Серебряные нити

Глава 8, часть 1

Мих таращился в огонь и уже битый час не мог уснуть. Судя тяжелым вздохам – не он один. Зато передумавший превращаться в птицу колдун привалился спиной к борту ладьи и дрых, рядом, устроившись на его плече, сопела девчонка. У Миха даже сил не было спорить, он соображал-то после пережитого с трудом. И до сих пор не верил, что все закончилось.

…Он не придумал ничего лучше, чем загородить собой Хьялмара. Безголовый мрун рвался к своему ярлу, забыв про колдуна и замершую рядом девчонку. И когда поднявшийся Лейв кинулся наперерез, Мих не сразу понял, что произошло.

Два мертвеца сцепились, раздирая друг друга когтями. Казалось, потеряв голову, Ждан стал еще проворнее, человеку с ним тягаться было бы не по силам, но лысый ему не уступал.

Мих стоял дурак дураком, не в способный поверить, что один мрун защищает их от другого.

– Ярл, – вдруг проскрипел Лейв, с тошнотворным хрустом ломая Ждану руку.

Хьялмар моргнул, попытался подняться – не вышло, и Мих присел рядом, подхватив его под спину, чтобы мог видеть своего помощника, который и после смерти не изменил клятве.

– Ты бабе моей передай, пусть не убивается сильно-то. Найдется кто по сердцу – желаю ей счастья. За мальцом присмотри.

– Лейв… – в голосе Хьялмара было столько безнадежной скорби, что Мих и сам вздохнул. Не раз и не два ему доводилось подносить огонь к погребальной краде*. Дружинники часто гибнут в бою, но вдруг нахлынула горечь тех потерь, потускневших от времени. Редко кому доводилось сказать прощальные слова семье или побратимам, лысый Лейв вот смог. Может, на Темную Дорогу уйдет с легким сердцем, если сумеет.

Безголовый мрун рванулся, сбивая его с ног и вдруг обмяк. Они оба обмякли. Просто рухнули на песок и больше не поднялись. Лишь налетел ледяной ветер, словно не кресень-месяц** на дворе, а студеная ночь вьюжника***.

Краем глаза уловив, что девчонка тоже упала, Мих встрепенулся, готовый кинуться на помощь, но колдун лишь вздохнул с бесконечным терпением и подхватил ее на руки.

Значит, живая. Ну а что без сознания – это понятно: натерпелась со страху. Он сам бы с удовольствием упал. Но нельзя. Теперь еще и за колдуном следить, раз тот внезапно руки распустил.

Хьялмар зашевелился, заскребли по песку пальцы, но сесть он все еще не мог. Так сильно приложило?

– Погоди, – грубовато осадил его Мих. – Пощупаю тебя, вдруг хребет переломан.

– Девок щупать будешь… – просипел Хьялмар надсадно, но вырываться не стал, видно сил не было.

Мих сунул руку под кольчугу – позвонки нигде не выпирали, чужое дыхание от прикосновений не срывалось на стоны, значит, спина в порядке. Другое дело, если мрун ударом сломал ребра, осколки могли повредить внутренности. Губы не синие, кровавой пены на них тоже нет.

– Дышать не тяжело? – Мих приложил ухо к чужой груди. Вроде при вдохах не клокочет…

– Хватит с ним обниматься, убираемся отсюда и поскорее. – Колдун с откровенной издевкой смотрел на него.

– Нет, ты, конечно, можешь остаться. Уверен, в Степи тебе понравится.

Мих дернулся как ошпаренный, откуда силы взялись. Лицо пылало.

– И бросить его?!

– Ты в няньки нанялся? Ему больше ничего не угрожает, а вот нам – очень даже. Кто знает, сколько людей уцелело…

– Стой, парень, – Хьялмар вновь попытался сесть, и Мих, делать нечего, поддержал его. – Не трону вас. Клянусь.

Колдун изогнул брови, всем своим видом изображая презрительное недоверие. Да, Мих бы тоже не поверил, если бы Хьялмара не знал. Но теперь раз сражались вместе – не тронет.

– Ярл! Ярл!

С обрыва спускались, прихрамывая, двое мужиков. Из восьми. Помятые, окровавленные, они застыли, разглядывая поверженного командира в руках Миха и тут же подняли секиры.

– Стойте, – голос Хьялмара сорвался, но продолжил он уже тверже. – Эти люди – мои гости. Я обязан им жизнью. Сбын, что… больше никто не выжил?

– Да как же, ярл! – гаркнул в ответ здоровенный косматый мужик – вся рожа в шрамах. – Живые все! На ногах только не держатся. Как Зуберь упал и больше не поднялся, мы его изрубили и сразу к тебе.

– Хорошо… это хорошо. Оттащите Ждана и… Лейва повыше, сложим для них погребальный костер. Раненых несите сюда.

– Они снова не поднимутся?

Хьялмар вдруг пристально взглянул на колдуна. Тот едва заметно качнул головой, Мих сперва не понял – с чего. Не сразу до него дошло: Хьялмар видел горящие круги на песке и кто их рисовал, потому решил – колдун отослал своими чарами их души к Переправщице. Вот и спрашивал молча, чтобы внимания не привлекать.

Хотя… может, колдовство подействовало. Знать бы еще, с чего они сразу за Мост не ушли.

– Мир, помоги встать.

– Михом меня зови, – не хватало, чтобы колдун услышал. Он как раз устраивал девчонку в тени и укутывал плащом. Ярловым. Ну ничего, Хьялмар не будет возражать. Ярл сейчас вообще был на диво покладистым, жаль, имя вспомнил некстати. Нет здесь никакого Мира. Узнают – позора не оберешься.