Серебром за душу Звезды

Глава 4

Мне было неуютно, и хотелось спрятаться за широкую мужскую спину, но я только кивнула.

– Спасибо.

Вскоре мы сошли на берег, прочность которого казалась такой непривычной после долгих дней на корабле. Судно пиратов было к тому же меньше, и качка на нём ощущалась иначе, а вот корабль Юинэла, называемый Касаткой, казался надёжнее и мощнее. Как и его капитан, он приятно пах деревом и солью, и синие паруса рвались в небо.

У всякого корабля, как и всякого дома, была душа. И если на судне пиратов она смотрела отчаянным взором пленённой русалки – фигуры хрупкой связанной девушки на носу – здесь глядела смелым взглядом мага-стихийника, простирающего руку к океанским брызгам. Этот юноша, несмотря на молодость, ничего не боялся, и уж точно не был пленён. Может, и мой плен был иллюзорен?

Юинэл и Элеб встали по бокам от меня, и сразу стало спокойнее. Даже если случайно коснутся на долю мгновения – сознание потерять не должны, особенно Юинэл, у которого был к моей силе странный иммунитет. Да и одежда давала небольшую, но защиту.

А вокруг было так много интересного! Я прежде не видела ни высоких зданий, ни башен, ни столь широких и длинных улиц, ни таких разных людей. Здесь были помимо островных материковые южане, и эрмадцы, а порой даже бледные северные гости. Здесь пахло потом, рыбой, пылью, солнцем и фруктами, пряностями и специями, тканью и металлом. Здесь было так шумно, так душно, так пёстро! Если бы могла, я бы непременно прижалась к Юинэлу, потому что самым страшным было потеряться в толпе.

До рынка мы добрались без происшествий. Конечно, в порту тоже торговали, но там продавалась в основном свежевыловленная рыба и морепродукты, и свежесобранные плоды. Всё это мои благодетели уже наверняка запасли.

– Юинэл, там пираты! – ахнула я, прячась за его плечом.

– Те самые, что ваш остров грабили?

– Да, – онемевшими губами выговорила я.

В памяти мигом всплыло, как тащили на корабль женщин – кого за руки, кого за волосы, кого на плече… и меня – в мешке. А потом, когда мы сидели в трюме, их одну за другой выводили на палубу, решая, почём продавать, и кому какая для утех достанется… Меня капитан почти сразу забрал себе, но, когда потерял сознание, и я попыталась сбежать обратно на остров, первый помощник пригрозил на моих глазах мучить самых молодых девушек.

Их, как и меня, ждали издевательства, но разные. В меня со злости кидали разные предметы, морили голодом, били тяжёлыми верёвками, задубевшими от соли, пока капитан не видел, развлекаясь в своей каюте с более доступными женщинами. Потом они придумали устраивать состязание, кто дольше за меня «подержится», и лапали нарочно в самых укромных местах.

Я терпела молча, назло им, не признаваясь, что так они отдают всё больше сил. Впрочем, в команде не было хоть сколько-нибудь сильных магов, и собственная слабость их только больше с каждым разом раздражала.

Но больше мужчин меня ненавидели другие пленницы – за то, что, как им казалось, я находилась в лучших условиях, особенно после того, как капитан выпытал про мои способности кладоискателя...

– Они тебя не тронут, – спокойно сказал он и сжал моё плечо.

– Но почему они здесь? – звенящим голосом спросила я. – По какому праву?..

– Здесь может остановиться всякий, у кого есть монеты для оплаты пошлины, – сказал Юинэл. – Понимаю, ты жаждешь справедливости, но вряд ли мы поможем пленницам. Наверняка всех их уже продали на Чёрном рынке.

Я сглотнула, глядя на знакомые ухмыляющиеся рожи. Здесь пираты вели себя тише, выглядели опрятнее, насколько это было возможно, но от них за шторма разило мерзостью. Конечно, на такой большой порт они нападать не смели, и всё-таки пускать их было дикостью!

– На приличные торговые улицы они не сунутся, – сказал Юинэл. – Всё, идите. Смотри за ней в оба, Элеб.

– Конечно, капитан. Всё будет в порядке.

Мне уже не хотелось ни в толпу, ни за покупками, но пришлось пойти за Элебом.

– Не бойся, – сказал мужчина, – здесь они не посмеют напасть. А если и полезут – я их мигом угомоню.

– Спасибо, – отозвалась я, понуро глядя под ноги. – Жаль, я никого из них не смогла «угомонить» навечно…

Я едва расслышала средь шума его вздох, и Элеб предложил:

– Там продают амулеты и обереги. Хочешь посмотреть?

Пришлось согласиться, хотя я то и дело оглядывалась, и успокоилась, лишь когда пираты пропали из виду. Узнай они меня – стали бы преследовать? Как хорошо, что волосы были скрыты под капюшоном! Они бы выдали меня с потрохами.

Тратиться на амулеты я не стала – всё равно они не оказывали на меня воздействия, а вот в так называемый «женский» отдел пошла охотно. Элеб остался ждать снаружи, и я, смущаясь, принялась выбирать себе простое бельё.

Да, с этим тоже всегда были проблемы. Нижние одежды я занашивала до дыр, а потом эти дыры штопала, и по итогу ходила в лохмотьях. Было удивительно купить абсолютно новое бельё и сорочку, а ещё платочки и небольшое полотенце. У меня даже руки дрожали, когда прижимала к груди благоухающий чистотой свёрток и отдавала деньги.

Продавец зазывал меня и в соседний отдел, где продавали чудесные туники и платья, пояса и платки, и я, не удержавшись, заглянула на них полюбоваться. И сразу поняла, что попалась: здесь было столько красоты! Неужели все эти яркие наряды можно было купить и носить? На большинство из них у меня и всех денег не хватило бы, особенно учитывая, какие серебряные и золотые пояса к платьям прилагались…

Я вежливо походила туда-сюда, даже отважилась потрогать одну из тканей… и замерла, увидев среди других, ярких, длинный светлый наряд.

Белый считался на Храмовом цветом смерти, но платье заворожило меня. Оно было такое нежное и воздушное, что походило на кусочек облака, опутанный, словно паутиной, серебряными нитями вышивки и россыпями белых жемчужин. У него не было рукавов, вырез сзади наполовину открывал спину, а на прилагающемся серебряном поясе поблёскивали неведомые символы.