Сердце охотницы и дыхание тени

Некроз. Глава 21.

Геометрический Некроз оправдывал свое название. Это была не зона хаоса. Это было кладбище логики. Здесь не было безумных вихрей или сновидческих видений. Был холодный, безжизненный абсурд. Скалы зависали в воздухе, не подчиняясь гравитации, образуя невозможные структуры – арки, у которых не было опор, лестницы, ведущие в никуда и возвращающиеся к началу. Тень от одного камня падала в трех разных направлениях одновременно. Попытка сделать шаг могла отбросить тебя на два метра в сторону или заставить провалиться сквозь, казалось бы, твердую землю. Воздух был густым и беззвучным, поглощая любые звуки, кроме тихого, непрекращающегося скрежета – звука ломающихся законов физики.

Лорн стоял в условном центре этой абсурдной площади, выбранной для встречи. Он был один. Его фигура казалась черной дырой на фоне безумия, но это была контролируемая чернота. Он сознательно ослабил свой паттерн, сделав его неровным, «больным». Золотые прожилки под его кожей мерцали слабо и беспорядочно. Он дышал (или имитировал дыхание) с видимым усилием. Он был идеальной картинкой побежденного титана, готового на капитуляцию.

Он чувствовал Веридию. Она была где-то на окраине Некроза, в составе «охраны» магов Кельвана, которые должны были привести ее как гарантию. Их связь была приглушена, но жива – тонкая, дрожащая нить уверенности в груди. Он послал по ней импульс: Готов?

Ответ пришел не словами, а ощущением – легким сжатием, как если бы она взяла его за руку. Готова.

И тогда они пришли.

Сначала появились маги. Их было шестеро. Они вошли в Некроз не строем, а осторожной, растянутой цепью, каждый ступал с опаской, их лица под капюшонами были напряжены. Их дисциплина трещала по швам в этом месте. Они несли Веридию между собой – ее руки были связаны магическими узами, лицо бледное, с синяком под глазом (искусно наложенным ею же с помощью манипуляции кожным пигментом). Она шла, опустив голову, но Лорн чувствовал ее сфокусированное внимание, сканирующее магов, их слабые места, потоки их магии.

За магами, как разрывая саму ткань искаженного пространства, вошел он.

Магистр Кельван не выглядел победителем. Он выглядел… заточенным. Его лицо было бледным от концентрации, глаза, цвета лезвия, горели холодным, всепоглощающим огнем. На нем были не парадные одежды, а практичный, усиленный магией доспех из темного металла, на котором мерцали защитные руны. В руках – не церемониальный жезл, а оружие: тяжелый посох из черного дерева с пульсирующим в навершии аметистом. От него исходила волна такой плотной, сконцентрированной воли, что даже искаженный воздух Некроза дрожал. Он не просто пришел принять капитуляцию. Он пришел на охоту. И был готов к предательству.

Его взгляд упал на Лорна, и в глазах мелькнуло что-то вроде голодного удовлетворения.
– Ну что ж, Тень, – его голос прозвучал неестественно громко в тишине Некроза, будто он проецировал его силой воли. – Ты сделал разумный выбор. Где остальные? Где твой… проводник? – Он кивнул в сторону Веридии, которую маги подтолкнули вперед.

– Она здесь, – хрипло произнес Лорн, играя свою роль. – Как и договорились. Ваше слово. Вы отпускаете ее. И даете доступ к архивам. После этого… я ваш.

Кельван медленно прошелся по краю невозможной каменной арки, его взгляд не отрывался от Лорна.
– Сначала – подчинение. Я должен быть уверен, что ты не взорвешься в последний момент. Надень это. – Он жестом одному из магов, и тот, осторожно ступая, приблизился к Лорну, держа в руках металлический ошейник, испещренный мерцающими рунами подавления.

Лорн смотрел на ошейник, потом на Веридию. В его взгляде должна была читаться мучительная нерешительность. Он медленно кивнул.
– Ладно.

Маг сделал еще шаг. И в этот момент Веридия, которая все это время изучала узы на своих руках (не просто магические, а сложный, но предсказуемый паттерн), действовала.

Она не разорвала их. Она их… переплела. Используя свое умение видеть и манипулировать узорами, она на долю секунды изменила структуру заклятия, сделав петли узлов частью магического поля ближайшего к ней мага. Узы с громким щелчком не растворились, а стянулись, обмотав руки и туловище мага, который их держал. Он вскрикнул от неожиданности и боли.

Это был сигнал.

Лорн, который уже начал было протягивать руку к ошейнику, резко отдернул ее. Его «больной», неровный паттерн вспыхнул. Не ярко. Он стал плотным. Как черная дыра, внезапно переставшая скрывать свою массу. Искаженное пространство Некроза отозвалось на этот всплеск.

Пол под ногами мага с ошейником перестал быть просто неровным. Он сложился, как бумага, захватив его по пояс в каменную ловушку. Ошейник выпал из его рук и, ударившись о камень, издал жалкий треск – его руны погасли.

Кельван даже не вздрогнул. На его лице мелькнуло лишь «ну наконец-то».
– Так вот как, – произнес он спокойно. – Очень хорошо. Значит, будет по-настоящему.

Он взмахнул посохом. Аметист на конце вспыхнул лиловым светом. И пространство вокруг Лорна застыло. Не магия льда. Магия запрета. Кельван попытался наложить на область закон причинности, вырвав ее из общего безумия Некроза, создать карман нормальности, где его магия будет работать без искажений.

Это был умный ход. Очень умный. Но он не учел одного: Лорн уже был частью этого безумия. Он не сопротивлялся застыванию. Он принял его. И использовал как трамплин.

В застывшей, «нормальной» зоне его сила, сила упорядочивающей Тени, обрела идеальную среду. Он не стал прорывать барьер. Он расширил его. Изнутри. Заставив зону нормальности расти, но расти по его правилам. В ней стали появляться черные, идеально гладкие поверхности, поглощающие свет, и золотые трещины, из которых сочилась энергия Веридии.

Кельван нахмурился. Его посох дрогнул. Он понял ошибку. Он попытался разорвать заклятье, но было поздно. Лорн уже активировал первую из заготовленных точек.

Камень, зависший над головой Кельвана, который по всем законам (отсутствующим здесь) не должен был никуда падать, внезапно вспомнил про гравитацию. Точнее, Лорн «предложил» ему такую вероятность. Огромная глыба рухнула вниз.