник, леди Аш’Делл, и я не сумел призвать зверя, как не сумел и мой отец, но во мне достаточно драконьей крови, чтобы её видеть.

— За что вас изгнали? — спросила я совсем не то, что собиралась.

Вопрос был бестактным, конечно. Даже более чем. Но сейчас мне очень нужно было понять, с кем я имею дело. Лазурный ничего не сказал прямо, но намекнул, что огласка моей связи с его другом для меня небезопасна. И я собиралась молчать, и молчала. Но вот пожалуйста, тут же наткнулась на того, кто всё равно о ней узнал. Увидел какую-то метку, боги великие! Которую я сама-то в глаза не видела! И о которой меня никто предупредить не соизволил!

— Поспорил с решением главы клана, — с мрачной усмешкой ответил Киртон. — Был молод и глуп.

— Скорее, наивен, — сухо поправил его брат, до сих пор хранивший молчание.

— Это тоже. Герхард Аш’Делл всегда был… скор на расправу. И терпеть не мог возражений. Вы же, надеюсь, не от него сбежали?

Я вздрогнула. Только теперь почему-то вспомнила, что видела однажды этого человека. Дракона. Да, дракона, вид его не допускал в этом ни малейших сомнений, хотя в столице он не демонстрировал крылатую ипостась. Ехал от ворот до дворца как все обычные люди, верхом. Глядя на этих самых людей, среди которых мне не повезло оказаться, как на грязь под ногами.

— Неужели от него? — нахмурился Киртон, заметивший мою реакцию. — Тогда даже не знаю, стоит ли браться за этот ремонт. Наверняка и материалы закупить не успеем. Герхард не отпускает того, что однажды присвоил.

— Нет, — мотнула я головой. — Не от него. Я ни от кого не бежала.

Разве что от себя немного. Прикрывшись Робертом, тем, что брату нужен дом и хоть какая-то устроенная жизнь. Потому что, по правде, не была в тот момент готова всерьёз бороться. До сих пор не уверена, готова ли.

— Неужто кто-то из его сыновей нашёл зелье смелости?

Голос брата Киртона так и сочился сарказмом. Но было в нём и ещё что-то. Настоящее удивление и настоящий страх, да. Неужто у драконов назревали какие-то свои разборки, которые и нам тут не сулили ничего хорошего?

— Точно не Лоренс, — заметил Киртон. — Этот слизняк при папаше вздохнуть лишний раз боится.

— И не Норберт. Он никогда не решится разозлить Аш’Расса.

— Значит, Бастер или Эйден. Остальные сопляки ещё должны быть.

— Эйден, — уверенно заключил брат Киртона. — Вообще из всего выводка только у него есть… характер.

Несмотря на всю растерянность и даже испуг, тут я не удержалась от смешка. Целительница всё же, у нашего брата и шутки специфические, и лексикон обычно ещё тот. Так что поняла прекрасно, чего там у моего временного муженька имеется по мнению этой странной парочки.

— Мы ведь правы? — снова глянул на меня Киртон.

— Правы. Но…

Я осеклась, не зная, как объяснить, что всё это вроде как большая и страшная тайна. Для меня в первую очередь страшная. И в основном как раз потому что тайна. О которой даже случайные работники, которых я по совету знакомой нанять решила, больше меня знают.

— Не объясняйте, — отмахнулся Киртон. — Многие давно мечтают, чтобы кто-нибудь спихнул уже Чёрного Герхарда с трона. Но мерзавец слишком силён. И без колебаний избавляется от любого, в ком видит хоть тень угрозы своей власти.

— Даже от собственных сыновей?

— От них в первую очередь. Пойду я, снаружи ещё крышу гляну. Видел там у соседей лестницу. Дома они, не знаете?

— Госпожа Трев дома, — кивнула я. — Думаю, одолжить лестницу не откажется.

Вместе с ней с рынка вернулись. Особо с соседкой мы не дружили, но некоторая взаимная симпатия уже возникла. Однажды она зашла вечером спросить про капли от бессонницы, и мы поболтали за чашечкой чая, вполне мило. Немолодая вдова жила одна, сын давно перебрался в Гасторн. Но приезжал, помогал матери.

— Вот и славно.

Киртон ушёл, и мы остались вдвоём с его братом. Я ощутила неловкость. Подумать только, даже имени его не потрудилась узнать. Как-то речь не зашла. А надо было хоть немного побыть гостеприимной хозяйкой.

— Чаю? — всё-таки предложила я.

— Не откажемся, — пожал плечами мужчина, и добавил, уловив моё смущение: — Кстати, я Ройл.

— Очень приятно, — пробормотала я, направляясь к лестнице.

Чайник поставила на кухне. Как раз успела отмыть её достаточно, чтобы не совсем стыдно было гостей принимать. Пироги госпожи Тины Роберт все уже доел, но с утра я напекла оладий, да ещё и сметаны сегодня перепало. Неплохо бы и варенья где-то раздобыть, Роберт любит, но пока с этим не везло.