Серьги с алмазными бантами

Глава 13. Завещание

- Похоже, что я сам себя сглазил, - признался барон Тальзит. – Когда я пообещал Щеглову разыскать вас и уговорить подать заявление с обвинением против князя Василия, я ещё подумал, что благие намерения не всегда приводят к результату. Так и вышло – вы мне отказали.

Эта тирада, обращённая к графине Апраксиной, должна была тактично усовестить почтенную даму, но та лишь замотала головой. Графиня казалась такой мягкой и домашней - пухленькая голубоглазая старушка в сером шёлке и пышном кружевном чепце, но видимость, как всегда, была обманчива. Сейчас глаза Апраксиной приобрели стальной отлив, а губы осуждающе поджались.

- Простите, Александр Николаевич, но вы поступили очень неосмотрительно, - заявила графиня. – Вы вынудили Ивана Федоровича привезти вас сюда. А если бы за вами кто-нибудь проследил? Вы ведь понимаете мое положение?!

Разговор у них получался, как у слепого с глухим: Тальзит растолковывал графине, что в качестве предводителя уездного дворянства он обязан расследовать случившееся в Ратманово, а Апраксина упрекала его в том, что он рискует жизнями собственных крестниц.

Конечно, если бы барон не прижал как следует домоправителя, не припугнул бы того судом, то никогда бы не нашел Отрадное – имение, где скрывались княжны со своей тётушкой. Но ведь сделал это Тальзит с благими намерениями, а вот старая графиня видела в его поступках лишь опасность для своих подопечных. Ну, как её убедить в обратном?

- Евдокия Михайловна, давайте обсудим всё ещё раз, но уже спокойно, - предложил барон. – Я буду излагать дело так, как видит его закон, а вы, если сочтёте нужным, сможете меня поправить… Идет?

Апраксина неохотно кивнула. Да, ничего не скажешь, крепкий орешек. Тальзит повторил самое главное:

- Генерал-губернатору стало известно о случившейся в Ратманове трагедии. Он поручил мне – уездному предводителю дворянства – расследовать это дело и доложить. Вы понимаете, что я не могу игнорировать приказ генерал-губернатора?

Апраксина закатила глаза, словно её терпение подвергается ужасному испытанию, и ворчливо заметила:

- Ну, вот и расследуйте! Зачем вам я?

- Надо установить истину, а для этого мне требуются факты. Нужно ваше изложение событий, написанное по всей форме и заверенное вашей подписью, всё остальное - это россказни и слухи.

Апраксина совсем погрустнела, она больше не щетинилась, как ёж, теперь в её глазах стояла печаль.

- Александр Николаевич, вы разве не понимаете, что делаете со мной и с девочками? – тихо спросила графиня.

- А что я делаю?

- Вы отдаете своих крестниц в руки убийцы, а меня на старости лет посылаете в тюрьму! Вы что не понимаете, что я – преступница, которая увезла сирот от их законного опекуна? Вы ведь даже не имеете права скрыть перед судом место нашего пребывания. Если бы вы его не знали, было бы лучше!

Так вот в чём дело! Барон наконец-то понял. Старая дама поверила словам князя Василия, а ведь на самом деле всё выглядело отнюдь не так однозначно, и Тальзит пошёл ва-банк:

- С чего вы решили, что князь Василий – законный опекун княжон? – спросил он. – Вы видели завещание Алексея Черкасского?

- Нет, - опешила Апраксина.

- Ну, вот вы всё сами себе и объяснили. Я уверен, что ваш племянник не мог назначить опекуном своих сестёр человека, которого откровенно не любил.

- Да, Алекс ещё весной написал, чтобы мы не принимали князя Василия в Ратманове, - подтвердила старая графиня. Теперь её голос звучал бодрее. – Вы думаете, что князь Василий нам солгал?

- Я считаю, что он выдал желаемое за действительное. Спору нет, как старший из наследников мужского пола, он унаследует майорат Черкасских, но это – подмосковные имения и по дому в обеих столицах. То, что принадлежало лично Алексею, должно отойти либо по завещанию, либо по закону: ближайшим родственникам - жене и сёстрам.

- Но опекунство? – вновь напомнила Апраксина. – Как быть с ним?

- Если завещание князя Алексея не найдут, вы можете наравне с Василием Черкасским ходатайствовать перед государем об опекунстве над княжнами. Я думаю, что вам скорее пойдут навстречу, чем князю Василию. Он – одиноким мужчина, а вы почтенная дама – фрейлина Екатерины Великой.

Лицо Апраксиной просияло, она вскочила с кресла и в волнении заходила по комнате.

- Ах, Александр Николаевич, - что же это получается, что я только время зря потеряла? Я здесь сижу, жду вестей от Элен, вместо того, чтобы действовать… Мне нужно немедленно ехать, - графиня запнулась и растерянно спросила: - Только куда ехать-то? В столицу?

- Я думаю, что пока достаточно вернуться в Ратманово.

Увидев страх, промелькнувший в глазах графини, Тальзит попросил:

- Давайте попробуем найти завещание князя Алексея, а если не получится, тогда составим прошение на имя государя. В любом случае, убийца не может быть опекуном юных девиц. Я, как предводитель уездного дворянства, могу сам назначить вас опекуншей до того момента, как появится высочайшее повеление.

- Правда? – обрадовалась Апраксина.

- Конечно! – пообещал барон и поторопил: - Ну, что едем?