Сердце пустыни

Глава 6

Генри и Мари продвигались вперед по ночной пустыне. Кисторог – та самая злая и потрепанная самка, - периодически недовольно фыркала, но смиренно шла вперед.

Мари молчала. Она злилась на ситуацию и еще больше злилась на Генри, что просто жался к калитке все это время. Еще и Акана, выскочившая из ниоткуда и принившаяся сыпать угрозы, вызывала у Мари мурашки. Мари снова впилась в себя ногтями, раздирая только зажившие ранки.

Генри тоже хранил молчание в начале дороги. Он был слишком занят – цеплялся за седло и старался не смотреть вперед, на поводья в руках у Мари. Ведь рядом с поводьями где-то и челюсть с зубами.

- Мари, - все же выдавил он из себя вопрос, когда напарники уже потеряли Клеонрок из поля зрения. – Что это за странная женщина? Которая преградила тебе дорогу.

- Она хочет меня убить, скорее всего, - отозвалась Мари. – Хотя, это мне должно было бы хотеться. А мне не хочется. Начинаю ненавидеть себя за это.

Мари вздохнула. Она попыталась выпрямиться и расправить плечи, но сил на это не хватило. Она слишком устала и чтобы врать, и чтобы выкладывать всю правду.

Драконица встала и отказалась сдвигаться с места. Мари краем глаза увидела, как Генри вцепился в седло так, что костяшки побелели.

- Хорошо, я понял, - выдавил он из себя. – Но если она все-таки решит тебя убить, то разбираться нам с этим придется вместе, правда? Так что может ты хоть что-то…

Момент был упущен, когда Генри прервался и что есть силы закричал:

- Смотри, что она жрет!

Кисторогша меланхолично срывала и жевало единственную траву, что решилась вырасти среди песков. Плотные стебли с короткими жирными листьями быстро пропадали с глаз и только разносилось смачное «хрум-хрум-хрум».

Когда зелени на желтом фоне почти не осталось, Генри собрал волю в кулак, выскочил из седла и даже пристал пред очи рептилии. Та подняла на миг голову, презрительно на него глянула и вернулась к своему занятию. Генри вырвал с земли последний клок растения. Драконица перевела свое внимание на него.

- Оно растет только там, где до этого поссали эти твари, - протараторил Генри и кивнул на ящера. – Тут больше такого нет. Спасай, чтоб тебя! – рявкнул он на Мари, когда драконица начала на него решительно наступать.

Мари тоже спрыгнула вниз. Она встала перед кисторогом. Та остановилась – с Мари у них установилось какие-никакое взаимопонимание. Где-то позади Генри второпях упаковывал свою драгоценную находку. Ящер, тем временем, не получив желаемого, нашла себе замену. Она ухватилась за кончик косы Мари и принялась жевать уже его. На то, чтобы вернуть себе свои волосы, у Мари ушла целая вечность. К тому моменту Генри так хорошо отсмеялся, что уже и не боялся залезать обратно в седло.

Напарники продвигались дальше. И драконица, которую Мари обозвала Бедой, тоже продвигалась, не имея особо выбора. Впереди, среди песочной глади, поднимался курган. В свете луны издали отблескивали камни.

- Это еще что такое? – пробормотал позади Генри.

Приближаясь ближе, напарники смогли рассмотреть явление лучше. Насыпь, сверху накрытая камнем, как памятником, по краям обрамлялась драгоценными камнями. Мари завороженно уставилась на ряд огромных, необычно темных рубинов. И тайком покосилась на свой перстень, где скромно выглядывал точно такой же маленький камень.

От камня ощутимо веяло холодом даже в нагретой солнцем пустыне.

- Гляди, там что-то написано. – Генри, ведомый интересом, даже решился наклониться вперед, поближе к зубам драконицы.

- «Ты был отрадой для нас всех, пока мы жили. Теперь ты станешь спасениям для тех, кто только держит путь», - машинально перевела Мари.

- Я думал, горожан в пустыне не хоронят. Тут даже имени нету?..

- Так хоронят, если не могут похоронить официально. И если нужно, чтобы тело не нашли для ритуалов. Это Андагара, - злобнее, чем хотела, ответила Мари.

Генри вдохнул и выглядел в целом так, будто собирался задать еще вопрос – а потом присмотрелся к лицу Мари и замолк. Дорога до города прошла в тишине.

Шеольц – город портовой и просто ближайший. Один из основных крупных поселений, в которых кипела жизнь. Напарники добрались до него прямо к рассвету. Сонные люди плелись кто куда по своим делам, а Мари, спешившись, пыталась уговорить кисторога идти в нужную сторону по узким городским улочкам. Проблема состояла в том, что сама Мари не знала, какая сторона им нужна.

Драгоницу они собирались продать на ферму. И, если повезет, отбить часть денег. Мари почему-то не горела желанием эту ферму найти. Рептилий она вообще не боялась. Но какая-то не до конца сформировавшая мысль поселилась в ее уставшей голове и не давала покоя.

- Гляди, - сказал Генри.

Он показал на молодого паренька, что тянул за поводья такого же молодого кисторога.

- Можем пойти за ним.

Мари ничего не ответила. К непонятной мысли добавилось неприятное предчувствие. Она поняла, откуда оно взялось, почти сразу. Но было уже поздно. С другой стороны площади энергично приближался силуэт с подозрительно знакомыми очертаниями.

- Мари, ты что ли?! – послышался и отлетел эхом от стен звонкий голос. Мари развернулась и похоронила свои надежды незаметно смыться.  

Парень, ровесник Генри на вид, щуплый, но прилично одетый, предстал перед напарниками.

- Кто это? – шепнул со спины Генри.

- Да ты ничуть не изменился! – воскликнула в этот момент Мари. – Слушай, Ральф, рада тебя видеть, но у меня работа, мы спешим, так что…

- Ну, раз рада, то давай зайдем, поговорим. Тут кабак недалеко, ты должна помнить.

И потянул ее за локоть, напрочь игнорируя кисторога и Генри за спиной Мари. Его уверенности можно было позавидовать.

- Ральф! – крикнула Мари. – Это Генри, мой напарник. Это Беда, кисторог, и ее нужно завести на ферму. У нас работа, слышишь меня?

Ральф к тому моменту уже успел пожать Генри руку и вернуться на исходную позицию. Оттащил Мари в сторонку и прошептал на ухо: