Сердце во тьме: Пепел и серебро

Глава 2

Я спотыкалась о деревья — лес был слишком густой, каждая ель будто нарочно вставала на пути. Снег скользил под ногами, цеплял, сбивал с толку. Я не помнила, когда свернула с тропы, но теперь вокруг была только глушь, белая и молчаливая. Усталость прожигала ноги, боль шла вверх по мышцам, и наконец я упала в сугроб.

Подсознание само хотело этого — сил бежать больше не было. Я лежала, тяжело дыша, и снег медленно таял на моих губах. Коса давно расплелась, волосы липли к лицу, путались под воротником. Мысли рассыпались, как лесной снег, — только один пульсирующий инстинкт: бежать.

Но хватит ли сил бежать вечно?

Я закрыла глаза и вспомнила о маме. Я оставила её там, одну. И эта мысль жгла сильнее, чем холод.

Я услышала далёкий гул копыт, но продолжала смотреть в серое, туманное небо. Над ним медленно кружили два ворона, будто равнодушные к происходящему.

Они не остановятся. Я притянула к себе зелёную мантию, словно прячась от всего мира, и позволила усталости утянуть меня в вязкий полусон.

— Велина! — крик прорезал тишину, рванул меня из забытья. Я нехотя распахнула глаза, чувствуя, как к губе прилипла тонкая ниточка слюны. Холод вцепился в тело, пронзая его остро, словно стрелой. Мантия распахнулась, впуская в себя морозный воздух.

— Велина!

Я медленно поднялась, опираясь ладонями о мерзлую землю, и вгляделась в даль.

— Лука... — прошептала я себе под нос. Он ищет меня.

Я увидела его силуэт вдалеке. Он был в дублёнке и тяжёлых сапогах, каштановые волосы теперь прятались под шапкой. Он пробирался сквозь снег и ветки — шёл ко мне. За мной.

Я оглянулась. Внутри было странное, двоякое ощущение: зачем он пошёл за мной?

Я стряхнула с себя снег и медленно поднялась, осторожно, словно любое движение могло спугнуть и воронов, и меня саму. Мокрые пряди липли к щекам, дыхание рвалось короткими облачками.

После его испуга... могу ли я теперь доверять?

Я осторожно отступила назад, не сводя с него взгляда.

— Велина! — его голос разносился над лесом, он всё звал меня, оглядывался, искал.

Я бросила взгляд через плечо и сразу поняла: моя зелёная мантия слишком заметна среди снега. Осторожно расстегнула пуговицы — ткань мягко скользнула с плеч и упала в сугроб. Я следила, как она медленно исчезает в белом, будто оставляя в снегу кусочек меня самой.

Серое платье меньше бросается в глаза. Я затаила дыхание, видя, как пар от него поднимается тонкими облачками в холодном воздухе.

Копыта звучали где-то позади, гулкими ударами по утрамбованному снегу. Мы оба обернулись на этот звук. Лошади приближались — всё ближе, всё отчётливее.

— Велина...

Он заметил меня, а я стояла, как вросшая в снег, глядя на него и будто ищя ответ в его лице. Не шевелилась. Только ждала.

Он осторожно переступил через наше невидимое расстояние. Снег скрипел под его сапогами, ветки раскачивались от лёгкого ветра.

И вот нас разделяло всего несколько шагов.

Он всмотрелся в моё лицо, и я почувствовала, как внутри всё сжалось. В его взгляде было чтото, от чего горели глаза — не только от холода, но от горечи.

— Холодно, — сказал он просто, почти как факт, и протянул руки к моей зелёной накидке с капюшоном.

Наши дыхания таяли в морозном воздухе двумя облаками пара. Он набросил накидку мне на плечи и на миг задержал руки, будто не решаясь отпустить.

— Что ты тут забыла? — тихо спросил он, но в его голосе уже появлялась твёрдость.

Я отвела взгляд, оглядываясь по сторонам. Лес вокруг казался чужим, полным шорохов и спрятанного ветра.

— В деревне переполох, — произнёс он коротко, почти рубя слова, и снова посмотрел на меня.

Не хватало уверенности — не его, а моей. Я чувствовала, как мир вокруг дышит тревогой.

Его ладонь легла поверх моей руки — тёплая, неожиданно спокойная.

— Сбежим вместе? — предложил он, и у меня закружилась голова.

Бежать... вместе?

— Шутка какая-то? — мой голос прозвучал глухо, будто в снег ушёл.