Серый Кролик

Гдава 8

Вампиры были теми Иными, которые ловко делали деньги там, где, казалось, это невозможно. Но Вампир рознь вампиру. Многие скатывалась так низко, что подлежали немедленному уничтожению. Убивать Нормов было запрещено даже животным. Но вот только не все животные это понимали и не у всех животных были золотые адвокаты, как у Иных, которые вытаскивали своих хозяев из самых разных ситуаций.

Нормы у Вампиров больше всего были в почёте, ведь кровь Нормов была идеальной пищей в отличии от животной, и самое важное, Нормы были идеальными щитами в любой непонятной ситуацией. Обвиняют Иного Вампира, что он убивает человека, а тот в ответ на обвинения, показывает, как живут Нормы у него. И те в ответ, отвечают: мол да, хозяин дома Вампир, пьет их кровь, а они могут покупать всякие вещицы. Правда бедный Вампир был вынужден заключить брак, в обмен на кровь. А многие и в тихую умудрялись. Самые старательные и верные Нормы при услужении богатых Вампиров получали статус Красных Кроликов. Получив такой статус, Вампир не пил кровь, давал статус графа или золотил так, что сам становился бедным. Серые Кролики получали минимум, но были всегда сытыми, одетыми и могли спокойно дожить до старости. Если конечно не совершат опрометчивый поступок. Ситуации разные были. В современном обществе стало все проще, либо ты золотой бизнесмен с репутацией, либо ты работяга. Статусы Красных и Серых уже изжили себя. Да и просвещенный Норм уже не нуждался в чьей-то опеке. Он сам мог обеспечить Иного.

Никку аккуратно разбудил служащий вокзала.

– Вьф, Вьф, (прим. авт. уважительная приставка к незнакомцу), проснитесь, тут неправильно спать, да и запрещено. Вам плохо? Выглядите бледно. Вызвать врача?

— Нет, простите… - Никка потерянно озарялась. В голове ещё гудело сказание о Серых Кроликах, Вампирах - тиранах и смена эпох – Кажется, я проспала свой автобус. - Никке было неловко осознавать, что она заснула на вокзале. Ей некуда было идти. Всё необходимое осталось в её сумке, которую она давно потеряла. А спрашивать у мистера Хьюджи: “Вы случаем, когда меня размораживали сумку, замороженную не находили? ей совесть не позволяла. Да и Никка думала, что вещи скоро ей и так вернут. Задумалась об этом Никка только после выхода из здания Стражей.

— И все же я порекомендовал бы вам навестить медсестру вокзала.

— Я просто пойду домой. - Никка старалась мило улыбаться. – Видимо, сегодня неудачный день для дальних поездок.

Встав и поблагодарив сотрудника вокзала, Никка спокойно вышла и пошла в сторону своего дома. Её желудок заурчал, отчего она остановилась и посмотрела на ноги. Обувь ей дали в здании Стражей. Как и уличную одежду. Ведь Аппель вытащил прямиком ее из кровати не дав переодеться. Никка саркастично улыбнулась собственной шутке: “В следующий раз надену прозрачную ночнушку, чтоб глаза лопнули у них от цензуры.” Постояв ещё пару минуток, Никка отправилась в здание музея. Там хотя бы было теплее и знакомые, которые могут помочь.

Гуляя по музею, скрещивая руки у груди, Никка наклонилась ближе к стеклу, чтобы разглядеть эволюцию гусеницы к бабочке.

— Прекрасно, не правда ли?

Никка резко выпрямилась и ошарашенно посмотрела на молодого человека.

— Это вы мне?

— Нет, гусенице. - мило улыбаясь, парень причмокнул.

— Мы знакомы?

— Вероятность есть такая.

От полной теории Никку отвлек знакомый голос. Повернувшись к подруге, которая радостно шла к ней, приветственно размахивая ладонями и широко улыбаясь.

— Почему не позвонила? Выглядишь ужасно. Ты как?

Подруга не давала ответить Никке, заваливая её вопросами. Скромно улыбаясь, Никка повернулась в сторону, в которой стоял парень, но его и след простыл.

— Ник? Ты чего молчишь? - обиженно надув щёки, подруга потянула Никку в сторону холла музея. — Ты знаешь, я этим слухам не верила, что ты совсем упала на дно. Я навещала тебя, но ты постоянно была в разъездах. Как обычно. Кое-что покажу, пойдем. Ты просто офигеешь. Это не то, что твой портрет. Кстати, как он? Краски, что я доставила тебе не растеклись?

— Портрет? - Она уже забыла про парня и пыталась сконцентрироваться на подруге. Но вопросы текли рекой и на какой отвечать, Никка не понимала.

— Ну да, портрет. Ну того, блондина Иного. Я тебе еще инфу про него давала. Кстати, один куратор, ну такой крутой, высокий, сказал, что этот портрет не след Иного.

— Когда сказал? Какой куратор?

— Ой, ну тот… Что не оценил мои знания и красоту. Что ж, хватит о парнях, давай о тебе.

Никка тяжело вздохнула. Пока она со Стасией, ей не получится сконцентрироваться на чём-то определённом. Не смотря на вечную болтовню и массу вопросов, Стасия была одной из тех в окружении Никки, кто готов помочь прямо сейчас. И выдерживала Стасию только Никка и музей. Она была одной из лучших кураторов, который мог принять за день от пяти до восьми групп.

В музеи Никка проводила уже второй час. Стасия нежно и аккуратно взяла за руки Никку.

– Ты уверена? Могла и у меня переночевать. Хьюджи, от этой фамилии уже бросает в дрожь. Работать на них сущее… - Стасия перешла на шёпот - Ходят слухи, что они норноеды. Ужас. Сразу работы художника Лофуса перед глазами. - Стасия схватила себя за щеки. - Отец поедает своих детей.

– Не переживай. Первое, это всего лишь картина, основанная на мифологии. Второе, Хьюджи, по крайней мере Мистер Хьюджи, - Никка так и не видела Хозяйку, но как-то показалось, что она слышала ее голос за дверью, разговаривающую с Пэтом, когда восстанавливала здоровье. Но возможно это был кто-то другой, тот, кто много совершил открытий в медицине.

К сидящим на окне дамам подошёл мужчина с хмурым лицом.

– Вот…

Пэт не успел договорить фразу, как Стасия подскочила и затараторила.

– Здравствуйте - здравствуйте, я подруга Никки.

Никка сдерживала смех, наблюдая как меняется лицо Пэта. Стасия не давала ему и моргнуть, заваливая вопросами.

– Девушка, достаточно. – Пэт кашлянул, его правая рука слегка задергалась. Стасия села обратно, хватая от удивления воздух ртом. Никка же перестала улыбаться. - Я всё понял и не нужно вести себя со мной так, словно мы счастливые знакомые люди. - Пэт с трудом применял способности. Но другого способа охладить Стасию у него не было.