Сердце Чёрной Пустоши. Книга 2

Глава 7

- Могу я поинтересоваться, как прошел допрос мага, леди? - вывел меня из состояния задумчивости голос Альре.

Я повертела головой и когда обнаружила себя сидящей рядом с управляющим, поняла, что разговор с виконтом, как всегда, выбил меня из колеи, и я не заметила, как преодолела расстояние в пятьдесят шагов.

- Миледи? - переспросил Альре.

- Извините, - пробормотала я. - Вы что-то сказали?

Мириам, играющая с дракончиком, огласила сад очередным счастливым воплем, и я часто заморгала от неожиданности.

- Могу я поинтересоваться? Насчет мага, миледи? - повторил Альре.

- Конечно, - ответила я. - Там все очень запутанно. Он сказал, что рос и жил на западе Пустоши, и даже не знал о том, кто ей правит.

Альре нахмурился и задумчиво перевел взгляд с меня на играющую девочку.

- Дом Свартов воцарился десять лет назад, - проговорил Альре. - Тогда же на трон Черной Пустоши взошел его высочество Карл Сварт. Я допускаю, что в какой-то глухой провинции не знают, как выглядит наш правитель. Допускаю даже, что люди не знают имени его дома, и называют просто Черным принцем...

При этих словах я слегка покраснела и закусила губу, но управляющий не заметил моего замешательства и продолжил размышлять вслух.

- Но, повторюсь, я говорю о совсем уж глухих местах и крестьянах. И если западные земли Пустоши действительно сплошь леса с довольно закрытыми поселениями, то арестованный маг совсем не выглядит неотесанным деревенским парнем.

- Вы не верите в то, что его могли обмануть? - спросила я.

Управляющий нахмурил брови и пожевал губами.

- История показывает, принцесса, что обмануть можно кого угодно. Полно примеров, когда враг подбирается ближе родного брата...

- У нас говорят "друзей держи близко, но еще ближе держи врагов", - проговорила я задумчиво.

- Так ведь это когда знаешь, кто тебе враг, а кто нет, - сказал Альре, кивая, и я задумалась над его словами.

Пока управляющий наслаждался ароматным травяным отваром, который не остывал благодаря специальной технологии приготовления, я рассеянно наблюдала за Мириам и Диларионом и думала, что детский возраст и уязвимость защищают лучше любой брони. Я поняла, что когда была в возрасте Мириам, действительно была под защитой, а когда выросла и научилась защищать себя, превратилась в добычу для любого, кто сильнее. И неважно, в чем эта сила заключается, в крепких мускулах или цвете герба, меня можно похитить, унести, забросив на плечо, или же просто призвать для бракосочетания с незнакомым и нелюбимым человеком.

- Вы бледны, миледи, - обеспокоенно сказал Альре. - С вами все в порядке?

Я невесело усмехнулась и подняла ладони вверх.

- Это все перчатки, что блокируют магию, - почти не слукавила я. - Надо сказать, они сильно изматывают.

- И все же вы побледнели на глазах прямо сейчас, - произнес Альре. - Вы уверены, что чувствуете себя хорошо?

- Да, просто задумалась, - нехотя призналась я.

- Не хотите рассказать, о чем?

- О праве сильного, о лицемерии и о врагах, которые так и норовят подобраться поближе, - устало произнесла я и вздохнула.

Управляющий поморщился, явно сожалея, что натолкнул меня на такие невеселые размышления. Но когда открыл рот, видимо, чтобы пожалеть об этой неловкости вслух, рядом раздалось:

- Я выполнила все, что вы сказали миледи! Хотите узнать о распорядке дня на завтра?

В ожидании ответа Рамина присела в книксене и потупилась, как девица на смотринах. Вид у камеристки при этом был такой услужливый, что я решила не упоминать, что просила ее доложить обо всем после обеда.

- И на сегодня, и на завтра, - сказала я девушке, и та выпрямилась.

- Через час предстоит ритуал Отречения, - с важным видом сообщила Рамина, а я вспомнила, как озябла в ледяных водах Съакса и поежилась.

- Опять нужно куда-то идти? - уточнила я тоном висельника.

- Я тоже хочу ритуал Отречения, - сообщила запыхавшаяся Мириам, которая увидев Рамину, подбежала к нам.

Диларион с размаху шлепнулся на стол, повертел мордочкой, и, заметив, что никто, кроме меня, не смотрит, стянул с блюда рогалик.

Рамина улыбнулась девочке немного натянуто.

-  Как истинная дочь Пустоши, ты должна знать, дитя, что ритуал Отречения проводится в одиночестве.

- Я мамина и папина дочь, - возразила ей Мириам. - И, пожалуй, папина больше. Мама вечно все запрещает, прямо как ты.

- Мама просто беспокоится за тебя, - решила я взять вожжи в свои руки. - И, раз мне предстоит некий важный ритуал, я провожу тебя домой.

Личико ребенка тут же омрачилось, и я тут же добавила:

- Приходи завтра играть с Диларионом, если мама с папой не будут против.

- Они всегда против, - пробурчал ребенок.

- Если будешь хорошо себя вести весь день и вовремя ляжешь спать, уверена, они решат, что наша дружба тебе на пользу, и с радостью отпустят повидаться, - мягко сказала я. - Постарайся слушаться родителей во всем. Ты же не хочешь, чтобы о невесте принца сказали, что она дурно влияет на ребенка?