Серёжки для Йожки

Глава 14

ГЛАВА 14

Перекусили мы, подкрепились и продолжили мы путь в молчании. Это очень меня беспокоило: не ровен час, надумает себе что-нибудь Яромир, выдумает несусветицу… Лучше бы разговорами его отвлечь, да, как назло, не лезло в голову никаких путных тем для беседы.

Так мы и шли. Вроде, как передохнули, так проще стало идти. Кругами ужне бродили больше. Я по сторонам глядела, да на верхушки деревьев. На них сороки как раз собирались, на нас глазели да переговаривались. К чему бы это? Их тоже, что ли, дар мой открывшийся привлекал? Сидели, а макушки на ветру покачивались, и сороки крепко цеплялись за ветки, чтобы удержаться.

Шла я так, на них заглядевшись, пока рука Яромира путь мне не преградила. Я так и врезалась в его руку животом, сразу остановилась и на парня удивлённо воззрилась.

- Гляди, кто там, - тихо шепнул он мне и взглядом указал на поляну, что впереди раскинулась.

А на поляне той видимо-невидимо мухоморов было. И тут росли, и там. Красивые все, как с картинки, яркие, большие да маленькие, с белоснежными точками и изящными юбочками на тонких ножках. Никогда такого не встречала. И росли они, как говорили у нас в деревне, ведьминым кругом: кольцо из грибов, а в середине ни одного нет, только мох пожухлый.

И стоял посреди того кольца невысокий старичок, склонившись к кузовку и укладывая в нём собранные мухоморы.

Смотрелось бы жутко, если б не днём эта встреча произошла. В таких ведьминых грибных кольцах обряды колдуны проводили. Через такие круги в Навь ворота открывать можно, говорят. Так что внутрь такого кольца заходить нельзя — обратного пути не будет!

А другие говаривали, что эти круги остаются после ведьминской ночи, следы шабашей… А ночь такая только прошла… Может, и правду сказывают…

Вообще, с кругами этими чего только не придумывают! Небось, про нас с Яромиром столько же небылиц уже сочинено! Многие в ночь волшебную ищут эти круги. Дескать, они на клады указывают не хуже цветущего папоротника.

Но старик, что в центре копошился, клады не искал, лишь мухоморы зачем-то собирал.

Старик этот странный носил замшелую куртку. Кожаной она была когда-то, видимо, да вся мхом поросла, стала зелёной и пушистой. Тронешь рукой — утонет, наверно, в таком мхе, на болотный уж очень похож…

На голове шляпа с небольшими полями, тоже зеленью подёрнулась, а так, кажется, была серого цвета. Брюки с карманами большими, а из карманов тех всякие лесные находки выглядывают. Ветка с трутовиком из одного, прутья, как для метлы, из другого. Весь вид старика был каким-то растрёпанным, взъерошенным, но чуть подольше посмотришь: и нет, думается, всё в облике старика правильно, как и должно быть.

Сразу я догадалась, кто это, хоть с нечистью до вчерашнего дня и не зналась.

- Ого, да это же Леший! - поразилась я и даже обрадовалась такой встрече. А то уж сколько по лесу идём, а хозяина до сих пор не повидали. Нехорошо как-то. Словно в гости тайком без спросу пришли. - Рада встрече, господин Леший! - обратилась более почтительно и громко, а то старик нас будто и не замечал, увлечённый своим занятием.

А он в кузовок себе закинул ещё один сочно-красный мухомор и поглядел на нас с приятной доброжелательной улыбкой. Спокойный он был, движения плавные, неторопливые.

- Ну, здравствуй, Йожка! - поприветствовал он меня по имени, которое деревенские мне дали, да так оно прижилось, что нечисть тоже лишь его и использовала. - Ветра попутные донесли мне, что путь в леса держишь! Помочь не помогу ничем — ведьминские дела не моего ума. Раз путь к праведьме сами должны найти — ищите. Я лишь подсобить могу, чтоб лес вам благоволил. Вон, хотите ягод свежих? В это время года ещё нигде не сыщешь, но я угощу! - взмахнул он рукой, качнулся рукав широкий замшелый, и зашевелились кустики земляники, а по ветвям ежевики пробежал ветерок. Стали показываться спелые яркие ягоды из-под листочков зелёных. - Угощайтесь, гости мои. Я на этой поляне до утра уж пробуду: мухоморами запасаюсь. А тут они самые лучшие, таких во всём лесу не сыщешь. А рядом с мухоморами белый гриб расти любит. Сейчас, - он снова взмахнул рукой, и мох в нескольких местах начал приподниматься, из него шляпки коричнево-бардовые показались. - Вот, боровичков вам в дорогу. Сядете вечерком, пожарите. С нужными травами объеденье будет! Костёр только на лесных проплешинах разводите, да живые деревья мне не губите. Я за этим делом строго наблюдаю. Тут что людям, что ведьмам, что нечисти — закон один1 Живые деревья губить никому не позволю! - вроде и пригрозил он нам, а голос мягкий, не злобный. Так что не в обиду нам эта угроза была.

Поклонилась я Лешему, поблагодарила, да в мешок заплечный, что Яромир тащил, полезла. Хотелось отыскать, во что дары леса собрать, да отблагодарить чем-нибудь доброго лесного духа.

- А оладушки ты ешь? - поинтересовалась я. Осталось их у нас не так много, но на угощение старику в самый раз хватало.

- А чего ж не есть? - лукаво улыбнулся Леший. - Ем, да только редко кто меня стряпнёй балует.

- Вот, - выудила из мешка несколько оладушек и передала в сморщенные руки лешего. - Угощайся на здоровье! Да спасибо тебе ещё раз за доброту и щедрость! А леса мы не обидим, ничего дурного деревьям не сделаем, будь спокоен!

Разулыбался старик, едва ли не растрогался, дары принимая.

- Спасибо, - присоединился к благодарностям Яромир и поклонился в пояс. Хмыкнула я: уже знала, о чём сейчас спросит: - Скажи, Леший, а нет ли где в лесу твоём серёжек серебряных с малахитовыми камнями?

Прищурился домовой, жуя угощение:

- Это те, что ведьминские-то?

- Они самые, - кивнул Яромир и уставился на Лешего с такой надеждой, что я уж точно убедилась: ничего он из разговора с домовым не помнит.

- Ведьминские штуки не моего ума дело, - отмахнулся дух леса. - Эти безделушки их забавляют. То силы отнимают, то заклятья снимают, то наводят… Развлекается нечисть. А тебе они на что? - заинтересовался он всё же.