Сероглазый ангел

Глава 24

— Теперь, когда все довольны, может, поедим? — Вейн всплеснул руками, широко улыбаясь.

Его неуклюжая попытка разрядить накалившуюся обстановку, заставила Ральфа поглядеть на него, словно на умалишённого. Трость стала отбивать более быстрый ритм, нервно ударяясь о пол. Мей, словно предчувствуя неладное, медленно отступала назад, едва не наступая на мешающий подол.

Что так встревожило эту девушку? Вейн не мог взять в толк. Они ведь убрали оружие. Адела напротив, поднялась с кресла, пересекла зал и направилась к мужу. Слёзы её высохли, и теперь глаза лихорадочно блестели, выдавая нервное истощение и надежду на доброе завершение вечера. Она прижала руки к груди, заглядывая в каменное лицо Ральфа. Её мелодичный голос прозвучал как тихий шёпот, еле слышно:

— Велеть ли слугам накрыть для гостей?

— Убирайтесь вон! — его тон уже должен был заставить женщину предположить неладное.

Но Адела лишь взглянула настороженно. Её ладони по-прежнему прижимались к квадратному вырезу бледного, словно её лицо, платья. И тут Ральф забылся на мгновение. В неудержимой ярости он замахнулся на жену тростью, намереваясь нанести удар. Прикрывая руками голову, женщина вскрикнула и пригнулась. Но Вейн успел, подставляя своё плечо, и чудовищный удар пришёлся на его руку. Доспехи защитили воина, но хозяин дома в ужасе отпрянул от ардианца, не ожидая такого выпада.

Адела глянула на него, и на её лице застыл дикий испуг при виде ярости, сверкавшей в глазах воина. Причём Вейн с негодованием понял, что боялась эта странная измученная женщина вовсе не за себя. Она боялась его гнева, обращённого на мужа, минуту назад желавшего избить её в присутствии своих нежданных гостей. Отвращение, смешанное с жалостью, одолели Вейна.

Он закрыл на миг глаза, тяжело выдыхая, затем отодвинул хозяйку дома в сторону, и повернулся к Ральфу. Рука Вейна грубо ухватилась за трость. Он вырвал её из рук отца семейства, и с брезгливостью разломал надвое. Звеня кованым наконечником, она была брошена к ногам хозяина замка.

Вейн понял, что творилось в этом доме в отсутствие посторонних взглядов. Теперь его не интересовало мирное окончание их визита. Он двинулся на Ральфа, схватившись за рукоять своего меча. Но чья-то рука, мягко и настойчиво остановила его. Мей положила ладонь на руку ардианца, судорожно сжимающую оружие, и быстро проговорила, словно боясь быть остановленной.

— Я буду счастлива, если вы позволите помочь Даниэль.

У неё были карие глаза... Вейн уже тонул в их тёмной бархатной глубине. О чём она говорила?

— Чем же? — голос Райана отрезвил Грэди. Друг подошёл к ним, с любопытством разглядывая девушку, — чем вы можете помочь?

Ральф вознамерился оттянуть дочь от своих недругов. Но девушка мёртвой хваткой вцепилась в нарукавник Вейна, надеясь выторговать собственную свободу, воспользовавшись столь неприглядной, но спасительной для неё ситуацией. Мей понимала, что прольётся ещё больше крови. Особенно глядя, как острие меча Райана, направилось к шее отца, останавливая его попытки схватить дочь. Черноволосый ардианец снова терял терпение.

— Ты чертовски негостеприимен, — сквозь зубы процедил Райан.

— Исходя из того, какой уединённый образ жизни сестра вела, ей просто необходим близкий человек и помощь подруги, — Мей тепло улыбнулась для большей убедительности.

Одежды воина она так и не выпустила, что заставило Райана покачать головой. Та ещё девица!

— Ты же не станешь возражать, отец?— поинтересовалась девушка.

Отклика не последовало. Вейн и Мей обменялись встревоженными взглядами. Ахелнер лихорадочно соображал. Боясь за собственную жизнь, он небрежно махнул рукой, отпуская дочь к племяннице. Мысленно Ральф надеялся таким образом усмирить гнев Кендала и короля. Мей не смогла скрыть радости и жарко поблагодарила Небеса.

Райан понял, что его мнения никто спрашивать не собирался. Но решил, что пусть известия о дяде и огорчат его жену, но приезд двоюродной сестры поднимет ей настроение. Даниэль не будет чувствовать себя одинокой. Это будет неплохим подарком… «Подарок» тем временем подхватил шуршащие юбки и помчался по лестнице, скрываясь на втором этаже, вероятно собираясь за вещами.

Мей не помнила, как ворвалась в собственную комнату. Она лихорадочно забрасывала вещи, спихивая их, не глядя на то, что платья мялись. Была бы её воля, то побежала впереди ардианских воинов, пешком, в одном платье. Только подальше от этого дома!

— Леди Мейдлэйн! — Амалья ворвалась в комнату вслед за ней, размахивая пухлыми руками и причитая над разбросанными вещами.

Служанка подхватывала разноцветные наряды с пола, укладывая на покрывало, которым была застелена кровать.

— Что происходит в доме? Куда вы собрались на ночь глядя? — голос женщины срывался от беспокойства, — отец отсылает вас с этими варварами? Он совсем выжил из ума?!

Амалья умолкла, сожалея о вырвавшихся неподобающих словах.

— Я сама себя отсылаю! И это я выжила из ума, если задержусь в этом доме ещё на миг! — Мей стёрла рукавом испарину со лба, заканчивая приготовления.

— Что же это делается, госпожа? Да как же можно? Одной, с этими… о дорогой господь! — служанка погладила её спину, успокаивая.

Но сама тряслась при этом, как осиновый лист.