Серебряный змей

Глава 10 Затишье перед бурей

– Я читаю, вы слышали? Сама читаю!

Радостный крик Инес отвлек меня от воспоминаний об отце. От Розалии по-прежнему не было никаких известий. Это пугало. Если бы не занятия, я с ума сошла бы от беспокойства за родных. Даже сама порывалась написать, но боялась потревожить улей. Может быть, стоит еще немного подождать или рискнуть? Нет, так можно выдать себя. Тогда все усилия пойдут прахом.

– У тебя прекрасно получается, – поддержала ее. – Хорошо, что в алорском всего тридцать пять букв, а не шестьдесят, как в сайгарском.

Девушка улыбнулась моей шутке, закружилась по комнате, не выпуская книгу из рук. Она с трудом складывала буквы в слова, но с завидным упорством продолжала учиться. Моя похвала была искренней. Странно, но такие слова действовали на учениц лучше, чем порицания. Мои учителя вели иначе.

По несколько часов в день я объясняла основы грамматики, учила девушек считать и писать, отвечала на вопросы по истории и географии. Они живо интересовались всем, а я чувствовала себя нужной впервые за долгое время. Пусть хоть кому-то пригодятся те знания, которые годами вкладывали в мою голову учителя.

Не желая оставаться в долгу, Инес, а вслед за ней и остальные, делились собственным опытом, рассказывали о различных хитростях, которые, как им казалось, могли мне пригодиться. Делились тайнами и "секретами обольщения". Нередко увлекались и забывали о своем обещании избегать слишком откровенных тем. Бенита даже о поцелуях могла так рассказать, что у меня полдня потом пылали щеки. Конечно, незамужней девице, графине, знать такое не полагалось, но любопытство оказалось сильнее меня.

– Зачем тебе это? – спросила Новия. Она единственная отказалась от моей помощи, чаще всего молчала, но я заметила, что женщина порой шепотом проговаривала буквы и слова, которые мы учили. – Думаешь, кто-нибудь из ухажеров оценит твои знания? Или ты с ними в постели будешь правила учить и читать стихи?

– Оставь ее, – перебила Новию, поймав себя на мысли, что переняла их привычку обращаться на "ты". Зато не так сильно выделялась. – Пусть учится.

– Тогда хоть ты объясни мне, зачем? Это никому не нужно. Мы никому не нужны. Попользовал и бросил – вот все, на что мы сгодимся! – она зажала рот рукой, глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. – Мне почти тридцать лет, десять из которых я провела здесь. Еще год-другой продержусь, а что потом? Кому я буду нужна? Лучше не жить вовсе, чем так… Не надо меня утешать и жалеть тоже не надо. Вас ждет та же участь, всех вас и тебя, Арэсели тоже.

Новия усмехнулась. Расправила плечи, подняла подбородок выше и неспешно покинула комнату, будто королева, которая оставила подданных.

– Змея! – процедила сквозь зубы Бенита. – Только и может, что ядом плеваться.

– Разве она не права? – Инес села в кресло, отложила книгу. – Вспомни Аниту. Когда я появилась здесь, все только и говорили о ней. Какие подарки ей дарили мужчины, сколько цветов присылали ей! И что? Ее тело нашли в канаве…

– Умнее надо быть, а не пытаться оседлать двух коней сразу, – возразила Бенита.

– А сама? Была бы умная, не родила бы! – послышалось из коридора. – Подрастет, сюда приведешь?

Бенита в мгновение ока преодолела десяток шагов, резко распахнула дверь, за которой стояла Новия. Неужели подслушивала?

– Вымой рот, прежде чем говорить о моей дочери!

Женщины стояли друг напротив друга, молчали, но возникшее между ними напряжение ощущалось кожей. Будь они огненными магами, испепелили бы взглядами. Перепалка грозила перерасти в ссору или драку. Новия уже закатала рукава платья, Бенита выжидала, как и Инес. Только Мейт спряталась за креслом и тихо молилась.

– Прекратите немедленно! – прикрикнула на них, как делала тетя, отчитывая нерадивых слуг. – Вам мало проблем? Хотите поругаться, поищите другое место. В своей комнате я не позволю этого!

– Твоей? – переспросила Новия. – С чего вдруг ты так решила? Разве сняла ее или работаешь наравне с другими, чтобы оплатить расходы на твое содержание?

Нет, эта женщина невыносима! Она перешла все границы! Никому не позволю себя оскорблять, тем более ей.

Я уже приготовилась ответить, когда заметила Луз. Та подошла почти неслышно, а может быть, давно наблюдала за ними. Невзрачная, некрасивая, она обладала цепким умом, умела быстро оценить ситуацию.

– Разойдитесь по комнатам, – приказала Луз. Даже не повысила голос, но никто не посмел ослушаться. – Ты, – она поманила меня пальцем, – за мной.

Помощница Лурдес не стала ждать меня, а я не спешила следовать за ней. Не собачка, чтобы бежать по первому зову. Могла бы и вовсе не идти, но что-то в словах девушки заставило меня насторожиться. Сегодня она впервые обратилась ко мне так, как обращались к остальным обитателям этого дома. Я не принадлежала к их числу, а потому не собиралась терпеть подобное отношение. Сейчас же поговорю о ее поведении с хозяйкой.

Приняв решение, я успокоилась и поспешила привести его в исполнение. Только у двери госпожи Лурдес немного оробела, а после ее слов и вовсе пожалела о том, что пришла.

– Заходи и закрой дверь, – приказала женщина, пропустив мое приветствие мимо ушей. – Ходить вокруг да около не буду. Выбирай, останешься ли ты здесь на общих основаниях или до конца недели покинешь мой дом.

До конца недели оставалось два дня.

– Что изменилось, госпожа Лурдес? У вас есть какие-то новости от тети?

Я старалась говорить спокойно, но еле сдерживала внутреннюю дрожь. Мне некуда было идти, Лурдес знала об этом, но остаться на предложенных ею условиях не могла. У меня была цель, но даже если бы я не жаждала добиться справедливости, никогда не согласилась продавать себя. Сама мысль о том, что какие-то мужчины будут смотреть на меня оценивающими взглядами, прикасаться, раздевать, вызывала отторжение.

– В том и дело, что я ничего не получила от Розалии – ни письма, ни обещанных денег на твое содержание. Дармоедов я держать не буду.

– Не может быть! – воскликнула я, хотя понимала, что жизнь может преподнести и не такие неожиданности. – Возьмите. За него можно выручить хорошие деньги.