Сердце Темного мира

Глава 5. Жажда мести.

Я ждала, что меня вот—вот позовут. Прошел час, затем еще один, через три я настолько устала от напряженного ожидания, что отправилась изучать обстановку, хотя была уверена, что не рискну выйти из комнат.

Это было бы разумно, учитывая, что у меня нет покровителя, а дворец полон опасных личностей.

Впрочем, либо моей служанке дали особое распоряжение, либо был такой час, но мы добрались до выхода на улицу, никого не встретив. Даже слуг.

Снаружи территория дворца оказалась ненамного меньше, чем внутри. Жил Повелитель с размахом. Пожалуй, избегать встреч с ним на таких просторах будет несложно.

На улице еще не стемнело. Я бродила по окрестностям, заглядывая иногда к весьма странным постройкам неясного назначения, но и узнавать о них я не стремилась. Зато встретилась с парой местных жителей.

Оказалось, тут не только воины Повелителя, но и придворные. Здесь девушки не скрывались за плащами с капюшонами. Напротив, нравы во дворце куда раскованнее.

В Сиаолне их давно бы сочли вульгарными, здесь же огромные разрезы на одежде со всех сторон и облегающие силуэты считались модными.

Долго наслаждаться тишиной и спокойствием мне не дали. Повелитель все же вспомнил обо мне и «пригласил на аудиенцию», хотя посмей я отказаться, уверена — притащили бы силой. Впрочем, испытывать терпение моего пленителя я не собиралась и покорно пошла за слугой. 

Удивление возрастало, чем выше мы поднимались. Меня привели едва ли не на самый верх одной из башен.

— Ну же, проходи. Стоять в дверях неудобно, — с легким раздражением произнес мужчина, приглашая меня... в столовую.

Это была сравнительно небольшая зала с широкими окнами, открывавшими вид на раскинувшийся вдали город, уже начавший скрываться в сумерках. В центре залы находился стол, сервированный на двоих.

— Ты еще не ужинала, поэтому разделишь трапезу со мной, заодно ответишь на вопросы, — он не предлагал, просто озвучил планы на вечер. И мне пришлось подчиниться.

Я села возле него, как он того пожелал, и даже попыталась поесть, ибо сидеть в тягостном молчании еще хуже.

— Как много ты успела изучить в магии с Ратисом?

— Не так уж и много. Мы отрабатывали концентрацию, Рамон, то есть Ратис, не хотел спешить, чтобы не травмировать мои силовые потоки, Повелитель, — я старалась не смотреть в его сторону, но все равно уловила недовольство от моих слов.

— Повелитель? Твой Повелитель — лир Юлиан Сианон. Во всяком случае — пока что, и мне ты еще не принадлежишь. Будешь обращаться «лир» или «Рихтер», — ответил он, чем поразил.

Не знаю, почему я так в этом уверена, но я поняла — этот мужчина назвал свое настоящее имя. Рихтер... Так вот как зовут страх и ужас всех миров.

— Как вам будет угодно, лир, — думаю, я никогда не решусь обратиться к нему по имени.

— Сколько покорности в голосе! А на том балу ты была непозволительна дерзка, за что сейчас и расплачиваешься. Что ж, вернемся к магии. Я смогу уделять тебе несколько часов в день. Когда конкретно — будет зависеть от моих планов. Будь готова, даже если позову в середине ночи.

И как это, интересно? Вообще не спать? Решил таким способом меня изморить? Видимо, мои мысли слишком легко читались, так как на его лице появилась снисходительная усмешка.

— Так и быть, ночью дам пару минут, чтобы одеться. В то время, пока я занят, ты будешь заниматься сама, книги принесут. Я проверю твое прилежание. Разочаровывать меня не стоит. Учитывая, что в комнате ты уже не усидела, тебе пригодится вот это. Надень, — и он протянул мне кольцо.

Сверкающий черный бриллиант в тонкой оправе из черного золота, на котором выгравирован его знак, что я не раз встречала в этом замке.

— Вы даете мне свое покровительство, которое запретили другим?

— Да.

Весьма изощренное издевательство. Покровительство. То, что являлось защитой в этом мире. Что дало бы мне хоть какую-то свободу и безопасность. Но принять его от этого мага?

Видимо, лир понял, что сама я его не надену, но проблемой это не счел. Не поленился, ловко перехватив мою руку, за запястье притянул к себе и надел кольцо. Оно тут же нагрелось и сжалось. Попробовала снять, не вышло.

— И не снимет никто другой, кроме меня. Окружающие будут в курсе, кому ты принадлежишь. Я не позволю тебе заводить здесь романы. Ни один мужчина без крайней необходимости к тебе не подойдет. Здесь ты только для меня.

— Это подло, — тихо ответила я.

Он обрекал меня на вынужденное одиночество. Раньше у меня был Рамон. Точнее Ратис. Теперь никого.

Я не хотела себе лгать: в таком одиночестве мне будет слишком тяжело. Это невольно заставит искать хоть кого-то для общения. И им единственным станет лир.

— Я поступаю так, как считаю нужным. Не это ли ты сделала, подойдя ко мне на балу? — усмехнулся мужчина, и я не выдержала.

Уже не заботясь ни о чем, я резко встала, охваченная гневом и злостью.

— Да что вы вообще знаете о том вечере? Знаете о том, почему я тогда на это решилась? Да, вы правы: я понимала, чем это грозит. Но не смейте обвинять меня в высокомерии и низости, не зная причин моего поступка. Я надеялась на ваше благородство, но вы его не оправдали, поступив еще хуже, чем я.