Сердце ведьмы даром

Глава 14. Сэдрик Файт

На лекцию по юридическому праву я опаздывал не специально. Мастер Йекуто попросил помощи в наведении порядка на тренировочном полигоне, который пострадал после практических занятий у пятикурсников.

Я, конечно, не отказал наставнику.

Во-первых, он никогда не отказывал мне, с чем бы я ни приходил, мастер всегда выслушивал и разделял со мной сложности.  Во-вторых, с первого курса он честно и бескорыстно помогал мне осваивать мою родовую силу, контролировал ее проявление, обучал основам построения защитных и атакующих контуров.

Во все это посвящают наследника сильнейшие из рода маги. В моем случае образованием должен был заниматься отец, но... С учетом его кровного долга и как следствие наших специфичных с ним отношений моя сила стала моей же тюрьмой. Залогом хорошего поведения, надежного послушания и гарантией следования данному слову.

Инициация магов происходит в период совершеннолетия, чуть раньше или чуть позже, но в двадцать один год родовая сила обретает свое равновесное существование с аристократом.

Мне же двадцать три.

Двадцать три!

И я только на днях протащил себя через силовую воронку, чтобы создать внутренние каркасы и обуздать мощь родовой магии Файтов.

И то благодаря ведьме.

Вредной, ершистой, букашистой ведьмы.

Которая мало того, что не послала меня с моим требованием поцелуя в зад тварей Великой Пустоши, она ещё и совсем не поняла, какого вурдалака с нами происходило у дверей ее комнаты. Фееричный поцелуй протащил нас лавовой рекой по жерлу вулкана и выплюнул с цветными залпами фейерверков. Она хлопнула дверью, а мои опорные щиты верными псами замерли по периметру разгоревшегося во всю мощь родового пламени.

И кто бы мог поверить, что инициация мага может происходить именно так!

Без точно вычерченных пентаграмм, алтарных камней и грамотных старших, которые своим участием и направляют, и сдерживают родовую силу, оттягивая на себя ее часть, разделяя с инициирующимся его боль и жар, помогая ему выстроить внутренние энергетические потоки и адаптироваться в новом состоянии.

Мы, кстати, с мастером Йекуто уже проверили мои трансформированные в горячем поцелуе энергоканалы. Преподаватель назвал результат филигранной работой и попытался в подробностях расспросить меня о том, как же мне удалось провернуть подобное. А я увиливал, как мог, объясняясь фразой "так получилось".

Куратора Мэдхали и ректора Грунея пришлось поставить в известность о произошедших изменениях, потому как эти двое были ответственными за мое состояние перед лицом академии и моей семьёй. Они больше остальных заслуживали знать, что из мага с длительно сдерживаемым потенциалом, ходячей ядерной бомбы, я стал вполне себе адекватным парнем, чья магическая инициация более не грозит катастрофой всем окружающим.

Оба, и ректор, и куратор, значительно выдохнули после таких-то новостей.

О моей семейной обстановке они не знали ровным счётом ничего, но о намеренной задержке в инициации отец поставил их в известность, как перед фактом неоспоримым, и, плевать, что и вам, и всей академии неудобным. Мы в академии? В академии! Вот и следите за подопечными!

Удивительное дело, мои родители с чувством правильности пошли на то, чтобы искалечить мою жизнь, свои жизни и подвергнуть угрозе существование всей академии, однако при этом они не осознавали общую неправильность подобного разрешения долга чести отца за счёт комфорта других. Даже не всего рода, а лишь одного из его членов. Но оказалось, что и одного последователя семейной линии хватило, чтобы закапать всю линию разом.

...С мастером Йекуто мы разгребали тренировочный полигон часа два. Пятикурсники, испуганные вырвавшимся на свободу гриомушем, вывалили на площадку столько заклинаний, охранных и атакующих чар, магических ловушек, что их либо разом нужно было взрывать вместе с локацией, но тогда ректор, вряд ли, погладил бы нас за это по головам, либо следовало терпеливо и методично распутывать все клубки образовавшихся связей. Последним мы и занимались.

А потом был звонок, и я понял, как злостно опаздываю на пару к доценту Таллу. Я два года назад ещё отстрелялся по всем его предметам и был счастлив, что эта каторга словом завершилась-таки без кровопролития. А уж повторения подобного я не пожелал бы и врагу. Однако, история распорядилась моими желаниями по-своему.

Происшествие в медкорпусе академии наделало такого шороха, что всех участников событий отправили на нормативно-правовой разбор. Чтобы знали! И чтобы помнили!

Худшей подставы от ректора и ожидать было сложно!

Лекция у Талла в качестве наказания - это уже из разряда тонкого ментального садизма.

...В большую аудиторию, вечно темную из-за постоянно задернутых наглухо портьер, я заходил осторожно, и был, конечно, весьма удивлен, встретив буквально на входе ректора Грунея.

Ректора и ту самую ведьму, место которой в аудитории, конечно, было (уж она-то в истории с операцией спасения всех заражённых сыграла центральную роль), а вот в руках у Грунея девушка смотрелась странно раздражающе.

Крупные мужские руки с короткими пальцами обнимали хрупкие женские плечи, касаясь темно-каштановых завитков волос, и девушка все пыталась обернуться, чтобы посмотреть, кто же зашёл в аудиторию и теперь стоял позади нее, но сильная хватка ректора мешала ей это сделать.