Сердце Верескового Предела

Пепел на подоконнике

Глава 1. Пепел на подоконнике

Первым пришёл холод.

Не боль, не страх, не воспоминание о белом свете фар — только холод, пробравшийся под одежду и вцепившийся в пальцы.

Потом была тряска.

Вера открыла глаза.

Над ней покачивался низкий потолок, обитый выцветшим бархатом. Под спиной пружинила узкая скамья. За мутным окном мелькали серые поля, чёрные деревья и мокрый снег, летевший почти горизонтально.

Несколько секунд она просто смотрела на чужой потолок, пытаясь понять, почему пахнет лошадьми, сырой шерстью и горьким дымом.

Потом карета подпрыгнула на выбоине, и в ребра болезненно впился корсет.

Вера резко села.

— Леди Лиара? — раздался напротив женский голос. — Вы очнулись?

На другом сиденье сидела пожилая женщина в тёмно-сером дорожном плаще. Её седые волосы были убраны под строгий чепец, тонкие губы сжаты в линию, а взгляд выражал не тревогу, а почти раздражение.

Вера уставилась на неё.

— Где я?

Женщина моргнула.

— В дороге, леди. Вы это прекрасно знаете.

— Нет, не знаю.

Карета снова качнулась. Вера машинально схватилась за край сиденья — и застыла.

Рука была не её.

Слишком тонкие пальцы. Бледная кожа. Узкое золотое кольцо на безымянном пальце. На запястье — след от тугой перчатки, а у основания ладони проступала едва заметная белая полоска, похожая на старый ожог.

Она перевернула руку.

Сердце ударило так сильно, что стало больно.

— Леди Лиара? — Женщина наклонилась ближе. — Вам плохо?

Лиара.

Чужое имя отозвалось в голове странным звоном.

Вера подняла взгляд.

— Как вас зовут?

Женщина отпрянула.

— Госпожа Марена. Я была вашей сопровождающей с тех пор, как умерла ваша мать. Неужели вы и это забыли?

Вера медленно вдохнула.

В груди поднялась паника — тяжёлая, ледяная, знакомая. Она уже чувствовала её однажды.

Тогда шёл дождь.

Асфальт блестел под фонарями. Вера возвращалась поздно, с папкой чертежей под мышкой, злясь на себя за то, что снова задержалась на работе. Ей нужно было закончить проект старого парка: восстановить пруд, рассчитать дренаж, решить, какие деревья можно спасти, а какие давно сгнили изнутри.

Она помнила шум шин.

Белый свет.

Удар.

Холодную воду под ладонью.

А потом — ничего.

Вера зажмурилась.

В памяти вспыхнуло другое.

Не её.

Большая комната с тяжёлыми шторами. Мужчина с рыжеватыми волосами бросает на стол бумаги.

— Семья не может ждать твоих капризов, Лиара.

Девушка — она сама, но не она — стоит у окна и сжимает руки так сильно, что ногти оставляют следы на ладонях.

На столе лежит договор.

Чёрная печать.

Герб: птица, окружённая языками пламени.

И чужой страх, такой отчаянный, что Вера едва не задохнулась.

«Я не переживу эту свадьбу».

Она распахнула глаза.

Марена смотрела на неё всё пристальнее.

— Что вы помните?

Вера сглотнула.

— Ничего полезного.

— Это очередная попытка отменить поездку?

— Какую поездку?

Марена поджала губы.

— До Верескового Предела осталось два часа. Лорд Арквейн ждёт вас к ужину. Церемония состоится сегодня.

Вера не сразу поняла.

— Какая церемония?

Марена посмотрела на неё так, как смотрят на человека, который намеренно говорит глупости.

— Ваша свадьба.

В карете стало очень тихо.

Только колёса стучали по промёрзшей дороге.

Вера медленно опустила взгляд на кольцо.

— С кем?

— С лордом Каэлем Арквейном, разумеется.

Имя ничего ей не сказало.

Но тело — или та часть памяти, что осталась от прежней Лиары, — отозвалось мгновенным холодом.

Высокий мужчина у камина.

Серебро в чёрных волосах.

Золотые глаза.

Пепел на ладони.

И мысль, не принадлежащая Вере:

«Он не чудовище. Но рядом с ним всегда кто-то умирает».

Она сжала пальцы.

— Я не хочу за него замуж.

Марена устало прикрыла глаза.

— Вы говорили это всю дорогу.

— Тогда почему меня везут?

— Потому что иногда желание — не самое важное в жизни.

Вера посмотрела на неё так резко, что женщина отвела взгляд.

— Удобная мысль для тех, кто везёт других на свадьбу.

Марена выпрямилась.

— Ваша семья в долгах. Дом Вельтов едва удержался на земле после смерти вашего отца. Лорд Арквейн предложил достойный союз. Он берёт на себя обязательства рода. Вы получаете безопасность.

— А он?

— Он получает жену.

— Потрясающе честная сделка.

Марена ничего не ответила.

За окном потемнело ещё сильнее. День, кажется, не собирался наступать вовсе. Над полями стелился серый сумрак, а вдалеке виднелись холмы, покрытые низкими кустами. Даже под снегом они выглядели фиолетовыми.

Вереск.

Вера почему-то сразу поняла.

Она снова посмотрела на свои ладони.

Белая полоска у основания пальцев стала ярче.

Нет.

Это уже не была полоска.

Ожог медленно проступал, образуя тонкий полумесяц.

Вера вздрогнула и спрятала руку в складках юбки.

— Что это?

Марена заметила движение.

— Что именно?

— На ладони.

Женщина наклонилась, но Вера не дала ей посмотреть.

— Ничего.

Марена прищурилась.

— В Вересковом Пределе вам придётся привыкнуть, что у дома есть свои причуды.

Вера подняла голову.

— У дома?

Марена будто пожалела, что сказала лишнее.

— Старые владения всегда… чувствительны к новым хозяевам.

— Я ещё не хозяйка.

— Дом может думать иначе.

Карета резко замедлилась.

Снаружи раздались мужские голоса, фырканье лошадей, звук открываемой двери.

— Застава, — сказала Марена. — Меняют упряжь.

Она взяла перчатки.

— Не вздумайте никуда уходить.

Вера почти рассмеялась.