Сердце танцующего дома

ГЛАВА 9. Новый друг Беттани

– Имания, – потерев браслет, как учила сестра, Беттани почти прижала его к губам.

Она уже легла в кровать, в распахнутое окно слышались голоса ночных птиц – соловьёв, пеночек, камышовок и ещё кого-то. И очень хотелось поделиться с Иманией переживаниями непростого дня.

– Бет?! Как ты поняла, что надо связаться со мной? – почти сразу откликнулась Имания. – Я как раз хотела сама с тобой поговорить, вот уже браслет приготовила.

У сестры был какой-то необычный голос, и говорила она быстро, будто волнуясь.

– А что случилось? – спросила Беттани.

– Скажи, ты приглашала к себе Реная? Не говорила Прапра, что она может впустить его?

– Реная? – удивилась Бетти. – Почему Реная? Он разве не остался дома?

– О… понятно, ты не знаешь. Ну, как у тебя дела? Ты уже хочешь обратно, да? Прапра слишком невыносима?

– Нет, у меня всё хорошо, – сказала Беттани, – я сегодня впервые открыла дверь. И там был волшебник, довольно-таки молодой, а потом за ним пришёл ещё и учитель… Так что насчёт Реная?

– Всё хорошо? – недоверчиво переспросила Имания. – У тебя? Это… Это хорошо.

– Имания, что у вас происходит? – спросила Беттани. – Я никогда не слышала, чтобы ты разговаривала так странно. Ты встревожена?

– Ренай пропал. Точнее, сбежал из дома. Отец целый день рыскал по округе, а завтра хочет ехать к тебе. Думает, что Ренай мог уйти в танцующий дом. Слушай, если он появится, тебе придётся просить Прапра впустить его. Иначе он останется ночевать на улице.

– Ну, может, и пусть бы ночевал, раз такой своевольный, – сказала Беттани. – Ладно-ладно, если он появится… Слушай, а если нет?

Имания всхлипнула.

– Тогда я ему уши оторву, – вскричала она. – Ты бы видела, как расстроилась мама!

– Передай матушке, что я обязательно скажу прапрабабушке, чтобы его впустили, – тут же сказала Бетти. – Пусть не волнуется. Он и правда может сюда прийти, вбил себе в голову, что хочет быть смотрителем.

– Он тебе ничего такого не говорил?

– Ещё как говорил! – сказала Беттани. – Мы с ним даже поспорили.

И задумалась.

– Знаешь, Имания, – подумав, произнесла она, – а ведь Ренай может пойти куда угодно, не только сюда. Он, я думаю, решил найти ключ.

Имания только застонала:

– Ну не дурак?!

– Не знаю, – протянула Беттани. – Но если он найдёт – это же… Это будет просто чудесно! Ведь сама я ни за что не смогу.

– Бет! Ему шестнадцать, он ещё ребёнок! – вскричала сестра.

– Да, – согласилась Бетти, – ребёнок. Но я знаю, что он, хоть не воин и вроде бы не волшебник, умный и храбрый.

– Вот в его уме я как раз очень сомневаюсь, – фыркнула Имания. – Но всё равно спасибо. Теперь мы хоть примерно понимаем, что у него на уме. Но если всё-таки он появится…

– Я попрошу бабушку, чтобы она разрешила ему остаться, пока вы за ним не приедете, – продолжила Беттани.

И, дождавшись, пока Имания с ней распрощается, легла в кровать.

Сегодняшних впечатлений и переживаний прежней Беттани хватило бы на полгода! Как тут уснёшь? Тем более, что соловей за окном опять начал свои песни – на этот раз в одиночестве.

– Я – чудовище, – сказала Беттани сама себе и с горечью рассмеялась. – Я такое чудовище, что у малолетних волшебников от страха случается расстройство живота.

– Простите, – произнёс неизвестно откуда незнакомый голос, – но только не позволяйте дому и призраку прапрабабушки обманывать вас. Вы не чудовище!

Голос был мужской. Приятный, хоть и не такой, как у учителя Тамона. Но, несмотря на вежливый тон, Беттани всё-таки испугалась и вскрикнула. Но вскрикнула почему-то негромко и тут же зажала ладошкой рот.

– А вы кто? – спросила она шёпотом.

– А я тут случайно, – ответил мужской, а вернее – юношеский голос. – Но вообще меня зовут Амэ Дэан.

– Как? – удивилась Беттани. – Чудное имя. Расскажите, кто вы? Волшебник? Вы зашли, когда пришёл тот, второй маг, да?

Но что-то подсказывало ей, что невидимый парень действительно невидим, как незримые слуги. Вернее, не «что-то», а целый ряд признаков. Во-первых, она не слышала ни дыхания, ни шорохов – а живой человек, даже если стоит неподвижно, издаёт какие-никакие звуки. Во-вторых, не было и запахов. То есть от постели пахло лавандой, а из окна – распускающейся сиренью… а человеком не пахло.

Но и холодка, как от призраков, тоже не было.

Беттани протянула руку.

– Где же вы?

И встретила лишь тугую струю воздуха, как если бы кто-то выдохнул навстречу – сильно и резко. Воздух был слегка тёплым.

– Меня в некотором смысле… нет, – сказал Амэ Дэан. – Видите ли, я тут по ошибке, и никак не могу объяснить это здешним призрачным обитателям. Быть может, мне поможете вы, прелестная Беттани Май?

– Не помню, чтобы я представлялась, – из губ Беттани вырвался нервный смешок.

– Но я здесь уже два дня, и я слышал, как вас зовут. Ваша прапрабабушка считает, что меня прислало агентство от призрачной школы, и что я тут по ошибке. Но если меня всё же выгонят – то я, скорее всего, развеюсь.

– А как вы тут оказались? – полная любопытства, спросила Беттани.

– Ах, милая Беттани Май! Если бы я мог знать! Всё, что я помню – это что я поцеловал ведьму…

– Ведьму! – от любопытства Беттани окончательно забыла страх. – Ты встретил злую ведьму и поцеловал её?!

– Я же не знал, что она злая… А мы, значит, уже на ты?

– Ой, извините…

– Нет, ничего, – сказал Амэ. – Думаю, что мы примерно сверстники.

– Да? Мне двадцать один, а вам… Тебе?

– Мне двадцать два, – сказал Амэ, – и я даже не волшебник. Я был бродячим поэтом и…

– И поцеловал ведьму! А потом ничего не помнишь? – Беттани было так интересно, что и усталость отступила вслед за страхом.

– Помню, что она расхохоталась и сказала что-то, но… Но вот что именно – я позабыл. А зря: видимо, это были условия, на которых я бы мог отсюда выйти.

Тут Амэ помолчал и добавил: