Серебряный змей

Глава 11 Путь в никуда

Задолго до рассвета я собрала вещи. Месяц, проведенный в заведении госпожи Лурдес многому научил меня: одеваться без посторонней помощи, самой заправлять постель, даже накрывать на стол, – но задерживаться здесь не имело смысла. Я много раз пожалела, что уехала из дома. Лучше бы осталась и не мучилась неизвестностью и чувством вины. Будь я рядом, смогла бы помочь близким, но вместо этого трусливо сбежала, спряталась в этом гнезде разврата и потеряла так много времени.

– Куда ты пойдешь? – спросила Бенита. Зевнула, потерла красные глаза. Она еще не ложилась спать, но нашла время для меня. – Не горячись, хорошенько обдумай, что делать.

Если бы я знала! У меня не было плана, только желание вернуться домой. Может быть, в моих силах все исправить, убедить императора изменить свое решение? Хотя, кого я обманывала? Мне ли тягаться с человеком, который завоевал половину континента?

– У меня есть один… знакомый, – произнесла девушка. – Он работает в канцелярии. Думаю, может помочь.

– Как? Отправится вместе со мной как представитель власти?

– Нет, конечно. Он не военный, не обладает такими полномочиями. В канцелярию поступают отчеты об имуществе, даровании титулов и земель, а также о лишении. Если я правильно поняла, женщина, которая должна была дать деньги на твое содержание, все потеряла.

– Да, – ответила, чувствуя, что в душе вновь зашевелилась тревога. Я желала и боялась узнать правду о том, что случилось с тетей. Долгое путешествие домой позволило бы мне свыкнуться даже с самыми тяжелыми мыслями. Судьба или боги не дали мне времени, но предоставили возможность узнать все сейчас. – Если нужны деньги, я заплачу сколько нужно.

– Не веришь в бескорыстную помощь? – спросила Бенита. Я отрицательно покачала головой. – Правильно делаешь. Знаешь, какие связи самые важные? Основанные на взаимной выгоде. Каждый надеется получить что-то в ответ, хотя бы награду.

– А как же чувства?

– Наивная! В любви все еще хуже. Нет никого страшнее отвергнутой женщины или оскорбленного мужчины. Оба пойдут на все, чтобы отомстить тем, кого любили или желали.

Цинизм, с которым она говорила обо всем, поражал меня. Неужели и я однажды настолько разочаруюсь в людях, что перестану верить в них, в справедливость, в простые человеческие чувства?

– Скажешь Пепе, чтобы поймал для тебя экипаж. Езжай в “Дубовый лес”. Это не самая дорогая, но приличная гостиница.

– Я могу позволить себе снять комнаты в любой части города, – начала я. – У меня достаточно денег.

– Сейчас, может быть, – Бенита, как всегда, не щадила мое самолюбие. – А завтра? Через неделю или месяц? Не сори деньгами, будто Монетный двор чеканит их для тебя. Будь осторожнее, не привлекай к себе лишнее внимание. Жди. Как только я что-то узнаю, сообщу тебе.

– Спасибо! – искренне поблагодарила девушку. Если бы месяц назад кто-то сказал мне, что я стану говорить с куртизанкой, обнимать ее, я бы рассмеялась ему в лицо, не заботясь о приличиях. – Я в долгу перед тобой!

– Да, – согласилась Бенита. – Поэтому пообещай мне: если выберешься, помоги Росите. Дочка не должна жить так, как живу я.

– Я даже не знаю, что ждет меня в будущем, – призналась, не желая обнадеживать ее.

– Пожалуйста! Это все, о чем я прошу.

– Обещаю!

Мы простились. Я воспользовалась советом Бениты и отправилась в гостиницу на окраине города. Здесь было тихо и немноголюдно. Комната в светло-бежевых тонах оказалась чистой и просторной, пища вкусной, прислуга предупредительной. Я снова вспомнила, что значит быть графиней ле-Бер: питаться в столовой, а не на кухне, мыться в отдельной купальне и маяться бездельем. Канва и пяльцы, разноцветные шелковые нити, купленные одной из горничных, так и остались нетронутыми. Я ни на чем не могла сосредоточиться. Все мои мысли были только об отце и тете.

Бенита задерживалась. Пообещав помощь и обманув меня, она ничего не выиграла бы. Если не пришла до сих пор, значит, ничего не узнала. Так я пыталась успокоить себя, но считала часы, а порой минуты, надеясь, что она вот-вот даст о себе знать.

К концу третьего дня, когда я была готова нарушить данное слово и вновь посетить заведение Лурдес, служанка попросила меня спуститься. Правила гостиницы запрещали принимать гостей в комнатах. Прежде я была даже рада этому: чем меньше людей меня видели, тем лучше, да и посторонние здесь не появлялись. Теперь надеялась найти уединенное месте, где бы никто не помешал нам.

Бенита ждала меня в общей зале. Коротко кивнула и пригласила на улицу.

– Пойдем в лавку готовой одежды, купим тебе новый плащ, – проговорила она. – Скоро похолодает, а у тебя одни летние платья.

Держалась непринужденно, говорила о каких-то незначительных вещах, вроде погоды или цен на хлеб, будто ради того и пришла. Я завидовала ее способности скрывать чувства. Сгорала от нетерпения и боялась узнать последние новости.

Мы отошли достаточно далеко, прежде чем Бенита заговорила.

– Казначей сказал правду: дом и земли сеньоры Розалии ле-Реди отошли короне. Она исчезла, но ходят слухи, что наложила на себя руки. За несколько лет женщина потеряла всю семью, видимо, помешалась.

– Всю? – переспросила, пытаясь осознать, что тети больше нет. – А как же ее дети, зять?

– Ты многое о них знаешь, – произнесла девушка. Остановилась, повернулась ко мне, но я отвела взгляд. Не хотела лгать, но и правду сказать не могла. Так будет лучше для всех. – Впрочем, это твоя тайна. Мне она не нужна. Целее буду.

Ветер гнал сорванные листья, бросал в лицо, заглушал звуки. Я продрогла, обняла себя за плечи, пытаясь согреться. Нужно было прислушаться к совету и купить плащ. В противном случае недолго простудиться и даже умереть.

Я старалась думать о чем угодно, лишь бы отогнать самые страшные мысли. Если Розалии больше нет, то что стало с отцом?

– Он мертв. Скончался после смерти дочери. Та покончила с собой, когда узнала о гибели жениха. Почти как наша Мейт, – продолжила Бенита. – Управление его землями взял на себя император.