Серебро рыжего заката

Глава 16. Справедливая месть и долгая зима

Магический щит не замедлил зверя ни на мгновение. Дознаватель вовремя выставил руку, иначе челюсти с острыми белыми зубами сомкнулись бы на его открытой шее. Клыки впились чуть ниже локтя, вспоров защитную ткань толстого зимнего пальто. Когти на лапах прошлись по мундиру, царапая его и разрывая на лоскуты.

Время замедлилось…

Бастиан хотел с силой отбросить бешеную тварь, невесть откуда взявшуюся в его доме в комнате девушки, но будто со стороны увидел происходящее. Он стоит посреди спальни, закрывая лицо от лап существа, похожего на лисицу. Только тело вцепившегося в его руку зверя не пропорционально длиннее, шерсть местами отсутствует. Лапы больше похожи на руки и ноги, но покрыты черным подшерстком и короче, чем у человека.

Морда вытянута, в жёлтых сверкающих в темноте янтарным золотом глазах плещется дикая необузданная ярость и ненависть, отчего челюсть смыкается на руке ещё сильнее, крепче. Огромный пушистый лисий хвост вздыблен от злости. Уши стоят торчком, ловят малейший звук испуганной жертвы.

На бёдрах грязные порванные панталоны. Нижняя сорочка превратилась в короткую косую майку непонятного цвета.

- Лиса… - упал на колени Бастиан, а хищник, почуяв слабость добычи, которую так долго ждал, рассвирепел еще больше, будто получил дополнительный заряд сил. Разжал челюсти и кинулся в самое уязвимое место у человека: Рейдж еле успел прикрыть шею плечом.

Дикий зверь, беснующийся в теле оборотницы, с остервенением принялся драть жёсткую плотную ткань верхней одежды, чтобы вцепиться в плоть и пустить кровь податливой несопротивляющейся жертве. Когда клыки сомкнулись, впиваясь острыми иглами в плечо дознавателя, к нему подбежал Ристарх, громко рыча.

Лис подхватил вырывающуюся дочь подмышки и стащил с упавшего герцога. Лисица, скалясь и рыча, вывернулась из его рук и скрылась в тени кровати за покореженной тумбой. Глухо шипя и щелкая зубами, она проследила за уходом нарушителей её владений, порыкивая от злости, и затихла. Лиерс поддерживал дознавателя, помогая ему покинуть территорию обезумевшего зверя, долгое время запертого в теле человека.

***

Рейдж сидел на постели в своих покоях в полной темноте. Порванный мундир серой формы лежал рядом. Мужчина не сводил с него пристального задумчивого взгляда, склонив голову. От неудобной позы и долгого неподвижного сидения затекла шея, но он и не думал убрать одежду и лечь или занять другую половину кровати: она принадлежала Лисе.

И половина его гардероба принадлежала Лисе. И книги, что лежали на тумбе, читала перед сном она. Даже из кабинета он переехал работать в гостиную, чтобы можно было поставить второй стол. Для Лисы.

Она заняла большую часть его жизни, важную, неотъемлемую. Стала своей. И теперь ее нет.

Что делать дальше, он не имел ни малейшего понятия.

Из спальни Лисы ему помог выйти дворецкий, пряча редкие слезы из бесцветных глаз и приговаривая себе под нос: «Бедная–бедная девочка! Что же с тобой стало!».

То же самое, но в более грубой форме произнёс Ристарх, который передал герцога дворецкому. Он последним покинул комнату дочери и закрыл замок на двери. Лиерс скрывался, рычал, угрожал пойти к правителю и призвать стаю, чтобы разобраться с Рейджем. Тихое ворчание дворецкого, рассказывающего, как лисица бросалась на всех, кто входил к ней в комнату, кроме поварихи Симы и волка-оборотня, дежурившего сегодня днем в охране, вторило разгневанному крику беты из рыжей стаи.

Только главный дознаватель ничего из этого не слышал, погрузившись в свои мысли и воспоминания последних минут. Предположительно мертвая вторая ипостась оказалась довольно живой и безумно злой. На него. Он, конечно, заслужил такое отношение, с этим герцог не мог поспорить. Два глубоких укуса, по его мнению - достаточное наказание за его проступок. Осталось понять, как ему совладать с ненавистью обиженного животного?

В долгом заточении зверя в сознании оборотницы он не виноват, только ипостаси этого не объяснить. И что делать с неуправляемостью дикого животного? Лисица легко проигнорировала приказ более сильного и старшего сородича, родственника.

Идея посетить Торийра Сверра возникла внезапно, но укоренилась быстро. Вампир хоть и был значительно моложе остальных номархов, но обладал более обширными знаниями и опытом, чем его собратья.

Герцог сотворил портал прямо из своей гостиной в приёмный зал замка Северного нома. Стража почтительно отконвоировала окровавленного гостя к своему князю – приглашение архивамира еще было в силе, поэтому охрана хоть и встревожилась мгновенно, но была готова к внезапным «белым» гостям из Ардии.

Сверр уже встречал Рейджа с неизменной хитрой улыбкой и смешинками в льдистых глазах, но нарочитое добродушие слетело с него, когда герцог вошёл и без предисловий попросил отправиться к нему в особняк.

- Если это ловушка, господин Рейдж, вы об этом сильно пожалеете, - предупредил Торийр и сузил свои странные глаза, опушенные длинными тёмными ресницами, которым наверняка позавидовала бы любая девушка.

Дознаватель пообещал, что сам в случае опасности первым броситься на его защиту, построил переход, когда хозяин замка опустил защиту.

В гостиной лисицы громко переругивались стража, Ристарх и дворецкий, но они резко замолчали, увидев герцога в компании весёлого вампира.