Серьги с алмазными бантами

Глава 7. Французы

Сильно поредевший после Бородино полк конных егерей французской императорской гвардии, охранявший выходившие из Москвы французские обозы, занял поместье Марфино и сделал его своей штаб-квартирой. Это большое и ещё не разграбленное имение, лежащее между двумя стратегическими дорогами, идеально подходило для выполнения приказа императора, и когда разведчики рассказали о большом доме, флигелях и богатой деревне своему командиру полковнику де Сент-Этьену, тот не колебался и двинул свой отряд на Марфино.

Увиденное поразило французов: огромный трехэтажный бело-голубой барский дом с мраморными колоннами как будто парил на фоне тяжёлого октябрьского неба.

- Какая роскошь, прямо маленький Версаль! - восхитился полковник.

Он знал, о чём говорил, ведь крёстной матерью маркиза Армана де Сент-Этьена была последняя хозяйка королевской резиденции прекрасная Мария-Антуанетта. Семье де Сент-Этьенов до революции принадлежала половина Бургундии, и мать Армана - урождённая итальянская принцесса - всегда говорила сыну, что его отец, сделав предложение, оказал ей и её роду немалую честь.

Маркиза приходилась королеве Марии-Антуанетте дальней родственницей. Их знакомство, начавшееся как формальное общение особ королевской крови, постепенно переросло в верную и многолетнюю дружбу. Именно королева поддержала мать Армана, когда супруг маркизы погиб на дуэли, оставив своего пятилетнего сына главой древнего рода и наследником огромного состояния.

- Ничего, дорогая, у вашего малыша есть множество кузенов. Вы ведь всегда жили с сёстрами мужа одной семьёй, - утешала Мария-Антуанетта овдовевшую маркизу. – Поверьте мне, Арман никогда не будет одинок.

И впрямь, у покойного маркиза имелось целых шесть сестёр, и тот считал своим долгом всех их опекать. Но королева оказалась плохой провидицей и не смогла предвидеть судьбу многочисленного клана де Сент-Этьенов, так же, как не смогла предвидеть собственную участь.

Безумие революции убило их всех: ровно через две недели после своей королевы взошла на эшафот маркиза де Сент-Этьен, а потом друг за другом легли под нож гильотины все тётки Армана, их мужья и дети. Из всего семейства в живых остались лишь он да один из его двоюродных братьев - барон де Виларден, успевший сбежать от якобинцев в Лондон.

Двенадцатилетнего Армана мать тайком отдала канонику аббатства Сито в Боне, но спустя три года революционные горожане разрушили и этот монастырь. Старого каноника убили на глазах Армана, а ему самому лишь случайно удалось бежать. Провожая его из Парижа, мать когда-то сказала:

- Помни, дорогой, если тебе станет совсем плохо, пробирайся в Италию к деду.

Решив, что хуже быть уже не может, Арман последовал её совету – с котомкой за плечами он двинулся к границе. На пути в Италию судьба привела юношу в район боевых действий, которые тогда вела французская армия против Сардинского королевства.

Случайно попав в лесу на место боя, где попавший в засаду авангард французского полка отбивался от многократно превосходившего его по численности противника, Арман увидел смертельно раненного солдата, спасавшего знамя полка. Тот, умирая, попросил подбежавшего к нему юношу передать знамя генералу Бонапарту и сказать тому, что честь полка спасена.

Арман пообещал выполнить просьбу умирающего и через несколько дней добрался до ставки генерала, а там добился, чтобы его провели к Бонапарту. Юноша выложил на стол окровавленное знамя и передал полководцу слова умирающего солдата.

- Что ж, ты поступил как герой, а значит, заслужил награду,- признал генерал Бонапарт и смерил юного бродягу пронзительным взглядом жёстких голубых глаз. - Кто ты такой?

- Меня зовут Арман, - юноша замолчал, но потом гордость взяла верх над страхом, и он продолжил: - де Сент-Этьен, я из Бургундии.

Генерал с интересом вгляделся в исхудавшее и перепачканное лицо.

- Маркиз де Сент-Этьен? Так будет правильнее?

Арман молчал, зная, что, признавшись, подпишет себе смертный приговор.

- Не забывай, что я родом с Корсики, а прекрасную принцессу Марию-Евгению на этом острове знали так же хорошо, как в королевстве её отца. Ну а ты очень на неё похож.

Генерал улыбнулся, и его жёсткое лицо разительно изменилось, став на удивление красивым.

- Да, это правда, - признал Арман. - Я маркиз де Сент-Этьен, и принцесса Мария-Евгения – моя матушка.

- И что же делает сын прекрасной принцессы в итальянском лесу? - Бонапарт улыбнулся, и, мгновенно попав под сокрушительное обаяние знаменитого полководца, юноша поверил ему и открылся.

- У меня больше нет родных, я хотел дойти до владений деда, может, там я кому-нибудь пригожусь.

- Француз должен служить своей стране! – заявил Бонапарт.

Он взял перо и, написав несколько строк на листе бумаги, запечатал письмо и протянул Арману.

- За героический поступок капрал французской армии Арман де Сент-Этьен отправляется на обучение за казенный счет в Национальное военное училище в Ла-Флеше! Вы всё поняли, капрал?

Впервые за долгие годы полного одиночества и беспросветной нужды человек посмотрел на Армана с уважением и добротой и принял участие в его судьбе. Истосковавшееся сердце одинокого юноши потянулось к Бонапарту. Прижав конверт к груди, Арман воскликнул: