Сериал "Ведьминская Санта-Барбара"

3.3

 Когда мы, в основном вдвоем с Наташей, обработали и зашили раны, так и не пришедшего в себя, парня и, шипящей от боли и раздражения, Надежды, я собственноручно влила в новоявленную алкоголичку кружку крепчайшего турецкого кофе без сливок, (а нечего было пинаться и стараться выхватить у меня из рук хирургический пинцет). Она слегка протрезвела, взгляд стал более осмысленным, но глаза все равно отказывались смотреть в одну и ту же сторону. После десяти минут уговоров наших хранителей, они унеслись на квартиру к Наде за сменной одеждой, выторговав у Наташи всего одну (зато трехлитровую) банку абрикосового варенья. А я воспользовалась тем, что никого рядом не было, прочитала заговор от всех хворей, похожий на обычный детский стишок.

   Когда парень начал приходить в себя, Наденька чистая и румяная, укутанная в теплое одеяло пила горячий кофе со сливками и тремя ложками сахарного песка. Она сидела на стуле у дивана и, не стесняясь, изучала незнакомца. И я вновь получила возможность успокоиться и снова посмотреть на него. Брюнет, правильные черты лица, чуть заостренный нос - в общем-то, красивый широкоплечий мужчина сейчас в свете ночника и предрассветных сумерек выглядел больным ребенком. И я серьезно стала опасаться за сердечное здоровье моей подруги.

   Открыв глаза, парень в течение пяти минут играл в "гляделки" с Надей, из головы которой, судя по напряженной спине, от этого пристального взгляда выветрился последний хмель.

   - Привет, - тихо проговорила она, незнакомец молчал. В комнате повисло какое-то неуютное молчание, и я решила вмешаться.

   - Эту девушку зовут Надя, мое имя Нико, а ее, - я указала на стоявшую в дверях Наталью, - Наташа. Наденька нашла Вас недалеко от Наташиного дома, и мы перенесли Вас сюда. При первичном осмотре мы обнаружили несколько неглубоких (скользящих) ножевых ранений и царапин. Вы потеряли много крови. Мы оказали Вам первую медицинскую помощь, и я думаю, что к вечеру ваше состояние нормализуется. - Во время всего моего, как оказалось, монолога я чувствовала себя полной идиоткой, такое впечатление, что я со стеной разговаривала, убеждая ее (стену), что при должном уходе все обязательно будет хорошо. Эти двое, а именно наш подопечный и Надя, неотрывно смотрели друг на друга, и по лицу подруги расползалась тупая улыбка.

   - Вы нас слышите? - Наташа подошла ближе к дивану и склонилась над незнакомцем (Правильно, спросила, может он глухой, и я зря тут распиналась...).

   - Да. - О! Прогресс! Нас заметили, оценили и приняли в расчет. И, таки, да - он не глухой. Парень перевел взгляд своих карих, почти черных глаз на Наталью, - Да. Я вас слышу и вижу, но это плохо.

   - Почему? - прошептала Надя.

   - Потому что ничего хорошего от этого не будет. - Тихо объяснил он и отвернулся. Блин, я как знала, опять неприятности.

   - А как Вас зовут? - робко (что странно) спросила наша "беда всей жизни".

   Парень долго молчал, разглядывая потолок, будто искал там ответ на этот робкий вопрос, но потом, приняв какое-то решение, повернулся к нам:

   - Александр.

   - Красивое имя. - Одобрила Наташа, - мне нравится.

   Я сохраняла молчание, присев на ручку многострадального дивана. Что-то подсказывало, что Александр был вовсе не так прост, как хотел казаться. И если верить его словам, присутствие этого молодого человека грозит нам неприятностями.

   - Я, пойду, принесу настой. - сообщила Наташа и ушла на кухню.

   - Скажи, Надя, очень сложно было пройти мимо? - Спросил Александр, вновь повернувшись к Наде и переходя на "ты".

   - Надя споткнулась о твои ноги, так что пройти мимо ей действительно было трудно. - Ответила я за подругу. Надя пребывала в легкой прострации, явно что-то обдумывая. - И потом, Надя очень добрая и отзывчивая девушка, поэтому вряд ли пройдет мимо человека нуждающегося в помощи, если, правда, заметит, она бывает у нас очень невнимательна. (А если учесть ее желание найти и опробовать новые виды отваров на человеке...)

   - Зря, - ответил он, - иногда лучше быть жестоким... Излишняя доброта может навлечь беду и, боюсь, на вас эта самая беда уже навлечена. Мне нельзя было помогать...

   - По-твоему я могла пройти мимо? - дрожащим голосом спросила Надя, (ой, кажется слезы на подходе) мне стало ее жаль. Видимо Александру тоже, потому, что его взгляд как-то смягчился, и он добавил уже тише. - Просто в следующий раз подумай о последствиях.

   Ага, как же. Не умеет она это делать. Особенно когда дело касается бедных и несчастных...

   - Вот, Саша, выпей это. Это отвар он придаст сил и поможет поправиться, правда он слегка горьковат, но я добавила мед и надеюсь тебе понравиться... - Сказала вернувшаяся с кухни Наташа и протянула парню деревянную кружку. Раненный послушно выпил напиток, и устало закрыл глаза.

   - Вот это правильно, - Надя перевела дыхание и поднялась на ноги, подхватила сползающее одеяло. - Сон - лучшее лекарство.

   - Девочки, пойдем пить чай. Я мяту заварила. Мне что-то не по себе рядом с ним. - Наташа бросила взгляд на диван, потом на Надю укрывающую мужчину одеялом и вышла из комнаты. Я направилась следом. Затем, уже в дверях обернулась и оглядела комнату. Полутемное помещение, стандартная меблировка: стенка из темного дерева, напротив нее огромный для нас диван, два кресла и между ними толстый ковер. В углу стоял телевизор советской марки "Весна". На диване спал наш подопечный, а рядышком стояла Надежда, что-то решая для себя. Потом она покачала головой и опустилась в кресло возле дивана и тут же ее карие глаза закрылись. Я присоединилась к Наташе и нашим хранителям на маленькой кухоньке.