Сердце Парижа

Глава 1

Дождь в Париже всегда пахнет гнилью. По крайней мере так казалось Amori d’Bernard’s, пока он стоял у окна своей квартиры Латинского квартала и размышлял о смысле бытия в этом жалком мире. Поток мыслей прервал громкий и настойчивый стук в дверь. Поток притупился, а ноги нашего будущего графа вальяжно направились в сторону входа. Замки сделали несколько оборотов и дверь открылась, представляя взору необычную картину.
– Чем обязан, Monsieur police, – с нотками раздражения спросил Amori.
– Monsieur Amori d’Bernard, верно?
– Верно.
– Вам придется проехать со мной.
– И по какой же причине смею спросить? – раздражение в голосе Amori становилось все ярче.
– Произошло очень прискорбное событие, ваш отец к сожа…
– Отец? Если он совершил что то незаконное, то поверьте я буду только рад что его упекут за решетку.
– Нет он вовсе не совершал никаких действий.
– Тогда для чего же вы заявились ко мне в 12 часов дня?
– Ваш отец мертв.
– Что?
– Мои соболезнования monsieur, а теперь пройдемте со мной.
– Подождите внизу 5 минут, дайте хоть оденусь, а то ехать на смотрины мертвого отца в домашнем халате не очень хорошая задумка.
– Поторопитесь – сухо бросил monsieur police.
Сборы и вправду заняли не более пяти минут, все было ровно по классике, а завершающим этапом были элегантные кожаные перчатки, он всегда надевал их, когда приходилось прикасаться к прошлому.
Полицейская машина. Ненавистный дождь. Особняк.
Что же еще нужно для удачного начала дня? Машина остановилась напротив величественного здания, готического и устрашающего, вылепленные и выставленные повсюду ангелы будто следили за прибывшими гостями, а летающие повсюду вороны еще больше нагоняли жути.
Amori пустили без вопросов. В особняке пахло кровью, воском и железом.
К этим запахам все жильцы дома привыкли давно, ведь кровь уже пропитала его стены, воск вселился в потолок, а железо укрылось под полом.
– Граф d’Bernard, – Комиссар Favr оказался ниже и толще, чем помнил Amori. Лишь его уставшие глаза напоминали ему прошлого комиссара. Глаза, которые видели слишком много мертвых, чтобы боятся живых.
– Благодарю, что приехали.
– Где он? – раздражение все больше закипало в голосе мужчины.
– В кабинете, я вас провожу – в голове комиссара пронеслась мимолетная жалость к человеку, который с минуты на минуту увидит своего отца мертвым, но резкий ответ Amori вырвал эту жалость с корнями.
– Поверьте я знаю где кабинет. Я здесь вырос.
Favr недовольно хмыкнул.
– Тогда вы знайте, что дверь была заперта изнутри. На засов. Мы вскрывали её полчаса.
Amori направился к лестнице. Кабинет отца располагался на втором этаже особняка. Каждый шаг отдавался резким ударом в голове, а комнаты, пролетавшие мимо, ворошили старые воспоминания. Справа гостиная, где отец первый раз избил его хлыстом. Слева учебный класс, где за каждый криво написанный текст линейка отбивала звонкий ритм по пальцам юного мальчишки. В конце коридора кабинет. Черная дубовая дверь с гербом семьи. Всегда угольно-черная.
Он толкнул её.
Бывший граф d’Bernard восседал на своем кресле, точнее лежал. Голова запрокинута назад, глаза широко открыты и будто всего лишь любуются лепниной, где ангелы бесстыдно улыбаются обнаженной плотью, а во лбу словно звезда, горит отверстие от пули. Кровь уже высохла, но осталась тонкой струйкой, будто деля лицо почившего графа на две ровные дольки.
И еще, на столе рядом с полупустой бутылкой виски лежала приличных размеров печать. Amori взял её в руки и в ту же секунду отбросил, словно она была раскаленной.
– Что это? – с непонимающим видом спросил Favr.
– Это monsieur клеймо, правда ужасное, мне никогда не нравился герб нашей семейки, пора бы его немного изменить. Если на этом все, я могу удалится, уж очень мне тут душно. – Amori вальяжно оттянул галстук.
– Подождите, на столе мы обнаружили записку – комиссар протянул кровавый клочок бумаги Amori.
«Юный граф будьте осторожны, следующая жертва падет в канун Рождества, подписываюсь кровью и желаю вам удачи»
– Что за бред? – на лице мужчины смешалось все от удивления до негодования – Начинайте расследование сейчас же и обо всем докладывайте мне лично. – впервые в его взгляде проснулось нечто живое. Нет, вовсе не сожаление. Ярость. Холодная и расчетливая ярость. – И первым делом допросите моего деда.
– Вашего деда? – Комиссар удивленно вскинул бровь – он вскрыл себе вены 7 лет назад в Германии.
– Правда? – переспросил Amori с легкой насмешкой – Видите ли комиссар, в этом доме мертвые имеют дурную привычку возвращаться.
Он вышел из особняка, находу пытаясь закурить и остановился под небольшим навесом у входа. Дым вылетал кольцами, закручивал пируэты и растворялся в воздухе. А новый граф все также смотрел на дождь. Он и правда приносил гнилые вести, но сегодня дождь принес нечто интересное. Нечто интригующее, что заманивает в чертов омут. Но сможет ли он выплыть оттуда, решать увы не нам.