Серьги с алмазными бантами

Глава 30.1. Поручик Щеглов

Елена побледнела, покачнулась и упала бы, если бы её не подхватил идущий сзади Василевский.

- Тише, стойте спокойно, - велел он и, прижав женщину к себе, забрал письмо из рук дворецкого.

На мятом конверте буквы с виртуозно вычерченными спиралями вместо завитков сложились в имя маркизы де Сент-Этьен. Удерживая Елену за талию, Василевский провёл её в гостиную, где ещё три часа назад она сидела напротив него во всем блеске своей чарующей красоты.

Сейчас на женщину было страшно смотреть: бледная, безвольная, с искажённым мукой лицом и трясущимися руками она походила на собственную тень. Поняв, что Елена на грани обморока, Александр усадил её на диван, а сам вскрыл печать и стал читать. Записка оказалась короткой, подписи на ней не было:

«Мадам, если вы завтра в семь часов пополудни не приедете в церковь, где сегодня поили свою девочку, ваша дочь умрёт. Приезжайте одна, без слуг, в наёмном экипаже, который у церкви сразу же отпустите. Если попробуете обратиться к властям или нарушить мои условия, вы навсегда потеряете дочь».

Василевский ещё раз перечитал письмо, потом подошёл к Елене, положил перед ней листок и обнял за плечи, не давая впасть в панику.

- Читай, - сказал он, и, подождав, спросил: - Прочла?

Александр не ослаблял объятий. Елена кивнула, ответить она не могла.

- Кто этот человек? Назови его имя, это очень важно, - Василевский говорил спокойно и ровно, опасаясь женской паники.

-Я могу только догадываться…

Граф не успел задать следующий вопрос - в дверях гостиной вновь появился дворецкий, в руках он держал свёрток.

- Все тот же мальчишка, мадам, он оставил это для вас.

Василевский забрал свёрток и разорвал бумагу. Внутри оказалась чугунная кочерга. На проржавевшем металле абсолютно неуместно смотрелась завязанная бантом розовая лента. Звук, раздавшийся за плечом Василевского, ужаснул его. Это был даже не крик, а вой. Граф кинулся к Елене, но опоздал, та, как подкошенная, рухнула на пол.

Воды! – крикнул Александр дворецкому, а сам бросился поднимать Елену. Безвольное тело показалось ему странно тяжелым, не за что было ухватиться, как будто у женщины не осталось больше костей. Василевский с трудом перенёс Елену на диван. Она по-прежнему оставалась синюшно бледной.

- Где вода? – закричал граф.

- Да вот, ваше сиятельство, пожалуйста… - оказывается, дворецкий уже стоял за его спиной со стаканом в руках.

Василевский поднёс воду к губам Елены, но та не проявляла признаков жизни, тогда он отхлебнул сам и брызнул водой ей в лицо. Женщина вздрогнула и, приходя в себя, затрясла головой. Ещё мгновение – и она открыла глаза.

- Ну, слава богу! - обрадовался Александр. – Ты понимаешь, что произошло?

- Мари… он забрал её, - из глаз Елены хлынули слёзы. Сейчас она казалась жалкой. Куда девалась уверенная в себе и своей правоте французская маркиза? Лежащая на диване женщина выглядела полубезумной. Она мёртвой хваткой вцепилась в Александра и крикнула:

- Спасите Мари, он убьет её! Князь Василий - убийца! Вы своими глазами видели, что он сделал со мной. Этот мерзавец наслаждается, истязая других. Мари всего лишь год, как можно мучить такую крошку?! Господи! Только не это!

Елена схватилась за голову и застонала, стон её то переходил в вой, то прерывался всхлипываниями.

Александр крепко прижал рыдающую Елену к себе, и шепнул в растрёпанную макушку:

- Тише, тише, успокойся, пожалуйста…

Как ни странно, это помогло – вой прекратился, а следом затихли и всхлипывания, и он уже не удивился, когда услышал тихий голос.

- Ты спасешь Мари, вернешь её мне?

- Да, если ты мне поможешь, - откликнулся Василевский и попросил: - расскажи всё.

- Он - чудовище, наслаждается, когда убивает… - голос Елены от плача сел и теперь был еле слышен.

-Кем он тебе приходится?

- Дядей, - ответила Елена и начала свой рассказ.

Кусочки мозаики понемногу занимали свои места и загадка, мучившая Василевского почти два года, теперь стала обычной криминальной драмой.

- Ты думаешь, что князь Василий появился в Париже и похитил твою дочь?

- Но ты же видел сам, - Елена кивнула в сторону лежащего на краю стола разорванного свёртка. Она долго собиралась с силами, но всё же выговорила: - Кочерга. На ней ленточка Мари, я сама завязала дочке бантик на макушке.

- Мало ли розовых лент на свете, - не согласился Василевский.

- У Мари все вещи помечены её инициалами. Проверь…

Василевский подошёл к злополучному свертку и внимательно рассмотрел ленточку. На её краях гладью были вышиты буквы «М». Отрицать истину оказалось невозможно, и он признал:

- Да, похоже, что ты права.

Елена вновь зарыдала, она схватилась за голову и раскачивалась на своем диване, как глиняный болванчик.

«Где искать этого князя Василия? – обреченно спросил себя Александр. – Он может быть где угодно – за углом, в другой части Парижа, в предместье… Что делать?»

- С чего ты взяла, что он хочет убить девочку? Погоди-ка! Князь Василий требует свидания с тобой, - вспомнил вдруг Василевский. - Он ничего не сделает Мари!

- Почему? - с надеждой спросила Елена.

Василевский не успел ответить, поскольку в разговор вмешался незнакомый голос:

- Потому что князь Василий уже больше никого не сможет убить. Он умер!

Василевский и Елена обернулись. В дверях гостиной стоял кареглазый шатен в синей казачьей форме. Они его прежде никогда не видели, но подвижное лицо офицера оказалось таким открытым и располагающим, что оба сразу же ему поверили.

- Вы уверены? - спросил Василевский.

- Абсолютно, я видел князя Василия в гробу. Он разбил голову, упав на скользкой мраморной лестнице в английском доме своего племянника Алексея Черкасского. Сделанная операция не помогла, и князь Василий скончался.

Казак замолчал, а потом, переведя взгляд с Александра на хозяйку дома, добавил:

- Елена Николаевна, ваш брат доверил мне ваши поиски. Позвольте представиться! Пётр Петрович Щеглов. Я - поручик в егерском полку, созданном из ополченцев нашей южно-русской губернии. Ещё дома генерал-губернатор поручил мне разобраться с убийством вашей няни. Я искал преступника в Лондоне, но к тому времени князь Василий уже погиб.