Серый кардинал

Появление меня в этом мире

Пять лет назад я шагнула в этот мир, точнее, проскользнула сквозь страницы книги, дочитанной до последней точки незадолго до моего ухода. Не феерическая гибель, не подвиг во имя человечества, а банальная болезнь оборвала мою нить. Слабый росток с рождения, я увяла под натиском новой эпидемии. В стерильной тишине больничной палаты моим единственным собеседником была электронная книга. Уснула, чтобы не проснуться. Но вместо тоннеля и манящего света в конце я очнулась в чужом мире, в чужом теле… "Переродилась, словно Феникс из пепла", – как банально, но как точно! Долго ворочалась в объятиях осознания и принятия новой себя. Но время – щедрый дар, и у меня оно было.

И если вам привиделись картины а-ля "Золушка наоборот" – сногсшибательная красотка, ослепительный ум, лучезарный нрав и принц в придачу, то спешу разочаровать. Я проснулась в теле принцессы-подростка, сосланной в богом забытое поместье за склочный нрав и нелюдимость. Бельмо на глазу короля и его новоиспеченной супруги. При дворе меня "не жаловали", это мягко сказано. Ненавижу лицемерие и подхалимство! После смерти матери, почивающей в бозе императрицы, меня отправили в ссылку, а король, едва успев оплакать первую жену, тут же обвенчался с фавориткой. "Любовь зла," – как говорится. Я-то знаю, кто помог моей матери поскорее освободить трон, но это уже не моя забота, лишь бы меня не трогали. Наслаждаюсь уединением, королевская казна меня спонсирует, ни в чем не нуждаюсь, не транжира. За эти годы скопила приличное состояние, вложив немалую сумму в предприятие. "Тихой сапой" через подставных лиц, тайно, но никто и не вникает в мои дела. Порой казалось, что обо мне просто забыли до лучших времен. Но я не питала иллюзий. Знала, что рано или поздно меня выдернут из этой благословенной глуши, когда отцу понадобится выгодно пристроить меня замуж в политических целях. Пока же моя тишина всех устраивала.

Обустроила имение на свой вкус. Родовое гнездо моей покойной матери Летиции: двухэтажный дом, пять гостевых спален, пара кабинетов, огромная кухня, столовая, переделанная в холл, и величественный камин. Все в светлых тонах, панорамные окна с видом на террасу и раскинувшийся сад с огородом. Кроме меня, в доме обитали повариха Варвара, мажордом Вилли, её супруг, и бравый вояка в отставке Грэг. Все жили в деревушке неподалеку. Я не настаивала на их круглосуточном присутствии. У них был четкий график: 5/2, 9-часовой рабочий день с перерывом на обед. "Чин чином", как говорится. С годами они привыкли к моим нововведениям. Обедали мы вместе, как дружная семья. И я считала их своей семьей. Кроме них у меня никого не было. Все свое время я проводила в кабинете за работой или учебой. В таком размеренном ритме текли дни, месяцы, годы.

Как я уже упоминала, я оказалась в вымышленном мире книги. Осознание пришло не сразу, но имена и события расставили все на свои места. Всплывали в памяти обрывки воспоминаний, словно дежавю, не каждый шаг, конечно, но ключевые моменты я знала и старалась к ним подготовиться, "вооружиться до зубов". Знала и финал этой истории. Но, хоть и вымышленная история, жизнь здесь настоящая, а "судьба – это не приговор, а холст", и мы сами пишем свою картину, каждый новый шаг может изменить все до неузнаваемости. Я верила в это. По сюжету этой трагической пьесы, принцессе Белле Оф Дор, то есть мне, была уготована роль жертвенной агницы, отправленной на заклание родным братом. Мой грех? Я осмелилась прикоснуться к тайнам, что клубились вокруг него, словно ядовитый туман, и наивно попыталась использовать их как рычаг. Мой брат, воплощение безграничной воли и жажды власти, видел во мне лишь досадную помеху, которую устранил бы без малейших колебаний, словно сорвал увядший цветок.

Но сценарий – это всего лишь слова на бумаге. В реальной жизни я отчаянно стремилась растопить лед в наших отношениях, не мечтая о братской любви, но хотя бы о проблеске дружеского тепла. Пять долгих лет я посвятила этой безнадежной миссии, с тех пор как меня, четырнадцатилетнюю, изгнали в эту глушь. Наши пути давно разошлись, но я не сдавалась, забрасывая его письмами, словно отчаянный моряк, посылающий сигналы бедствия в бескрайний океан. Первый год мои послания тонули в молчании, но моя настойчивость была подобна капле, точащей камень. Каждую неделю, словно часы, я отправляла весточку, надеясь пробить броню его равнодушия.

В этих письмах я раскрашивала красками слов свою жизнь, делилась мимолетными радостями, просила совета, словно нищий просит милостыню. Я рисовала акварелью пейзажи – сад, утопающий в зелени, закаты, пылающие багрянцем и золотом, словно небесный пожар. Я умоляла его приехать, приглашала разделить со мной скромную трапезу, вдохнуть аромат диких трав. Но он ни разу не ответил на мой зов.