Серебро северных небес. Наследница Севера

Глава 2. Дорога

Они вышли из деревни, когда солнце уже поднялось высоко, но тепла не принесло. Север разучился греть. Даже лето здесь теперь было осторожным — будто боялось напомнить о себе слишком громко.

Крон шёл впереди.
Айрель— на шаг позади.

— Не смей отставать, — сказал Крон, не оборачиваясь. — Если уж влез в это, держись рядом.

— Я не ребёнок, кузен, — спокойно ответила Айрель.
— Сейчас — нет. Сейчас ты моя ответственность.

Айрель сжала пальцы, но промолчала. Он говорил так, будто имел право. И, что хуже всего, он его имел.

Дорога была забита людьми — такими же, как они. Молодыми. Почти мальчишками. У кого-то за плечами висели старые мечи, у кого-то — охотничьи копья, перевязанные верёвкой. Доспехи были редкостью. Хорошая сталь — роскошь.

— Посмотри на них, — процедил Крон сквозь зубы. — Это не войско. Это жертвы.

— Они живы, — ответила Айрель. — Значит, ещё не жертвы.

Крон резко остановился и повернулся к нему.

— Ты вообще понимаешь, куда идёшь?
— Да.
— Тогда скажи мне — зачем?

Айрель посмотрела прямо ему в глаза. Зелёные, чужие, но взгляд — всё тот же.

— Потому что я не собираюсь ждать, пока война придёт за мной сама.

Крон шагнул ближе.

— Это не твоя война.
— Это война всех.
— Нет! — голос сорвался. — Это война за трон, которого нет! Люди умирают за пустоту!

— За надежду, — твёрдо сказала Айрель. — Даже если она ложная.

Крон отвернулся, сжав кулаки.

Первая деревня встретила их тишиной. Не враждебной — опустошённой. Окна заколочены, колодец наполовину пересох. Старик сидел у дороги и точил нож, которому, судя по виду, было больше лет, чем ему самому.

— Раньше здесь пекли лучший хлеб, — пробормотал кто-то из колонны.
— Раньше здесь были дети, — ответил другой.

Айрель заметила женщину, прятавшую мешок с зерном, будто это было золото. Орк с перебинтованной рукой чинил телегу без колеса. Драконов не было. Ни одного.

— Они ушли, — тихо сказал кто-то из коллны.
— Или их выгнали, — ответил Крон. — Без короля Север жрёт своих.

Когда солнце стало клониться, объявили привал.

Костёр разожгли быстро. Люди собрались кругом — сначала настороженно, потом ближе. Кто-то достал флягу, кто-то сухой хлеб.

— Ты правда целитель? — спросил коренастый парень напротив Айрель.
— Правда.
— Молод для такого ремесла.
— Смерть не спрашивает о возрасте, — пожала плечами Айрель.

Смех прокатился по кругу — короткий, сухой, но живой.

— Это точно, — хмыкнул другой. — Меня зовут Бран. А это Дорн. Мы из-под Хельгарда.
— Там ещё кто-то остался?
— Остались. Но не живут.

Разговоры потекли. О домах. О том, как корона отвергла очередного наследника. О магов, что говорят загадками.

— Да чушь всё это, — махнул рукой Бран. — Пророчества, знаки… Если бы король был жив — он бы вышел.
— Или его прячут, — сказал кто-то.
— Или он трус.

Айрель подняла голову.

— Или он ждёт момента, когда его услышат, — спокойно сказала она. — Король, который выйдет раньше времени, умрёт первым.

Наступила тишина.

— Ты странно рассуждаешь, целитель, — заметил Бран.
— Он странный, — резко сказал Крон. — Но умный.

Офицер подошёл, когда костёр стал ниже.

— Слушайте внимательно, — сказал он громко. — Я не обещаю вам славы. Я не обещаю вам победы. Я обещаю, что тот, кто выживет, будет помнить, за что шёл. Завтра мы войдём в зону сбора. С этого момента вы — солдаты. Кто уйдёт — будет считаться дезертиром.

Он обвёл их взглядом.

— Север долго молчал. Теперь он говорит кровью.

Ночью Крон не выдержал.

— Ты уйдёшь, — сказал он жёстко, когда они остались одни. — Я не позволю тебе идти дальше.
— Ты не мой отец.
— Я твой брат!
— Тогда веди себя как брат — и иди рядом.

Он схватил её за ворот резко, почти грубо, притянул так близко, что между ними не осталось воздуха.

— Я не переживу, если ты умрёшь.
— А я не переживу, если ты умрёшь без меня.

Они смотрели друг на друга долго. Очень долго.

— Ты слишком красива для этой дороги, — выдохнул Крон. — И слишком упряма.

Айрель усмехнулась.

— Значит, я на своём месте.

— Ты понимаешь, что делаешь? — голос у него сорвался. — Ты вообще понимаешь, куда идёшь?

Айрель вздрогнула не от силы — от интонации. Он редко так говорил. Почти никогда.

— Крон…

— Нет, — перебил он. — Слушай. Хоть раз просто слушай.

Его пальцы дрожали. Он злился — на неё, на себя, на этот проклятый мир, где война выбирает быстрее, чем люди.

— Я видел, — выдохнул он. — Не войну — её тень. То, что дед показывал. Людей без лиц. Землю, которая не принимает тела. Кровь, которая потом не отмывается.

Он сжал ворот сильнее.

Айрель медленно подняла на него глаза. Голос её был тихий, но твёрдый — как лёд под снегом.

— А я не переживу, если ты пойдёшь туда один.

Он замер.

— Это разные вещи.

— Нет, — покачала она головой. — Это одно и то же. Просто ты привык думать, что я — тыл. Дом. Что я всегда останусь там, где безопасно.

Он отвёл взгляд, словно её слова ударили слишком точно.

— Ты — всё, что у меня есть, — сказал он глухо. — Ты хоть понимаешь это?

— Именно поэтому я здесь.

Он резко усмехнулся, почти зло.

Айрель криво улыбнулась.

— А ты слишком привык решать за меня.