Сердце старшего мага

Глава 24. Урок чувств.

Каэль мерил шагами свою спальню, словно тигр в клетке. Пять шагов до окна, резкий поворот, пять шагов до камина. И так уже десятый круг. Его халат развевался при каждом повороте, выдавая степень его раздражения. Тишина в уснувшем замке давила на нервы. Он снова и снова прокручивал в голове сцену в комнате Элианны. Её гнев. Её подушки, летевшие ему в голову.

— Нет, ну чего ей не хватает? — прорычал он в пустоту, резко останавливаясь посреди комнаты. — Вейлор дал знак? Дал. Отец благословил? Благословил. Я сам пришёл к ней, признал её женой, предложил закрепить союз! — Он развёл руками, глядя в потолок, словно задавал вопрос самим стенам. — Чего ей ещё надо?!

Он остановился посреди комнаты, глядя на своё отражение в зеркале, словно ища поддержки у самого себя.
— Любая другая на её месте прыгала бы от счастья. Я в самом расцвете сил, не урод, богат, магия при мне. Я даже пообещал быть нежным! А она? Подушками в меня швыряется! «Не так предложил», видите ли! А как надо было? Серенаду под окном спеть? Стихи продекламировать? Может на колени встать, хотя это уже перебор?

Он снова начал ходить, сердито бормоча под нос:
— Духи приняли, я принял… Что не так?

Внезапно его размышления прервал робкий стук в дверь.

Каэль замер. Сердце предательски ёкнуло. «Одумалась!» — мелькнула мысль. Наверняка поняла, что погорячилась, и пришла извиняться.

Он в два шага оказался у двери и рывком распахнул её.
— Элианна … — начал он, уже готовый великодушно её простить, но осёкся, увидев, кто к нему пожаловал.

На пороге, опустив голову и комкая передник, стояла Гвен.

Разочарование было таким сильным, что Каэль не смог скрыть раздражения.
— Что тебе нужно? — нахмурился он.

— Я хочу вам помочь, милорд, — робко пискнула девушка, не поднимая глаз.

— Помочь? — Каэль скрестил руки на груди, всем своим видом выражая скепсис. — С чем же?

Гвен опасливо оглянулась по сторонам, чтобы убедиться, что в коридоре никто не подслушивает, подошла на шаг ближе и зашептала:
— Я хочу помочь вам сблизиться с женой, милорд.

Каэль склонил голову набок. Гнев немного утих, уступив место удивлению.
— А ты не думаешь, что мы с женой как-нибудь сами с этим разберёмся? — спросил он, но в его голосе уже не было прежней злости. Скорее, любопытство.

Заметив, что хозяин смягчился, Гвен осмелела и пододвинулась ещё ближе и зашептала заговорщицким тоном:
— Милорд, вы не понимаете. Вашей жене необходимы чувства.

— Что? — снова нахмурился Каэль, словно она сказала что-то на непонятном языке. — Какие ещё чувства? Уважения и статуса ей недостаточно?

— Нет, — Гвен покачала головой, глядя на него как на неразумное дитя. — Покажите ей, что она вам дорога. Что вы боитесь её потерять. Что вы… любите её, в конце концов. Женщинам это важно.

Каэль застыл. Его брови, до этого медленно двигавшиеся вниз, изменили маршрут и поползли вверх.
— А что… — он запнулся, чувствуя себя глупо, но любопытство пересилило гордость. — Элианна сказала тебе, что… любит меня?

Гвен хитро улыбнулась, и в её глазах плясали озорные искорки.
— А вот это, милорд, должна сказать вам она, а не я. — Она сделала книксен. — В общем, основное я передала, а что делать дальше — решать вам. Доброй ночи.

Закончив свою речь, довольная собой служанка развернулась и легкой походкой направилась к лестнице.

Поражённый Каэль закрыл дверь и прислонился к ней спиной. Он долго стоял и смотрел в одну точку, осмысливая услышанное.

— Люблю её? — хмыкнул он в тишину. — А есть ли вообще такая штука, как любовь? Или это всё выдумки поэтов, чтобы оправдать глупые поступки?

Он отлепился от двери и побрёл к кровати, на ходу стягивая халат и швыряя его в кресло.
— Женщины… — ворчал он себе под нос, забираясь под одеяло. — Чувства им подавай, романтику. Начитались своих любовных романов, а нам теперь расхлёбывай. «Покажите, что дорога»… Тьфу!

Он взбил подушку и закрыл глаза, собираясь спать.

Но сон не шёл.

Стоило сомкнуть веки, как перед мысленным взором тут же вставал образ Элианны. Вот она входит в холл в том изумрудном платье, и у него перехватывает дыхание от её красоты. Вот она стоит в ритуальной комнате, и он чувствует тонкий, сводящий с ума аромат её волос, когда касается губами виска. А вот она сегодня вечером — раскрасневшаяся, с горящими глазами, воинственно сжимающая подушку.

Даже в гневе она была чертовски притягательна.

Сердце предательски ускорило ритм, а тело отозвалось жаркой волной.

— Это просто физическое влечение, — упрямо пробормотал Каэль в темноту, переворачиваясь на другой бок. — Похоть и ничего больше. Завтра пройдёт.

С этой мыслью он наконец провалился в беспокойный сон. Но даже во сне образ Элианны преследовал его, заставляя сомневаться в собственных словах.