Серена Уайтс и зелье Феникса (фанфик/гарри Поттер/часть 1)

Глава 11. Тайная встреча.

Успехи в превращении варга очень вдохновили Гарри. На время он забыл, что он еще ничего не разузнал о Уайтс толкового, он все больше и больше погружался в свою сову и рассматривал все ее глазами. Со временем он разобрался, как можно управлять животным. Не без помощи Гермионы, разъяснившей, что написано в книге по этим превращениям. Ее это не увлекло вовсе, но Рон и Гарри посчитали виноватой ее чрезмерную ответственность по отношению к работе и к урокам. Она им уделяла очень много времени, и, что самое удивительное, практически не уставала. У Рона успехи недалеко продвинулись и в поисках информации о Уайтс, и в превращении, которому его хотел научить друг.

Несколько дней все шло размеренно, своим чередом. Но однажды вечером Гарри было не уснуть, он сидел в гостиной Гриффиндора. Там было пусто и безлюдно – все спали. Вдруг в углу раздался какой-то шорох. Гарри напрягся, вытащил волшебную палочку, но через минуту оттуда выскочила всего лишь мышь.

«Никогда не видел тут мышей. Домовики, видно, не особо себя утруждают ими».

Он задержал в воздухе серый испуганный комок и мановением палочки приблизил к себе. Гарри уже дошел до уровня, когда заклинание варга можно использовать невербально. И только он его озвучил, как почувствовал себя ничтожно маленьким, повисшим в воздухе перед своим собственным огромным лицом, выражение которого было уже чуть приятнее, чем в первый раз, но восторгов не вызывало по-прежнему. Перед ним встала еще одна задача – как можно владеть одновременно и своим разумом и животного. Может, есть способ ему поколдовать палочкой, не вылезая из головы этой мыши. «Фантазия играет не маловажную роль» - вспомнил он слова Уайтс с урока.

Гарри представил себя сразу в двух телах, и почувствовал себя разорванным пополам. Тем не менее, этот трюк получился. Он опустил свою палочку, соответственно, опустив на землю мышь. Мышь перед ним застыла, не понимая, что ей нужно дальше делать. Он направил ее из башни погулять по коридорам. В одном из них он чуть не натолкнулся на миссис Норрис. А может, этот сквиб тоже умудрился как-то овладеть превращением варга – как он всегда оказывается рядом, если кошка засекла какое-либо нарушение? Теперь Гарри мог кого угодно заподозрить в этих превращениях.

Наполовину мышиная натура подсказывала пути, которые были неизвестны человеку, да в которые он бы и не поместился. Таким образом, он как-то добрался до этажа, где был кабинет защиты от темных искусств. Почему-то в нем горел свет, не смотря на позднее время. Он пробежал за приоткрытую дверь класса, свет шел из кабинета Уайтс. Неплохая возможность выяснить, чем она там занята.

По мере приближения он слышал, что она с кем-то разговаривает. Голоса становились все четче, и во втором голосе он узнал голос Снегга. «А он тут что делает?». Гарри подошел вплотную к двери, которая тоже была неплотно закрыта.

- Неужели, профессор, Вы полагаете, что такое явление, как любовь для вас чуждо?

К удивлению Гарри она сидела не за своим столом, показывая этим свое превосходство над гостем, а напротив него перед её столом. В руках оба держали бокалы с вином – «неужели даже не чай!». Вид у них был официальный, будто они обсуждали последние открытия в астрономии. На протяжении всего разговора ни один мускул на их лицах никак не дрогнул.

- Подозреваю, судьба решила лишить меня такой благодетели. За всю свою жизнь я не сталкивался с ней. Во всяком случае, в том понимании, которое я имею. От рождения я видел лишь лишения, нищету, нехватку. В родителях – это вообще отдельная страница моей жизни. Сам однажды полюбил, но взаимная любовь ко мне так и не пришла, оставшись безответной. Так что, да, для меня это чуждое чувство. Оно никогда не станет моим главным оружием.

- Как это было у Дамболдора?

- Дамболдор был великим отнюдь не из-за любви. Иногда, стоит иметь что-то тут. – Он указал на свою голову. – И кто-кто, а Альбус Дамболдор имел великий ум, умел рассчитывать все на годы вперед. Даже любя кого-либо, привязываясь к нему, он ставил свои расчеты выше этого. И почти ни разу не прогадал.

- Хорошо, может, Вы сами не имеете любви к кому-либо, но вас-то… – На реплику Уайтс Снегг ухмыльнулся.

- Вы видели хоть кого-нибудь в этой школе, испытывающего ко мне теплые чувства? Это смешно. Говорю же, ко мне это не относится. – На лице изобразилось презрение. – Любовь - вещь со мной несовместимая.

Уайтс, глядя на него, видела трагедию, а вместо презрения, которое Снегг сейчас продемонстрировал, сильную боль от неразделенной любви, и она его не осуждала.

- Ну а вот Вы, разве вы могли бы сказать, что такого, как я можно полюбить?

- За все мое пребывание здесь я не нашла ничего, за что можно было бы Вас ненавидеть.

- А за что любить?

- А любят разве за что-то? И потом, Вы доказали, что за всем, за что можно было Вас ненавидеть, стояло нечто большее – по итогу Вы всех защищали, Вы помогали….

- В том не было любви, это был голый расчет. К тому же, не мой.

- Вы считаете логику самым сильным своим качеством?

- Я считаю наиважнейшими качествами волшебника сдержанность, хладнокровие и выдержку.

- Да, сложно отрицать наличие их в Вас. Но, неужели, это Вам приносит счастье?

- Это приносит мне спокойную жизнь.

- Или существование.

У них явно были разные взгляды на жизнь. И по их образу можно было об этом догадаться. Они абсолютно разные, даже противоположные. Если не считать тех моментов, когда Уайтс превращалась в Снегга своим поведением – как на том уроке, который Гарри посетил.

- Любовь – качество, не изученное до конца. – Не останавливалась Уайтс. – Оно противоречиво. Для одного она является сильнейшим оружием, для другого она является слабостью, потому что на любви якобы можно отыграться. Это действительно слабое место, зацепи ее и выведешь врага из строя. Полагаю, поэтому раздел темной магии категорически отрицает ее существование для себя.

- Темная магия исходит от самых сильных негативных эмоций – ненависть, злость, желание причинить боль. Она не подразумевает пощады, жалости, хоть чего-то человеческого. Это сгусток темноты внутри тебя. – Эти слова привели Уайтс к глубокому размышлению над ними, будто она, преподаватель защиты от темных искусств, усиленно старается их запомнить. – Он требует от тебя полного отключения от любого, к кому ты можешь быть привязан. Поэтому мы наблюдали трагедию в развитии отношений тех же Поттеров или Уизли – они не сумели отказаться от своих родных, к которым были привязаны, которых любили. Что они в итоге получили? В обеих семьях птери от смертельного заклятья. А Темный Лорд, он никогда не знал понятия любви, он был полностью отрешен от нее, поэтому и стал самым великим темным волшебником.