Сердце Паньгу

Пролог

Легкий ночной ветерок лениво поигрывал с листвой, порождая тысячи шелестящих и похрустывающих звуков, заставлявших одинокого путника вздрагивать и оглядываться, а его смирную лошадку испуганно прядать ушами.

А ведь не хотелось Линь Зэн проезжать через этот лес в ночи, только вот то у телеги колесо ломалось, то утомившаяся животина начинала медленнее шагать. Подъем удалось лишь в сумерках, и чем гуще становился окружавший дорогу мрак, тем чаще вспоминались Линь Зэню бабушкины россказни о гуях и тими, обитавших на этой горе.

В деревне говорили, мол, мужей неверных поджидали на этой дороге немыслимой красоты девы, готовые заманить тех поглубже в лес и устроить пир на костяной поляне. Беспокойный дяоцзингуй мог на глаза показаться, а потом в его петле у подножья горы какой-то доверчивый странник болтаться будет, в то время как дух на мир глядеть отправится.

А если этого кому-то покажется недостаточно, так есть ведь еще и духи гор, что путника обманут, с дороги сбиться заставят, да и до самой погибели от холода или диких зверей по лесу бродить принудят. Никто его и тогда не найдет: пожирают тими трупы, и лишь по случайным вещам или клочкам одежды можно будет понять, проходил ли кто-нибудь.

Вот о чем думал Линь Зэн, ужом вертясь и оглядываясь по сторонам. И дубину покрепче он возле себя положил, и глаз не смыкал, к напасти готовясь, но обмер, стоило только заслышать глухой ритмичный стук. Как во сне вспомнил Линь Зэн, что гуев громкий крик отгонять должен. Вот только не в силах он был выдавить из себя и писку мышиного.

Стук между тем приближался. Бух. Бух. Бом. Хрусть... Взвизгнул Линь Зэн, хлестнул вожжами кобылку, и понесла она его дальше не разбирая дороги. В какой-то момент телега подпрыгнула на выступавших корнях, вышвыривая крестьянина в кусты.

Пока Линь Зэн пришел в себя, пока продрался сквозь колючки назад к дороге... Осмотревшись по сторонам, он не увидел ни лошади, ни телеги. Только неясный шум затихал вдали, а после вокруг сомкнулась тишина.

Подобрав с земли ветку побольше, Линь Зэн двинулся дальше. Ненадолго смолкнув, звуки ночного леса вернулись, став словно бы даже громче и разнообразнее. Однако прошел еще час, и пугающий стук вернулся. Более того, он становился все ближе и ближе, пока перед испуганным мужчиной не появилась высокая темная фигура, тянувшаяся к нему.

— П-прочь! — Перепуганный Линь Зэн выставил перед собой массивную ветку, переставшую казаться ему достаточной защитой.

Фигура медлила нападать, но и рук опускать не спешила. Приободренный Линь Зэн начал было думать, что это всего лишь такой же заплутавший путник, как вдруг набежавшее на луну облако отлетело прочь.

В неярком лунном свете показались длинные когти на крючковатых пальцах и высокая шляпа с длинным пожелтевшим свитком заклинания на ней. Крестьянин завопил и замахнулся было веткой, но промахнулся. Ледяные пальцы сомкнулись на его руке, и Линь Зэн потерял сознание.