Серые волки. Книга 1.

Глава 1

- Госпожа! Госпожа! Он очнулся!

Голос рабыни разбудил меня от дремы. Я открыла глаза и перевела взгляд на девушку, подбежавшую к моему коню от одной из телег. Помутненный после сна разум мало что понимал, и мне понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя.

- Что ты сказала, Айше? – спросила я устало, а сама посетовала, что снова уснула в седле. Как ни пытался пересадить меня в паланкин Амир, я противилась. Мне казалось, что в носилках дышать еще труднее: пустыня, жара и солнце убивали меня. Я уже не могла дождаться, когда, наконец, прибуду в место назначения. Туда, где меня так ждали.

- Он открыл глаза и попросил пить! – продолжила говорить рабыня. Ее голос был по-детски звонким, я бы даже сказала, переливчатый. Подобными голосами пели райские птицы в саду перед дворцом моего отца. Как же давно это было? Казалось, мы уже целую вечность бредем по пескам, которым не видно конца и края. А ведь я полагала, что привыкла к пустыне, что я ее дочь! Но оказалось все не так. Одно дело наблюдать за песками и барханами из окон высокой башни, да иногда мчаться верхом на тонконогом жеребце по золотым дюнам, и совсем другое — вот так плестись в караване, изнемогая от жары. Порой я даже думала о том, что, может быть, просто умерла, и это ад вокруг меня? Ведь как говорил мне мухтарам(1), в аду жарко, как в очаге. Так чем эта пустыня не ад? Что, если мы, каким-то образом, забрели в мир мертвых и теперь блуждаем по его бескрайним просторам, не зная, что давно обречены?

«О, боги!» – я едва не закатила глаза от собственных мыслей, настолько нелепыми они показались мне в тот миг. Наверное, это жара действует на меня так, что в голову лезут подобные глупости.

- Госпожа? – Айше прикоснулась к моей ноге, и я обратила на нее взор.

- Говоришь, очнулся? – спросила небрежно, и девушка кивнула.

- Вы сказали сообщить вам, когда этот оборванец придет в себя! – прочирикала она и, натянув поводья, я решительно развернула жеребца, направив его в хвост каравана, чтобы посмотреть на свою находку.

«Пустыня преподнесла мне странный подарок!» - подумала я, пока ехала к повозке, на которую рабы положили умирающего. Айше бежала следом. Мне не нужно было даже оглядываться, чтобы знать это. Маленькая рабыня была привязана ко мне. Стоило признать, я ее баловала и теперь, вместо служанки получила подобие младшей сестренки, которой у меня никогда не было. Я относилась к Айше так, как относились ко мне старшие братья, с одним только отличием: все же девушка была рабыней и дочерью рабыни, а потому я не могла оказывать ей столько внимания, сколько хотела.

Я поехала рядом с телегой, рассматривая лежащее на ней тело. Как сказал Асаф, найденный нами человек – воин. Что же, Асафу виднее. Я же видела только грязное тело оборванца с множеством глубоких ран и шрамов. У мужчины были длинные темные и очень спутанные волосы, и загорелая, но местами серая от песка и пота, кожа. Скорее всего, он был высок ростом и силен. Первым делом, едва увидев этого беднягу, я подумала, что из него получился бы отличный охранник, из тех, кто ходит за тобой с мечом наперевес, прикрывая спину. Я могла подумать еще о многом, но тут мой новый раб открыл глаза и я, удивленно моргнув, встретилась с ним взглядом.

Синие и такие яркие, умные, лишь едва тронутые пеленой боли, глаза смотрели на меня, а я думала о том, что никогда еще не видела на свете более красивых глаз. И дело было даже не в их величине или форме, нет. Дело было в насыщенном, редком и ярком цвете. Всего на миг даже показалось, что у людей не может быть подобного цвета глаз. По крайней мере, я никогда не встречала такого оттенка у жителей этих мест. Карие и темно-зеленые – да. Весьма редко, голубые у метисов, но не такие синие!

Мужчина моргнул, а я продолжила рассматривать его, с трудом оторвавшись от созерцания удивительно взгляда, устремленного на меня с ответным интересом.

- Кто…ты…? - неожиданно прохрипел он на общем языке.

Я молчала, не желая отвечать и лишь продолжала скользить взглядом по крепкому телу, длинным, мускулистым рукам с широкими ладонями и сильными пальцами, по тонкой талии и крепкой груди. Затем снова посмотрела ниже, туда, где рваный клок ткани скрывал бедра мужчины и его живот с полосами тонких шрамов.

- Кто….ты…? - повторил свой вопрос мой новый раб и я снова посмотрела ему в глаза. Это было моей ошибкой, так как я сразу попала под пугающую власть синего взгляда.

- Госпожа? – Айше нагнала меня и теперь шагала рядом с повозкой, глядя поочередно то на меня, то на своего подопечного.

- Следи за этим человеком! И ухаживай за ним! – велела я девушке. – Думаю, он будет жить!

- Да, госпожа, – кивнула рабыня.

- А ты, - обратилась я к незнакомцу, - не смей и пальцем прикоснуться к моей служанке, иначе пожалеешь, что родился на свет.

Я, конечно, очень сомневалась, что он сможет сейчас даже пошевелиться, но предупредить стоило. Правда, чем дольше я смотрела на это изнеможённое создание, когда-то бывшее сильным воином, тем больше сомневалась, что моим рабам грозит опасность. Казалось, толкни я несчастного, и он тут же испустит дух. И все же в нем чувствовалась сила. При должном уходе, мужчина сможет вернуть былую мощь. Главное, чтобы он не оказался упрямым и своевольным. Тогда придется его продать, если выживет. Возиться с упрямыми рабами было мне не с руки.

«Раз уж подобрала, стоит выходить, а там поглядим!» - сказала себе и, еще раз бросив оценивающий взгляд на дар пустыни, развернула коня и направилась прочь от телеги, проигнорировав сиплые слова незнакомца, прозвучавшие вслед. Какое мне было дело до того, что хочет сказать этот человек? Не в привычках принцессы выслушивать слова того, кто станет рабом.

Уже скоро я снова ехала во главе каравана и Амир, мой охранник, смотрел на меня с нескрываемым интересом.

- Госпожа? – не выдержал он.

- Что? – я лениво повернула голову и посмотрела на воина. Темноволосый, высокий, с белесым шрамом, пересекающим правую скулу, он был хорош собой. Амира я знала с детства. Он был другом моих братьев, особенно старшего, Масура. С наследником отца Амир был не разлей вода. Когда-то давно, когда мне едва исполнилось десять, я считала, что влюблена в него. Но повзрослев и поумнев поняла, что приняла простую дружбу за влюбленность. Амир сам попросился сопровождать меня и, если Асафа назначил отец, то Амир назначил себя сам, решив во что бы то ни стало, охранять сестру своего лучшего друга. Хотя, признаюсь, я не была против, так как всегда предпочитала видеть рядом с собой верных людей. Тех, кому я могла доверять, почти как себе самой. А там, в далеком Фатре, мне определенно понадобятся такие люди.