Сердце древа Филлим

7. Поступью в тумане

— Научиться подчинять себе стихию важно не только потому, что вам предстоит нести на землю одну из ее форм. Но и потому, что зачастую самые основные и могущественные стихии могут оказаться сильнее дракона, решившего ее обуздать. Помните, что земля, вода, огонь и воздух появились здесь гораздо раньше, чем мы, драконы. Они могущественны, они строптивы. Не стоит обманываться, думая, что можете ими управлять. Направлять, менять форму — да. Но стоит только раз переоценить свои возможности, и она поглотит вас. Заберет себе то, что изначально ей и принадлежало.

Рейна с опаской покосилась на небольшой пруд, который Унда создала специально для сегодняшней лекции прямо посреди аудитории. Вот так наслушаешься этих преподавателей, а потом будешь вздрагивать каждый раз, когда чистишь зубы!

Унда легко ступала босыми ногами по водной глади, будто по твердой земле. Лишь круги разрастались и сталкивались друг с другом от ее шагов. Сегодня студентам предстояло повторить за ней этот фокус. И что—то подсказывало Рейне, что сухими из воды сегодня выйдут не все.

— Такое уже случалось? – Осторожно спросил один из студентов. Кто—то посмотрел на него с усмешкой, но большинство все—таки были благодарны за то, что он озвучил волнующий многих вопрос.

— Да, и не раз, — просто ответила Унда своим обычным спокойным и приятным голосом. – Но не стоит волноваться. Уже много веков не случалось ничего подобного. Зато такие истории были не редкостью во времена до основания академии. Драконы были неопытны, им приходилось учиться путем проб и ошибок. Многих тогда забрала стихия. Те, кто долгое время жил на земле, наверняка слышали о некоторых из них. Левиафан, Гидра, Финфолк, Кракен, Лох—несское чудовище, и даже русалки. Они позабыли, кем являются на самом деле. И позволили океану забрать себя, стали его частью. К сожалению, им уже не помочь.

— Ого, даже русалки? – Присвистнул все тот же студент. – Получается, что стихия поглотила их, когда они были в человеческом обличии?

— Не совсем. – Мягко поправила его Унда.

Рейна опустила взгляд на водную гладь, глубоко задумавшись. Для сегодняшнего занятия все столы и стулья были сдвинуты к стенам. Студенты расселись прямо на берегу наспех созданного озера, окружив его и Унду, вышагивающую по нему. Озеро получилось достаточно глубоким, а его поверхность, будто кристальное зеркало отражало высоко уходящий вверх потолок, зеленые листья раскидистого деревца, растущего прямо по центру аудитории, и заинтересованные лица молодых драконов. Переводя взгляд от отражения одного лица к другому, Рейна вдруг остановилась на одном из них, прямо напротив. Потому что эти янтарные глаза тоже смотрели на нее через отражение в воде. Долго и ничуть не смущаясь того, что это заметили.

Рейна подняла взгляд выше – от отражения к оригиналу. Спирит сделал то же самое. О чем он думал сейчас? Почему не стал отводить взгляд, как делал это раньше? Хотела бы Рейна это узнать. Но с тех пор, как она сбежала от него с утеса прошло три дня. И больше она не решалась туда возвращаться.

Не выдержав первой, она отвела взгляд в сторону, чувствуя, как к щекам приливает тепло.

— Чего он так на тебя пялится? – Возмущенно шепнула Ирис. Ну вот, даже она это заметила.

После того вечера Рейна пыталась медитировать самостоятельно в своей комнате. Но каждый раз, закрывая глаза, она вспоминала тепло его пальцев у себя на щеке. И на этом вся медитация тут же заканчивалась. Наверное, ей стоило выбросить это из головы или поговорить с ним об этом. Но пока она не была готова сделать это достойно, не выдав краснотой на щеках свое растерянное состояние. Но чем чаще она думала об этом, тем сильнее уверялась в том, что он всего лишь пытался донести до нее ту же самую мысль, что была выделена жирным в заметках от Фектуса.

Она должна найти согласие со всеми своими обликами и принять их внутри себя.

Просто у него это получилось чуть… напористее. Видно, всему виной его привычка всегда говорить в лоб все, что думает. Ох уж эта его прямолинейность!

— Люди любят романтизировать русалок, — продолжала свою лекцию Унда. – На самом деле, история их превращения из драконов, как правильно связана с печальными событиями. Все вы знаете, что сейчас союзы между людьми и драконами не запрещены. Это нормальное явление, и в этом нет ничего плохого. Просто в таком случае дракон дает свое согласие на то, чтобы ведающий поработал с его памятью. Дракон принимает человеческий облик и навсегда забывает о том, кем когда—то был, кем был рожден. Соответственно, даже не пытается снова принять свой истинный облик или применить силу. А от союзов в человеческом облике всегда рождаются только люди. Куда опаснее бездумные союзы между двумя драконами, поэтому они контролируются до сих пор. Но раньше было не так. Раньше считалось, что дракон не может полюбить человека. И, конечно, многим приходилось идти против запрета. Русалки – это драконы, которых наказали за попытку сбежать вместе со своим любимым человеком. У них отняли не только драконий облик, но и голос. Им оставляли память, чтобы они помнили о своем преступлении, но не могли об этом говорить. Их придавали воде, чтобы лишить их возможности дойти до своего человека по суше.

— Как это жестоко! – Ужаснулась Ирис. Унда печально кивнула головой.

— Это так, милая. Но очень скоро законы поменялись. Многие были не согласны с таким наказанием. К сожалению, вернуть русалкам былой разум и облик после влияния стихии было уже невозможно. Они быстро вымерли, оставаясь лишь воспоминаем в человеческих легендах.