Серебро для Отшельника

Глава двенадцатая. Элиана

Глава двенадцатая. Элиана

Это не просто броня, не просто защита — это произведение искусства. Мельчайшие звенья едва слышно... будто шипят, перекатываясь в воздухе.

— Она великолепна! - говорю, проводя пальцами по кольчуге.

Возможно, мне кажется, но на ощупь она теплая.

Тьёрд возвращает кольчугу в ящик, его сын передает его обратно слуге, а взамен забирает у него второй. Снова открывается крышка, и снова Тьёрд немного медлит.

— Прочная и легкая, метеоритная сталь отлично себя показывает не только как защита, но и как оружие.

В его руке узкий кинжал, достаточно длинный, чтобы для меня стать почти полноценным мечом. И та же кроваво-красная сверкающая сталь.

Осторожно, даже с трепетом, принимаю кинжал и прикидываю его в руке. Я знаю, за какой конец держать меч, знаю, как с ним обращаться, хотя, разумеется, все мои навыки заканчиваются на уроках учебного фехтования, на которых я два года назад настояла сама. Эр не был в восторге от этой идеи, не понимал, зачем его воспитаннице самой заботиться о собственной защите, если вокруг меня всегда полно стражи. Но я напомнила ему, что на Севере все еще тлеет мятеж, и будет лучше, если хотя бы минимальные навыки обращения с холодным оружием у меня будут. С неохотой, но он согласился.

Кинжал почти невесомый, а в ладони лежит так, как будто рукоять сделала именно под меня.

— Это чудесный подарок, - говорю со всей искренностью, возвращая подарок в руки Тьёрда. - Огромное спасибо.

Ну вот, и уже этот странный человек не кажется мне страшным. Чего напридумывала себе? Ну да, необычный был и необычный стал. Но разве это причина шарахаться от него?

Перед тем, как уйти, Дэми подходит ко мне и берет за руки.

— Ты очень похожа на свою мать, Эли.

У нее открытое лицо и очень приятная улыбка.

— Вы знали ее? — спрашиваю порывисто.

— Нет, - отрицательно качает головой. - Видела всего раз, но хорошо запомнила. Не забывай о своем народе. Ему еще нужна помощь.

Кивает и уходит. А я остаюсь немного в раздаренных чувствах. Чем я в состоянии помочь северянам?

А в зале уже снова звучит музыка— и пары снова выходят для танца. Теперь нужды в ожидании виновницы торжества нет. По сути, вся официальная часть минула, далее только веселье и угощение.

— Что она имела в виду? - поворачиваюсь к Эру. - На Севере какие-то проблемы?

— Кроме продолжающегося сопротивления бунтовщиков? — немного хмурится Император. - На деле проблемы всегда и везде есть. Более или менее серьезные, но без них не обходится. Ты - плоть от плоти этого края, Эли. В твоих жилах течет кровь северных королей. Естественно, что люди тянутся к тебе, к твоей крови.

Он задумывается.

— Чего хочешь ты сама?

Вопрос застает врасплох.

— Я бы хотела чем-то помочь... но не знаю, чем. И как.

У меня же ничего нет, если так подумать.

— Мы поговорим об этом завтра, хорошо? Сегодня не день для серьезных решений. — Заглядывает за мою спину. — Кажется, тут кто-то хочет с тобой потанцевать.

Оборачиваюсь. В нескольких шагах от меня в ожидании стоит молодой мужчина, вряд ли он разменял тридцать лет — тоже северянин. Среднего роста, крепкий, одетый в легкий халларнский доспех, что используется исключительно для смотров и праздников. Но в длинных волосах, как и у Дэми, множество амулетов и железных оберегов. Его виски выбриты, а в аккуратную бороду вплетены круглые потертые бусины с какими-то рунами.

— Брайян Гримсворт, госпожа, к вашим услугам. Могу я надеяться на танец с вами?

— Разумеется, - улыбаюсь ему.

Я знаю этот род, как и другие древние рода Севера. Гримсворты никогда не были самыми могучими, никогда не обладали выгодным положением на местности или богатыми залежами ресурсов, но в последние годы они набирают влияние и даже расширяют свои владения за счет объединения с более мелкими племенами.

— Мой господин, - кланяется Эру, когда я протягиваю ему руку — и мы направляемся от стола.

Танцует он, ожидаемо, плохо. Но очень старается. Несколько раз наступает мне на ноги, о чем тут же извиняется, правда, лучше шевелить от этого ногами у него не получается. Видно, что эту науку от начал осваивать совсем недавно. Возможно, как раз к сегодняшнему вечеру. Но мне даже как-то жаль его сразу отваживать, а танцевать и дальше — настоящая пытка. Такими темпами он меня еще и покалечит.

— Предлагаю подышать воздухом на балконе, - говорю ему. — Признаться, все эти переживания здорово меня вымотали.

— Да, конечно, госпожа, - отзывается с готовностью и даже, как будто, выдыхает с облегчением.

Мы идем прочь. Наша беседа не нарушит никаких правил, мы даже не уединимся, что могло бы быть истолковано превратно. Балкон в зале большой и сейчас открытый, благо, на улице тепло.

— Право люди говорят, что воспитанница Императора - красавица, - говорит Брайян.

Он явно неуютно чувствует себя во всем этом многолюдии, подобные приемы — не то место, где он привык быть. Но на халларнском говорит вполне сносно.

— Вы слишком добры, - перехожу на общий северный диалект - так ему будет комфортнее. — Это все платье и косметика.

Глаза Брайяна округляются.

— У вас отличное произношение. Передавайте мое искреннее уважение вашим учителям. И восхищение вашему таланту.

— Скорее уж, восхищаться стоит долгим суровым зимним нашей земли, когда на улицу не покажешь нос.

— Бывает и стужа, бывает и снег. Но не в этом ли прелесть? Не в этом ли неповторимая красота Севера?

Он оживляется, в глазах появляется огонь. И так ему гораздо лучше, чем в попытках показать себя искушенным танцором или сделать мне комплемент. Мне, конечно, приятно, но уж больно много сегодня всего этого, направленного лично на меня. Многовато для такой девчонки, как я. Уже хочется немного покоя и тишины. Оказывается, одно дело фантазировать о большом бале, а совсем другое стать его центром. Но я ни о чем не жалею, мне очень нравится. просто надо немного перевести дыхание. Собственно, непринужденная беседа с соплеменником — хороший для этого вариант.