Сердце Железного Дровосека

ГЛАВА 18

О неудержимости истинных фанатов и о любви,

которая заживо сгорает в сердце

В понедельник в художке Катя дорисовала мой несчастный портрет. Судя по выражению моего лица, я сильно страдал косоглазием и изжогой. Но Катя была довольна и пообещала мне маленький подарочек, за то, что выручила в трудную минуту. Я, если честно, рассчитывала на шоколадку, но такой скучный подарок был не в ее стиле.

– Смотри, – Катя протянула мне свой телефон. Азиатская вечеринка?

– Это же обалденно! Раньше у нас такого никогда не устраивали. Это первый раз! Какое-то кафе «Пряник», ну это мы найдем, в семь часов начало. Там даже будут продавать атрибутику!

Катя тараторила, не скрывая ликования. Я попыталась сделать заинтересованное лицо.

– И что будет на этой вечеринке?

– Написано, что выступит какой-то японский артист, и танцплощадка будет. Я, кстати, уже послала заявку, чтобы мои любимые песни включили в плей-лист!

– Постой, там будут только…э-э…люди, которые любят Корею?

– Не-а. Еще анимешников куча, и тех, которые фанатеют от японцев. Это, конечно, не очень круто, что все вместе, но тем не менее! Пошли!

– Это твой подарочек? Приглашение на азиатскую вечеринку?

– Ну да, отличный ведь подарок! – без тени сомнения заявила Катя.

Фанаты – это страшная сила.

– Кать, я не совсем уверена, что меня отпустят… – протянула я, не теряя надежды избавиться от любезного предложения.

– А ты скажи, что у меня дома будешь! А я скажу своим, что буду у тебя!

– Это ты, конечно, здорово придумала, – пробормотала я. – Похоже, у меня нет выбора.

– Ага, – радостно подтвердила Катя. – Хочешь, одолжу тебе свои мелки для волос?

– Нет, спасибо, – поспешила отказалась я. – Я лучше так пойду.

– Ну как знаешь. Встречаемся завтра в полседьмого на остановке.

– Договорились, – вздохнула я, подчиняясь неизбежному.

Маме я не стала говорить правду, хотя совесть назойливо скреблась в грудной клетке. На объяснения про Катю и Корею уйдет слишком много времени. А я, может, часок потусую на этой вечеринке и по-быстрому слиняю домой.

Мероприятие превзошло все мои ожидания. В плохом смысле.

Во-первых, японский артист, неведомо каким ветром занесенный в наш город, простудился и лишил нас своего общества. Во-вторых, львиную часть присутствующих составляли девочки лет четырнадцати в костюмах героев аниме. Катя, которая раньше тоже этим увлекалась, теперь от них воротила нос и, накупив целую гору «атрибутики» (плакатов, брелочков, кружек и магнитов) принялась растерянно озираться в поисках фанатов Кореи.

Как оказалось, они оккупировали один из столиков и вели яростный бой фан-домов. Каждый доказывал все остальным, что его группа самая замечательная, что такой-то ее член обалденно берет высокие ноты, другой – мастер рэпа и так до бесконечности. Катя, как фурия, подлетела к их столику и вступила в ожесточенную перепалку. Я тихо отошла к барной стойке, заказала себе сок и принялась раздумывать, когда у Кати закончиться порох в пороховницах.

Это случилось спустя два часа и семнадцать минут. Я успела выпить четыре стакана сока, прочитать половину книжки на телефоне, попереписываться с Леной и вдоволь поглазеть по сторонам, разглядывая персонажей аниме, которые отрывались на танцплощадке под корейские и японские хиты.

Зачем вообще Кате понадобилось тащить меня на эту вечеринку? Она и в одиночку неплохо со всем справлялась.

Из кафе я вышла раздраженная и быстрым шагом пошла к остановке.

– Маш! Маш! Ну, извини. Ты чего? Села бы с нами, а то ушла куда-то…

Катя была на седьмом небе от счастья, а оттуда печали других трудноразличимы. Я поняла, что обижаться на нее смысла нет.

– Сейчас так быстро темнеет, – ворчливо сказала Катя в автобусе. – Но ты не бойся, я Артура попросила нас встретить.

– Что-о? Артура? – всполошилась я.

– Да, а что такого-то? Ты с ним знакома, вон даже портрет его нарисовала.

– Умоляю, при Артуре – ни слова про портрет, – зашипела я.

– Ладно, - согласилась Катя. – Зачем я буду что-то ему говорить? Разбирайся сама.

Надо было видеть выражение лица Артура, когда он увидел нас с Катей, вместе выходящими из автобуса.

– Маша? Катюха? Вы что, знакомы?

– Да, мы в художке вместе учимся, – сказала Катя с невинной улыбкой.

– Конечно. Рисование. Как я мог забыть? – пробормотал Артур, приходя в себя от изумления.

– Ну что, идем?

Дорога прошла в молчании, наступившем после того, как тема школы и погоды оказалась исчерпана. О чем говорить с Катей и Артуром по отдельности, я знала, но вместе? Катя шла с мечтательно-задумчивым видом, наверно, вспоминая удавшуюся вечеринку. Она ведь нашла таких же преданных, страстных фанатов Кореи, как она сама, и я искренне за нее радовалась. Артур брел, с мрачным видом набирая сообщения в телефоне, не глядя ни на меня, ни на кузину.

На одном из перекрестков Катя вдруг заявила:

– Я дальше сама спокойно дойду, у нас освещено, а вот Машу ты проводи. Там такая темнота…

Я сделала страшные глаза, но она, подмигнув мне, уверенно зашагала в сторону своего дома.

Артур посмотрел на меня.

– Пойдем? Ты где живешь?

Я назвала адрес, и мы нырнули в темноту. Все-таки, два фонаря на целый микрорайон не слишком вдохновляют на вечерние подвиги.

– Спасибо, Артур, что согласился меня проводить. А то страшно…