Сердце между мирами

5

Утро нового мира

Людмила проснулась от ощущения тепла на лице. Солнечные лучи мягко пробивались сквозь магическое окно, играя на прозрачном покрывале золотыми бликами. Ей показалось, что комната дышит вместе с ней — стены будто отзываются на её дыхание едва заметным пульсом света.

Она медленно открыла глаза. Всё вокруг было не таким, как вчера — будто за ночь краски мира стали глубже. Каменные узоры на полу светились тонкой паутиной золотых линий, а воздух был свежий, пахнущий травами и чем-то медовым.

Людмила потянулась, и вдруг почувствовала чей-то взгляд. Она резко села на кровати.

У окна, полукрытого светом, стоял он. Маг с янтарными глазами. Его силуэт был чётко очерчен лучами утреннего солнца, от чего волосы цвета стали сверкали холодным блеском. Он не произнёс ни слова, просто наблюдал за ней, словно оценивая что-то невидимое — её силу или решимость.

— Вы… здесь давно? спросила она, чувствуя, как голос звучит хрипло после сна.

— С самого рассвета. Его голос был спокоен, но в нём слышалась скрытая мягкость. Ты спала неспокойно. Мир ещё не привык к тебе… и ты — к нему.

Людмила замялась, поправляя тонкое покрывало.
— Вы… следили за мной, пока я спала?

Он чуть склонил голову, и уголки его губ дрогнули, словно от тени улыбки.
— Я охранял. Это не одно и то же.

Она почувствовала, как щёки слегка вспыхнули. В его словах не было флирта, но ощущение его внимания было таким плотным, что от него невозможно было отмахнуться.

— Зачем? тихо спросила она.
— Потому что твоё сердце как пламя на ветру. Если его не укрыть, оно погаснет… или сожжёт всё вокруг.

Он подошёл ближе, и солнечный свет за его спиной окрасил его взгляд в тёплое золото.
— Сегодня я покажу тебе этот мир, Людмила. И ты сама решишь, останешься ли здесь. Но сначала — научись слышать его.

Людмила сглотнула, чувствуя, как её сердце начинает стучать быстрее.

— Охраняли? переспросила Людмила, чувствуя, как в груди поднимается раздражение. А кто вообще спрашивал, нужно ли мне, чтобы за мной следили, пока я сплю?

Маг замер у окна. Его янтарные глаза чуть сузились, но в них не было гнева — лишь спокойное, настороженное внимание.
— Ты в чужом мире. Здесь опасно, и я отвечаю за твою жизнь.

— Моя жизнь — это моё дело, — резко сказала Людмила. Она сама удивилась, сколько твёрдости прозвучало в её голосе. — Я хочу хотя бы умыться… спокойно, без того, что кто-то будет стоять и смотреть на меня, словно я какая-то…

— Слабая? мягко подсказал он.
— Нет. Словно я не человек, а твой объект наблюдения.

Повисла пауза. Маг медленно повернулся к ней, и на его лице отразилось что-то похожее на уважение.
— Хорошо. Он слегка склонил голову. Я выйду. Но не потому, что ты мне приказываешь, а потому, что ты права.

Он направился к двери. Уже взявшись за ручку, добавил:
— В соседней комнате вода. Ты почувствуешь её сама, она отзовётся.
— И одежда? бросила она ему в спину.
Он обернулся, и уголки его губ едва заметно дрогнули.
— Тебе не понравится местная одежда. Наша одежда слушается того, кто её носит. Но я распоряжусь, чтобы тебе принесли что-то удобное.

Когда дверь закрылась, Людмила выдохнула. Она почувствовала, что до сих пор держала себя в напряжении, будто боролась не с ним, а с собой.

Какой-то он… слишком уверенный. Но я не вещь, чтобы за мной наблюдали, пока я сплю.

Она поднялась с кровати, подошла к столу, где стоял кувшин, и коснулась воды. Та дрогнула и засияла изнутри, словно приветствуя её.
— Вот тебе и «мир без случайностей»… пробормотала Людмила.

Лёгкий стук в дверь заставил Людмилу вздрогнуть. Она быстро накинула покрывало на плечи. Дверь слегка приоткрылась, и внутрь вошла высокая девушка с длинными светлыми волосами, собранными в тугую косу. На ней была необычная одежда, словно ткань из тончайшего шёлка, но переливающаяся, как жидкий свет.

— Вам передали одежду, пришлая, — сказала девушка, ставя на стул свёрток. Её голос был ровным, но глаза с интересом скользнули по Людмиле. — Она подберёт форму сама. Не сопротивляйтесь — иначе она будет неудобной.

— Что значит — «сама»? — Людмила нахмурилась, развернула свёрток и замерла. Ткань действительно выглядела странно — будто живая. Полупрозрачная, с мягким перламутровым отливом, она слегка колыхалась, словно дышала.

— Одежда слушает сердце, добавила девушка. Удачи на сегодня, пришлая.

Дверь закрылась, оставив Людмилу наедине с… этой «живой» вещью.
— Чудесно, пробормотала она. Теперь у меня ещё и одежда с характером.

Она осторожно коснулась ткани. Она была тёплой, как человеческая кожа.
— Так, спокойно. Я просто… надену тебя. Без глупостей.

Но стоило Людмиле накинуть ткань на плечи, как она зашевелилась. Мягкие нити скользнули по её телу, будто обнимая. Ткань сама начала подстраиваться сначала сжалась на талии, образуя плавный силуэт, затем расправилась на плечах, превратившись в лёгкий плащ.

— Эй! Ты чего… Людмила вскрикнула и дернула ткань, но она лишь плотнее легла, мягко подстраиваясь под изгибы тела.

Она подошла к зеркалу. На ней уже был наряд, который выглядел так, будто его шили по её фигуре: короткий, чуть асимметричный топ, мягкие брюки, как будто из струящейся ткани, и лёгкий пояс, сверкающий золотистыми нитями. Цвет одежды менялся, сейчас он был спокойного жемчужно-серого оттенка, но на груди, там, где билось сердце, мерцал тёплый золотой свет.