Сердце Горного Пламени

1. Жив, цел, орел

Нос щекотали перья, и я едва сдержала чих. Орел пытался аккуратно пристроить голову с огромным клювом у меня на плече, но постоянно цеплялся острым краем за выбившиеся из-под шапки розовые пряди моих волос.

— Ну и зачем? — задала я птице риторический вопрос, и он, предсказуемо мне не ответил. Да я и не ждала. Наверное, кто посчитал бы меня странной, но я думаю, разговаривать с животными — это нормально. Почему бы и нет? Я ведь не жду, что они мне ответят. Да и среди волонтеров в заповеднике такая привычка не редкость.

Сейчас только это меня еще и успокаивало — разговор с раненым орлом, вцепившимися когтями мне в куртку. Это и еще дыхание по квадрату. Иначе бы давно получила бы паническую атаку в маленькой каменной пещерке. Снаружи гремела лавина, закрывая снежной стеной вход. Интересно, меня найдут вообще?

— Приятель, на тебе трекер есть? — я попыталась нащупать на лапе орла маленькое цветное колечко, нашла его и мне на мгновение стало спокойней. Метки птиц мы все смотрели чаще, чем свои, так что может, и меня найдут быстрее. Ну что за невезение! И всего-то я отошла от лагеря на сотню метров! Кто же знал, что снег настолько сильно удлинил край обрыва! Аж на пару метров! И я, вместе со снегом, раненым орлом на руках полетела вниз.

Ну как полетела: шустро съелала на снежной волне и собственной заднице вниз, до самого дна, чудом не врезавшись ни в какое дерево. С трудом встала, вытряхнула снег из капюшона, огляделась: вокруг снег, вверх так просто не подняться: обрыв высокий и достаточно резкий. Да и глубина снега такая, что так просто не пройдешь. Орел сидел рядом, слетев при падении и с возмущением смотрел на меня, недовольный подобным спуском.

— Ладно уж, иди обратно, — я протянула руки и позволила тяжелой прице снова повиснуть на мне. Обычно

Впереди из снега торчали камни-останцы, не заметенные вьюгами.

— Приятель, ты тяжелый, — пробормотала я птице. Снега здесь, на открытом месте, было не так уж и много — всего-то выше колена, можно, хоть и с трудом, пробираться без лыж. Но когда на круди висит больше шести кило когтистой-крылатой силы, не так уж и просто сделать шаг. И все же я вышла на каменистую площадку, свободную от снега.

Стоило только отдышаться и оглядеться, как послышался гул лавины…. Орел дернул меня клювом за воротник, привлекая внимание к почти незаметной узкой нише около останца. И вот каким-то чудом я оказалась в маленькой пещерке.

Вот только спасет ли меня это?

Вскоре шум лавины снаружи стих, но стена снега осталась. Интересно, насколько сильно меня завалило? Смогу ли я выбраться? Судя по темноте, слой снега надо мной огромный…

Воздух в пещерке явно еще оставался, но у меня закружилась голова. Так, Лена,только не паникуй, пожалуйста, не… Я старалась дышать, но меня начинало трясти, и вместе со мной будто задрожали каменные стены. Ну отлично, еще и обвал…

Каменная стена напротив засветилась, и я потеряла сознание.

***

На груди чувствовалась тяжесть, сквозь закрытые глаза бил яркий солнечный свет, и я пошарила рукой, пытаясь, по привычке, натянуть очки, но вдруг кто-то одним рывком избавил меня от тяжелого круза и я вдохнула полной грудью.

Незнакомый мужской голос с беспокойством спросил:

— Эй, с вами все в порядке?

— Не уверена… — пробормотала я и с трудом открыла глаза и села. Высокий красавец с волнистыми русыми волосами стоял рядом. На руках у него сидел спасенный мной орел. В отличие от меня, парень держал птицу без напряжения, словно не замечая тяжести благородного хищника. Он смотрел на птицу с некоторой смесью недоумения и возмущения выговаривал крылатому:

— И почему олень у мой сестры послушней тебя?

Орел дернул крыльями и весьма лихо взлетел, заложил круг над нами, а потом вернулся и уселся на ветку сосны, стряхнув с нее снег на голову парню. И, как будто, сейчас на лапе птицы я трекера не заметила.

— Вот непотребство! — Красавчик принялся вытряхивать снег из мехового плаща, и только сейчас я заметила, что одет он странно, как заблудившийся ролевик или актер. Плащ из тяжелой ткани с меховым капюшоном, кожаные перчатки, и все с вышивкой ручной работы. Странно. Хотя в наш заповедник кроме волонтеров никого не пускали. Смахнув с плеч снег, незнакомец повернулся ко мне:

— Так как вы здесь оказались? До ближайших поселков пару дней пути, одежда у вас не наша совсем, чужеземная…

— Я не знаю… Там лавина была… Я в пещере с орлом спряталась, у него должен быть был трекер, но…— Голова гудела, хотелось закрыть глаза и хоть на мгновение задремать, но я держалась, кусала губы, сжимала кулаки — на морозе нельзя спать, тем более непонятно сколько времени я провела в пещере, прежде чем этот ролевик меня вытащил. Орел сидел высоко, посматривал на нас, а я, как ни старалась, не могла разглядеть заветное колечко на его лапе.

— Трекер? — переспросил парень, будто в первый раз слышал о подобном, — это что?

— Ну, колечко такое пластиковое на лапе с датчиком, чтоб местоположение отслеживать, — пояснила я, хотя удивительно, что кто-то о подобном в наше время не знал.

Незнакомец стал еще серьезнее и вдруг спросил совсем странное:

— Это магия? У тебя есть магия? В твоем мире?

— Да нет, — я с усилием моргала, глаза открывать выходило все сложней, — ее только выдумывают писатели. Ну или ребята вроде тебя… Какая магия, если таких птиц совсем мало осталось…

Сказала и подумала, что отличный заголовок для блога выйдет, когда выберусь. Главное не забыть. В ответ мне раздался тяжелый вздох. Парень с непонятной горечью произнес:

— А я ведь обещал я не связываться с иномирцами!

На этом странном возмущении мой разум решил отключиться окончательно и я потеряла сознание.