Сердце Стужи

Глава 5. О ледяной крепости

— Как думаешь, найдет вход или нет? — оба снежных князя прилипли к забору и все высматривали что-то по ту его сторону.

— Найти проще, крепость она увидела, едва ли теперь от пригорка снова к лесу повернет. Зато войти сложнее. А ну как не пропустит ее наша ледяная сила?

— И что ему стоило провести? Он здесь хозяин, ему сила, как верный пес, повинуется.

— Единожды проведу, а дальше как быть? — Голос за спиной заставил обоих врезаться от неожиданности лбом в забор. — Каждый раз потом выводить, заводить?

— Бренн, — Сизар потер ушибленный лоб, — что тебе стоило иную плату спросить?

Войд изломил насмешливо бровь:

— А не я ли того гляди в волка обращусь без женской ласки?

— Какая же ласка от девчонки? Видать по ней, неопытная совсем, неумелая.

— Умение и опыт с наукой приходят. Каждая ли сразу искусна?

Севрен стоял и с трудом сдерживал смех, но Сизара ничто не могло унять.

— Она от простых слов смутилась, язык проглотила, а на ложе совсем устыдится и растеряется.

— Стыд — дело нажитое, любовь же вовсе иное, желание любой стыд растворит.

— Но ведь плату когда спросишь! Обучение не день и не два длится. Глядишь, и влюбится девчонка в кого-то здесь, в крепости. Неужто силой возьмешь? Не возьмешь ведь. Вот так и выйдет, что впустую оплата пропадет, сила взбунтуется.

— А ты чего предлагаешь-то в оплату? — не выдержал этих разглагольствований Севрен, и уже обращаясь к Бренну, — ведь так вдохновенно вещает, что скоро даже лед убедит.

— Я бы ее завел, обогрел, не пугал, сразу бы к испытаниям не вынуждал. Пусть освоится здесь, приглядится, успокоится, ну а после к остальному приступать. За это время и плату хорошенько обдумать можно. Такую, чтобы соразмерно, чтобы после не пришлось всем худо.

— Вот был бы ты в крепости хозяин, Сизар, — с усмешкой ответил ему войд, — одни бы девки по двору ходили. Все обогретые и успокоенные. Но пока здесь я решаю, испытания каждый маг, силой наделенный, проходить будет. И награду, как и дань, мне принимать и мне вносить. Потому не чеши языком понапрасну. А вот если войдет чародейка в крепость, то сам здесь все ей покажешь да расскажешь.

На холм я взошла, а крепости нет. Думала, как заберусь, так и появится, а не тут-то было. Пространство впереди большое, широкое, с высоты хорошо лес и поле видать. Вытянула перед собой руки, но воздух как воздух, холодный и морозом щиплется. Не помни я, как тогда с Сердцем Стужи за братьями наблюдала, может, поверила бы, что нет здесь ничего, а крепость в ином месте теперь находится. Только раз сказал вход отыскать, стало быть, никуда ее не уносил. Здесь стоит и ледяной завесой прикрыта.

И решила тогда вперед пойти, руками пространство ощупывая, чтобы не врезаться. Иду, иду, и какая же там завеса, если снизу крепость огромной казалась, а я почти до середины холма дошла и так в стену и не уперлась?

Как магия его работает? Сжимает она ему пространство, что ли? Ведь через него он шагать умеет. Глупо, стало быть, надеяться вот так запросто отыскать, увидеть надо или поверить, будто вижу. Когда смотришь на что-то, не сомневаешься ведь, что оно существует, а меня сейчас именно сомнения разобрали. И люди здесь есть, только услышать не могу. Опять думать начала, словно привиделось многое.

А ведь как я вышла к полю? Глазам поверив, бежала бы прочь, но я их закрыла и чутью огненному отдалась. Оно иную магию лучше меня ощущало. Ну, была не была.

Зажмурилась, представила, что вот она крепость, забором окруженная, как снизу мне виделось, бревна толстые, круглые, одно к одному плотно пригнаны и все белоснежные, заиндевевшие до самой сердцевины. В ладонях даже закололо. Холод, снег, эх, растопить бы! Прислушалась к себе, чувствую ли? Да. Не одна, не в пустоте стою. Здесь оно все. И шагнула я резко вперед, и налетела на холодное дерево, лбом точно в бревно стукнулась.

Ух! Потерла шишку ладонью, но удержалась и глаза не открыла. Раз здесь забор, то теперь ворота отыскать нужно. На вид мощные, крепкие, наверняка не с одним засовом изнутри. Но в эту пору они уже были открыты, надо только вдоль забора идти. Пошла, ведя ладонью по кругу, перескакивая пальцами с бревна на бревно, а потом провалилась рука в пустоту. Точно вход? Не обманулась? Глаза не открыть, тогда все исчезнуть может. Значит, въяве не оценить что за пустота, но если не ворота, то калитка, не зазор же между бревнами в самом деле.

Раз отыскала хорошо, теперь вперед шагать нужно. А в душе словно протест. И опять бы не поняла в чем тут дело, не напомни он мне другое чувство, в первый раз испытанное, когда мужской голос спросил: «Очнулась». Вот тогда в душе жар всколыхнулся. Враг — не враг, а иной. Не такой, как я, совсем противоположный. Будет удар от него или нет, а упредить следует. Как тогда кинулась, сама не ведая, что творю. И сейчас во мне сила взыграла. Она ощутила, что воздух висит плотной упругой пеленой, через такую шагать, словно через вязкий и густой туман или через гладь воды проходить. Таким не дышать, сквозь такой продираться, точно сквозь кустарник лесной. Еще и холодный он был.