Сердце Криоса

Глава 6

Слова с делом у фермера далеко не разошлись. Он отыскал где-то рабочую робу – по-другому назвать эту, с позволения сказать, одежду я не могла, сунул мне дикого вида перчатки и проследил, чтобы натянула! Затем отвёл в резервуар…

Короче, такая громадная комната круглая, диаметром метров восемь, наверное, в высоту – четыре. Наверху люк и снизу люк, оба с лестницами. Швабра на телескопической ручке, моющее средство. И стены в какой-то склизкой, резко пахнущей дряни…

– Здесь был криль, – скупо объяснил Ник. – Он завершил процесс роста, был переработан в полуфабрикаты и отправлен на склад. Резервуар надо подготовить к новому заполнению. Берёшь и моешь тут всё. Хорошо моешь! Никаких чтобы разводов.

– И сколько мне мыть? – растерянно спросила я.

– Отсюда и до тех пор, пока я не решу, что долг отработан, – отрезал Ник и вышел вон.

А я осталась.

Огляделась, чувствуя, как к горлу подступает паника. Помимо запаха действовало на нервы ещё и слабое освещение.

– Билеты заказать не удалось, – вклинился в сознание голос Фрэнка.

– Напугал, – мрачно сообщила я. – Я ведь о тебе забыла…

– Вот она, человеческая благодарность, – вполне натурально вздохнул персональный помощник.

– Но-но-но-но, – прикрикнула я на него. – Порассуждай мне тут ещё, нейросетка битая. Почему билеты не заказал?

– Здесь Криос, – повинился Фрэнк. – Тут галанета нет. Ближайший терминал – в городе Фросте, в районе космопорта.

– Окей, как добраться до Фроста?

– Раз в сорок дней ходит рейсовый транспорт…

– Сорок дней?! – возмутилась я.

– … и последний вагон ушёл вчера. Начинается сезон зимних холодов. В этот период навигация осуществляется с перебоями.

– Сколько до весны ждать?

– Двести два стандартных дня.

Я заорала в голосину от непередаваемых эмоций. Двести два дня! Двести два! Новый заезд вселенской гонки на кубок Галактики начинается через сто шестьдесят стандартных федеральных дней! Я что, получается, аж два заезда теперь пропущу?!

– Эй, – донёсся из динамиков голос Ника, – не отлынивай! У меня следующий резервуар на подходе!

Я с ненавистью сунула швабру в ведро с моющим средством.

***

Отмыть мне удалось всего половину одной стены. Так, чтобы на совесть, без склизкого следа. Вода в ведре приобрела бурый вид, а к запахам я принюхалась и уже их почти не чувствовала.

А потом я увидела форсунки в полу вдоль стены. Подняла голову, увидела такие же наверху. По всему периметру.

То есть, поганые внутренние поверхности поганого резервуара мылись и дезинфицировались в автоматическом режиме специальными обеззараживающими жидкостями! Если бы я сразу включила голову, я бы догадалась, но я непонятно почему протупила. И потратила несколько часов своего драгоценного времени на бесполезный мартышкин труд.

Злость полыхнула во мне так, что несколько ударов сердца я не могла понять, почему до сих пор не превратилась в сверхновую. Потом я осатанело пнула ведро и оно покатилось по полу, изливая из себя вонючую жижу и дребезжа. Я занесла швабру, сломать её о колено, но вовремя заметила, что она сделана не из дерева, а из супепрочной пластали ABS (у меня такая на яхте в двигательном отсеке была!) и потому просто запустила её куда придётся. Швабра грохнула в стенку, отскочила от неё и упала.

– Убью! – провыла я, сжимая пальцы крючьями. – Сволочь! – и добавила яростное пожелание Нику совершить паломничество в одно там локальное пространство галактических наших братьев по разуму Кху Йам.

Каковое паломничество я ему сейчас организую с полной загрузкой под сраку!

– Ваши биометрические показатели ушли в красный сектор, – вылез Фрэнк. – Вы испытываете чересчур сильное волнение, Рита. Настоятельно рекомендую применить дыхательную гимнастику из перечня доступных человеческому организму…

– Заткнись!

– Должен сказать вам, что вы на данный момент разговариваете со мной крайне грубо, Рита. Что вас не красит и повышает ваш сердечный…

– Замолчи! Закрой свой нейросеточный рот!

– Принято, – грустно сообщил Фрэнк.

Но заткнулся. Уже хорошо.

В настроении «убивать голыми руками!» я вырвалась из резервуара на свободу. Счастье Ника, что я его не встретила! Он куда-то подевался, выбраться из бесконечных коридоров между резервуарами мне удалось нескоро. И когда я наконец вышла во что-то вроде предбанника, с развешанной по крючьям чистой одеждой, запал мой значительно угас.

Здесь же нашлась акустическая душевая кабина, я привела себя в порядок, с тоской мечтая о большущей ванне, наполненной ароматной горячей водой. Бросаешь в неё мыльные шарики, они растворяются и дают пену, много пены. Пена пощипывает кожу и вообще…

Открой глаза, Рита. Здесь тебе не там! Тут Криос, а не родной дом в метрополии. Ванна, как же. Мечтать не вредно, вредно не мечтать. Они в снегу голышом валяются, и именно это как раз идёт в счёт купания…

Из служебного помещения, где стояли резервуары, попасть в дом можно было только через двор. Я стояла на пороге, смотрела сквозь небольшое окошко на хоть и расчищенную, но заваленную свежим снегом снова, дорожку и понимала, что мне конец.

Метров двадцать примерно до входной двери по дорожке. Дверь ещё не факт, что откроется передо мною сразу, какое-то время я проведу на морозе, приплясывая по снегу почти босиком, потому что на мне спецовка с несъёмной обувью на мягкой подошве. Она хороша работать с жидкостями при комнатной температуре. А снаружи зима.

Очень мне не хотелось, знаете ли. Я ведь только слегка приоткрыла дверь, – по-дурацки они здесь открываются, вручную и от себя, а сквозь щель на меня дохнуло жутким холодом. Аж в носу мгновенно образовались подмёрзшие корочки.

Что делать, что же делать… Бегать и орать не вариант, в помещении с резервуарами никого нет. Может, Ник имел в виду явиться проверить, как я работаю, только к вечеру! Снаружи, несмотря на низкие серые облака, из которых сыпался мелкий снег, всё же стоял светлый день.