Серена Уайтс и Чёрный Принц. (фанфик/гарри Поттер/часть 2)

Глава 13. Уайтс и министерство.

Все вокруг говорили одно и то же, будто зараженные. Уайтс это уже раздражало. Неделя, проведенная в министерстве, уже сводила её с ума. Она не могла разувериться в нём, решительно не могла, но этот яд осуждения будто проникал в неё. Чем больше она над этим думала, тем больше сама стала задаваться вопросами, которые говорили о её сомнениях относительно мужа. Сколько бы Поттер и Бруствер не заступались за Снегга, становилось всё только хуже. Самого Гарри пригрозили уволить из министерства, если тот не будет подчиняться или мешать. В том числе с делом Уайтс. Известная его бунтарская натура, конечно, не позволяла ему молчать, но стал действовать он с большей осторожностью.

Уайтс обязали находится в министерстве каждый день, чтобы она была на глазах. Стараясь вытащить из неё как можно больше информации о Снегге, о том, что происходит сейчас в Хогвартсе, насколько она близка к преподавателям старого состава и к самому директору, Валлет лично изводил её до потери сознания. За самим Снеггом установили пристальный контроль, следили за его перемещениями, за каждым словом и движением, будто надеялись, что он проявит вновь себя, как пожиратель. Министерство начало считать, что допустило ошибку, позволив ему вновь занять пост директора. Потом ему заявили новую версию следствия о том, что он убил предыдущего директора и продал его Пожирателям Смерти только лишь потому, что хотел занять его место, хотел перестать сидеть в тени великого волшебника.

Это всё сводило с ума. Каждая новая версия была хуже предыдущей. На третий день Уайтс вызвали в медицинский кабинет и ввели ей насильно какую-то сыворотку. Что именно, она не знала, но через пару часов почувствовала себя гораздо хуже. Голова стала кружиться с невероятной силой, стала чувствоваться постоянная слабость и недомогания. Более того, к тому добавилось нечто, чего она не чувствовала никогда до этого – недоверие и даже лёгкую ненависть к Снеггу. Вопросы в голове стали крутиться совсем не те, которые бы она допустила сама.

Уайтс жила у Гарри на площади Гриммо, поэтому после введения сыворотки тот без труда заметил изменения в её поведении. Не сумев разобраться самостоятельно, он позвал Гермиону. Она долго искала по энциклопедиям заклинание, с помощью которого можно было выявить всё, что происходит в теле. Целители в больнице святого Мунго пользуются им, если невозможно сходу объяснить, что с пациентом.

- Ей ввели сыворотку, искажающую правду. - Наконец, подвела итог Гермиона. - В неё вложили те мысли, которые нужны были министерству, чтобы настроить её против Снегга. Но они же не знают, что они женаты? Рискну предположить, что их связь её и защищает, потому что сыворотка не может полностью завладеть её разумом, только влияет на ход её мыслей и не более того.

- Что значит, защищает?

- Эта магия подобна той, что была наложена на тебя, Гарри, когда твоя мать пожертвовала собой. Твоя мать любила тебя, и это помогло ей дать тебе самую сильную защиту. Видимо, Снегг её любит не меньше.

- Значит, если я тебя люблю, - встрял Рон, - ты будешь этим защищена?

- Не совсем. Просто любить недостаточно, необходима жертва, или достойнейший поступок ради любимого, чаще с применением невербального заклятья. Не знаю, произносила ли его мать Гарри, но результат мы видели.

- Надо как-то сообщить об этом Снеггу.

- Гарри, ты совсем обезумел? За ним следят. Если увидят, что ты с ним общаешься, у тебя самого будут большие проблемы!

- Гермиона, а противоядие этой сыворотке есть?

- Говорят, что нет. Если человека не убедить в том, что всё на самом деле не так, как он думает. Это единственное, что можно сделать. Сыворотка не выводится из крови, становится её частью.

- Тогда тем более, надо сообщить Снеггу. – Гарри сказал это с напором, глядя на Рона.

- Да, делай, что хочешь! Но, если ты знаешь способ сообщить ему это, не выдавая себя министерству, я буду очень признателен.

- Кикимер!

Перед ними появился домовик, раскланиваясь в подобострастных приветствиях.

-Всё, что угодно хозяину дома Блэков.

- Кикимер, очень нужна твоя помощь. Ты можешь как-то незаметно от любых посторонних глаз передать человеку послание?

- Думаю, это можно.

- Действительно? – Гарри был счастлив. – Тогда слушай.

Спустя минут пять Кикимер появился с хлопком в кабинете директора, но не показался. Снегг его услышал, его блюститель, один из лучших мракоборцев министерства, тоже услышал хлопок, но видно счёл его треском поленьев в камине. Он вновь расслабился в своём кресле, продолжая свой длинный монолог о своих приключениях. Он смотрел в потолок, сидя возле камина. Снегг же, его не слушая, занимался своими записями. Чья-то невидимая рука нагло их сдвинула в сторону. Снегг молча наблюдал за этим. На освободившемся месте на лакированной деревянной крышке стола стали появляться золотые буквы, складывающиеся в послание.

«Профессор, дела с каждым днём обстоят всё хуже. Министерство всячески старается Вас скомпрометировать, выводит всё новые нелепые версии убийства Дамблдора, где Вы – главный убийца и враг волшебного мира. На днях они применили новые меры по отношению к Вашей жене. Они не просто выуживают из неё информацию, они её внедряют с помощью сыворотки искажения правды. Она не поддаётся полному её воздействию, однако, стала вести себя менее естественно. Может, если Вы знаете способ ей помочь, Вы сможете найти и возможность это сделать? Я оказался бессилен. Убедить её в вашей невиновности оказалось не легче, чем само министерство. Видимо, это под силу только Вам. Она находится сейчас у меня в доме на площади Гриммо. С уважением, Гарри Поттер.».

Через минуту послание исчезло. Снегг осторожно достал свою палочку.

- «Через кого передано послание?»

- «Эльф-домовик семейства Блэков, Кикимер, сэр»

- «Могу я передать с Вами ответ?»

- «Да».

Эти слова так же все исчезли. Снегг уложил вновь свои бумаги перед собой и очень вовремя. Его компания отвлеклась от своего монолога и поглядела на него. Ничего подозрительного - директор занят своими бумажками. Мракоборец встал, грузный и высокий верзила, подошёл к столу поглядел на бумаги, и убедившись, что никаких запрещённых записей на нём нет и продолжил свой монолог. Налил себе вина и вновь уселся перед камином.