Серена Уайтс и зелье Феникса (фанфик/гарри Поттер/часть 1)

Глава 26. Всё приходит в норму.

Несколько дней прошло, ее состояние быстро стабилизировалось и пришло окончательно в норму. Но, видно, сказывался стресс, потому что Уайтс просто спала, не собираясь вставать. Ее навещали каждый день. Приходили участники всего, что произошло. Приходили ученики со всех факультетов и курсов, которым просто сказали, что профессору нездоровится. Истинную причину ее состояния держали пока в тайне. Однако, причиной заинтересовалось министерство, не известно как, узнавшее, что в Хогвардсе не полный порядок. Исчезают то преподаватели на несколько дней, то сам директор. При этом не просто исчезают, а лежат без сознания.

Сам директор не торопился дать объяснения, но их потребовали в более жесткой форме.

«Северус, Вы понимаете, что мы даже не по собственной воле интересуемся состоянием Серены Уайтс? С нас требуют. Требуют отчетности. Строго по секрету, не наше министерство так яро заинтересовано в ней. Над ней ведут учет, записывая каждый ее день, создают ее историю. Прошу Вас, скажите, что с ней произошло».

Это вырезка из личного письма министра магии к директору, которое прислали вместе с письмом не настолько дружелюбного содержания. Ответом Северуса Снегга было то, что доподлинно всю историю он расскажет лишь мейстеру и никому более. Это заинтриговало еще больше. Валлет даже счел себя оскорбленным, однако Дэйвис успокоил его тем, что объяснил – всякая информация о таймлессах должна прежде пройти через Орден, следящий за ними. Возможно, эта информация навсегда останется в тайне, даже от министерства Великобритании.

Министерство удовлетворилось ответом Снегга и пошло ему навстречу. Мейстер прибыл в Хогвардс лично, воспользовавшись этим, чтобы навестить ее.

***

- Директор, можете ли Вы все доподлинно рассказать? Что произошло? Надо полагать бессознательное состояние мисс Уайтс – не простая весенняя лихорадка.

- Да, Вы правы. Однако, скажите, насколько я могу быть с Вами откровенен? – Дэйвис его не понял. – Понимаете ли, я не знаю, могу ли что-либо рассказывать о ней без ее на то согласие.

- Но нам нужна информация. Особенно если она связана с прыжками во времени. А она связана, мы точно знаем. Прыжки мы можем отследить, но куда и с какой целью, нет. Она совершила их слишком много за очень короткое время. Причем прыжки второго порядка, опять же, неоднократные. А то и третьего.

- А что должно быть с ней, если она вдруг сделала что-то запрещенное?

- Например? – Дэйвис испугался, и испуг не проходил, когда он услышал детали.

- Например, вмешательство в обстоятельства или использование запрещенных зелий.

- Вас волнует ее судьба?

- Мейстер, я взял ее на работу в школу Хогвардс. Любой здесь человек находится под моей ответственностью, я обязан оказывать поддержку и защиту. И пока она тут, Вы не можете что-либо предпринять без моего на то согласие.

- Вы слишком самоуверенны, мистер.

- Вы так считаете?

- Хорошо, Северус! Я походатайствую за нее. Надеюсь, оно того стоит.

- В таком случае, полагаясь на Ваше слово и Вашу честность, позвольте, я Вам представлю всех участников последних событий, дабы мои слова не показались Вам голословными, и Вы увидели картину целиком.

- Да, как считаете нужным. Только, предоставьте мне то, зачем я сюда пришел.

Все вместе министру рассказали от начала и до конца, что и в какой последовательности произошло. Мейстер сверял их рассказ со своими записями о ее прыжках – все совпадало. Он даже прояснил те моменты, которые не могли объяснить все, невольно ставшие свидетелями.

- Что ж, профессор. Возвращаясь к нашему разговору – ей не будут вменены сии события, как нарушения. Осмелюсь сказать, она совершила подвиг. То, что она претерпела, итак послужило ей слишком суровым наказанием. Благодарю за Ваш рассказ, мы сможем внести в ее досье правдивую информацию. Знаете, если таймлессы отказываются сами рассказывать, что и зачем они делали, всегда находятся те, кто их оклевещет. Не имея возможности полагаться на другую информацию, учитывается лишь то, что Орден услышал в первую очередь. Тогда таймлесс обвиняется в том, чего он не делал. И лучше признать свои неправомерные действия, чем быть обвиненным несправедливо. Всего Вам доброго. – Дэйвис распрощался со всеми. – Ах, да. Передайте мисс Уайтс мои соболезнования, когда она очнется. А так же мой пламенный привет. Позже я пришлю ей письмо, сообщу о результатах следования. Но, уверен, они будут положительными.

***

Снегг стоял возле кровати Уайтс вместе с МакГонагалл. Даже пройдя через все это, он не осознавал, что происходит у него внутри. Его статуя не сводила глаз с мирно спящей женщины.

- Почему она никак не проснется? Помфри говорит, что она полностью выздоровела.

- Она пережила слишком большой стресс, Северус. Организм берет свое за счет сна, такое бывает. Не переживай.

- Я в ответе за все это.

- Она пошла за тобой добровольно. Если бы она этого не сделала, не за что было бы держать ответ. Это ее жизнь.

- Но зачем? Она могла не подвергать свою жизнь такому … страшнейшему испытанию.

- Тем не менее, она это сделала. И не думаю, что тебе надо объяснять, зачем. – Снегг холодно поглядел на нее. – Зачем ты однажды пришел к Дамболдору, прося за Лили? Зачем перешел на его сторону? Зачем все эти годы подвергал свою жизнь сильнейшему риску, служа Темному Лорду, и одновременно поддерживая Дамболдора? – МакГонагалл всколыхнула в нем старую рану и еще глубже раскопала воспоминания о Лили, которые он так хотел уже усыпить в себе.

- Разве ее мотивы те же? – коллега захотела его ударить.

- А разве возможно пережить такое просто ради жажды приключений!?

- Меня не за что любить!

- А разве любят за что-то? – Этот вопрос он уже слышал. От неё.

- Простите, профессоры. – За ними появился Гарри с каким-то свертком в руках. – Когда я был с ней, там, в хижине… Я намеренно об этом не упоминал. Знаете, она плакала, когда взяла Ваше тело. Она обняла Вас, думая, что больше никогда в жизни ей не представится такой случай. В ее глазах была трагедия.