Серебряные крылья для Мышки

III. Торг не уместен

В книжках хрупкие героини часто теряют сознание. Мне всегда казалось это глупым. Но вот я и сама оказалась на месте такой героини.

В глазах потемнело, стало нечем дышать, и я бы сползла на пол, если бы здоровяк не подхватил меня и не закинул себе на плечо, как мешок с картошкой.

В себя я пришла на какой-то поляне. Я сидела в траве, привязанная к дереву. Неподалеку стояла телега, а в паре метров от меня двое мужчин торговались о цене. Здоровяк в маске требовал не меньше сотни.

– Она благородных кровей и девственница, – приводил он аргументы. – В твоем борделе очередь будет.

– Она опаленная, – возражал его собеседник, толстоватый мужичок сильно за сорок. – К ней не притронутся.

– Да что ты понимаешь, – возражал здоровяк. – Это редкая особенность. Как там говорят? Экзотика. Давай восемьдесят, и договорились.

Покупатель протер платочком вспотевший лоб.

– Больше сорока не дам. Это риск, сам понимаешь.

– Да помяни мое слово, будет у тебя лучше девкой! Шестьдесят.

– Сорок пять.

Слушать их спор было волнительно, но раз они пока не поняли, что я очнулась, надо действовать. Мои руки были стянуты за спиной, как бы обнимая ствол. Я принялась двигать ими вверх и вниз, надеясь перетереть веревку.

А вообще, памятка на будущее: заведи себе какое-нибудь оружие. Хоть кинжальчик под юбкой.

Вверх и вниз, вверх и вниз. Мне показалось, что натяжение веревки ослабло. Я напряглась и, закусив губу, чтобы не закричать от боли, разорвала путы.

Только было поздно. Здоровяк с торговцем, наконец, договорились, и теперь наемник направлялся ко мне.

Больше не думая ни о чем, я подскочила, и как лань, сиганула в лесную чащу. Сердце в груди заколотилось так, словно хотело бежать еще быстрее, чем двигались мои ноги. Я неслась вперед торпедой, только вскинула руки, чтобы защитить лицо от веток.

И все же далеко я не ушла. Здоровяк нагнал меня и, схватив за плечо, дернул на себя. Я охнула и споткнулась, оказавшись у него под ногами.

Наемник возвышался надо мной, как великан. В ужасе я принялась судорожно отползать. Он ухмыльнулся и открыл было рот, чтобы что-то сказать, но вместо слов вышло нечто булькающее.

Из массивной груди торчал наконечник стрелы, а на черной рубашке появилось мокрое пятно. Я догадывалась, какого оно цвета.

Ноги наемника подкосились, и он рухнул бы прямо на меня, не успей я перекатиться в сторону. В паре десятков метров позади него стоял Дамиан. Он натянул тетиву.

– Я хороший стрелок, – крикнул он мне.

И я поняла, что если снова побегу, то меня и будет ждать судьба той самой лани.

Я медленно встала и отряхнула юбку, на которую теперь было жалко смотреть. В грязи, сухих листьях и с неприличным разрезом на бедре.

Из-за спины Дамиана выбежало двое его сподручных и подступили ко мне.

– Я сама пойду, – я вскинула руки. – Не надо только меня вязать.

От веревок уже итак запястья ныли.

Дамиан убрал лук и кивнул.

Мы вернулись к той самой поляне, только телеги и торговца след простыл. Наемники пошли к пасущимся лошадям. И хотя у них была лишняя от убитого здоровяка, мне ожидаемо ее не дали. Да я и верхом-то, признаться, не сильно умела ездить. Так, каталась несколько раз.

Дамиан забрался на своего вороного скакуна и, протянув мне руку, легко усадил перед собой.

– Извини за Луку, – тихо проговорил он. – Он тебя не обидел?

– Не успел, – я качнула головой. – Продать хотел, как и ты.

Я надеясь, что прозвучит как упрек, но на моего похитителя он никак не подействовал.

Дамиан пришпорил лошадь, и мы двинулись по проселочной дороге в неизвестном направлении. Понятное дело, неизвестном мне.

– Неужели оно того стоит? – я решила зайти с другой стороны. – Вот так торговать людьми.

– Иначе мы бы этим не занимались, – Дамиан пожал плечами.

В лесу было по-летнему тепло, но не жарко. Над головой слышался стук дятла, а где-то вдалеке журчащий ручей. Я чувствовала спиной тепло, и внутри рождались противоречивые чувства. Мужчина похитил и собирался меня продать. А мне, как какой-то дурочке, не хотелось, чтобы наша прогулка через лес заканчивалась.

«Прогулка, да», – я мысленно хмыкнула.

– А можешь обещать мне кое-что? – спросила я, внезапно почувствовав, что терять нечего.

– Обещать можно что угодно, – ответил Дамиан. – Только мы с тобой, Мышка, больше не увидимся. Как ты узнаешь, что я сдержу слово?

– Я тебе верю, – заявила я, заставив наемника усмехнуться.

– И чего же ты хочешь?

– Обещай, – попросила я, – что деньги, которые ты за меня получишь, пойдут на что-то хорошее. Не хочу, чтобы моей жизнью оплачивали вино и шлюх.

– Однако запрос…

Не знаю, о чем Дамиан подумал, но его сердце забилось чаще. Он молчал, и я разглядывала его руки, сжимавшие поводья. Между рубашкой и перчатками выглядывал участок светлой кожи.