Сестра Огня 2

Глава 15

Равиойка скинула курточку, осталась в коротком топике. Надо же, у неё спина и живот в такую же клеточку, как и лицо. Словно белую сетку на неё надели.

– В полную силу, – предупредила она, ловко закручивая в руке палку.

– Активируйте броню, – посоветовал Ан.

– Ни к чему, – фыркнула она. – Я – рамеевтой.

Тумба-Юмба взял меня за руку, сказал тихо:

– Я же говорил, что рамеевтананеш – это не просто особый статус, но и паранорма тоже. Вот сейчас и поглядим.

– Переживаешь за неё? – не удержалась я от подколки.

– Не за неё, – абсолютно серьёзно ответил он. – За него.

Я не выдержала и обернулась к нему.

– Серьёзно? Ты считаешь, что мой брат – слабее таммеотской принцесски?!

– Смотри. Внимательно смотри, Ликесса. Паранормальным зрением тоже. Ах, жаль, у меня самого паранормы нет! Я бы не отказался на минуточку, посмотреть…

– Увы, не могу ничем помочь, – искренне ответила я. – Тут телепатия нужна, а я не владею…

Я вспомнила метельную дорогу и проклятого Мишева. У Тумбы-Юмбы же ментальная глушилка стоит! Даже если бы я владела телепатией и могла бы ему транслировать своё паранормальное восприятие, ничего не вышло бы.

– Я знаю, – вздохнул он грустно и, видно, тоже вспомнил про свою глушилку. – Потому и не прошу. Смотри внимательно, потом всё мне расскажешь.

– Договорились.

Руку мою он так и не отпустил. Я подалась назад, прижалась плечом к его плечу: приятно.

С первых же секунд боя стало понятно, что Равиойка не так проста, как казалось. Если смотреть обычным зрением, то феерически вышло: объятая жёлтым пламенем паранормы брата палка была отбита обычной палкой, безо всяких внешних эффектов.

Но я-то увидела.

Призрачное пламя, всосавшее в себя золотой огонь как… как чёрная дыра! Если только можно найти чёрную дыру, которая способна выглядеть и вести себя как пламя…

Ану хватило с Равиойкой заботы. Он боялся её пришибить, как меня недавно, но и проигрывать сопле клетчатой ему тоже не хотелось. И поневоле пришлось отвечать серьёзнее, чем он думал.

Я пропустила момент, когда Равиойкина защита оказалась пробита очередным мощным ударом. Чёрное паранормальное пламя прогнулось под натиском золотого и внезапно расплескалось брызгами во все стороны. Я вдруг поняла, что часть поганых капель сейчас влетит мне прямо в лицо, и мне это совершенно точно не понравится. И Тумбе-Юмбе тоже ловить их незачем.

Ни о каком огненном щите не возникло и мысли. Если эта дрянь поглощает огонь Ана, то мой ей однозначно на один чих. Я толкнула Тумбу-Юмбу в сторону, и сама пригнулась. Капли пронеслись мимо, упали на землю и распались, оставив после себя неровные подпалины.

В паранормальном спектре оставили. Обычным зрением не увидишь ни за что. Но паранормальное восприятие не только зрение, это… не возьмусь описать… но куда больший диапазон чувств, чем просто восприятие видимого спектра…

Смейтесь, если смешно. Но мне показалось, будто я вижу шрамы на самой ткани пространства. И они постепенно затягивались, как смыкается над упавшим кусочком сахара поверхность густого киселя.

Ладонь жгло. Я осторожно повернула руку. Над кожей проступил силуэт ящероголовой собаки, и тут же растаял, будто его никогда не было.

Я уже о проклятом псе забыла напрочь, и вот, пожалуйста, он проявился. С чего бы вдруг?

Ан между тем протянул поверженной Равиойке руку, и та от помощи не отказалась. От призрачного тёмного пламени не осталось ни следа.

– Вы сражались достойно, – с уважением сказал брат принцесске.

Та важно кивнула, принимая похвалу. И победно задрала передо мною нос: на, гляди, я – лучшая. Меня хвалят! А потом ей вломилось в сознание, что мы, я и Тумба-Юмба, держимся за руки. Непередаваемая игра эмоций, мне за принцесску даже страшно стало. Вдруг взорвётся ещё от злости. Прямо тут.

Я лишь улыбнулась ей снисходительно. Ты-то лучшая, никто не спорит. Чёрной гадостью обволакивать себя можешь, с братом моим драться на равных – пожалуйста, сколько угодно. Но в отношения-то позвали – меня!

Равиой подобрала курточку и поспешила убраться из тренировочной зоны. Она бы пихнула меня плечом, – хотела, я видела! – и под это дело какую-нибудь пакость устроить, вроде ожога тем же призрачным пламенем своей странной защиты. Но я вовремя с её дороги посторонилась. Не вышло у неё ничего.

Тумбе-Юмбе я честно рассказала всё. Только о ящероголовой собаке умолчала. На неё у меня установился какой-то мощный блок, вроде того, что запрещал трепаться об истинном статусе доктора Кармальского. Но тот психокод сам Кармальский и ставил, перворанговый телепат.

А на собаку…

На собаку, скорее всего, я запрограммировала себя сама. Потому что хотела попасть в экспедицию и не хотела муторных вопросов, обследований, запросов, которые неизбежно похоронили бы моё участие в раскопках, с гарантией.

Ну. Она же вроде как не мешает, псина эта несчастная. Нарушения свободы воли я в себе не наблюдаю, да и Кармальский бы отследил такое сразу же. Индекс Гаманина зато вверх скакнул, разве плохо?

А Равиойка поймала Тень. И ей вроде бы тоже как будто ничего. Не отослали. Меня бы точно отослали, я никто и звать никак, а она – принцесска таммеотская, рамеевтой, вот и осталась.

Да что одно и то же в мозгу перекатывать! Забыть и перестать думать, раз никому жить не мешает.

– Чёрное призрачное пламя, – задумчиво повторил Тумба-Юмба, выслушав мой рассказ о бое Ана с Равиойкой. – Любопытно…

– Ты что-то знаешь? – прямо спросила я.

– Давно, во времена первого Аркатамеевтана, наш мир был ещё слишком юн и не мог противостоять захватчикам, пришедшим извне, – неохотно объяснил он. – Теневые воины стали кошмаром для нас. С ними справиться не мог никто… почти никто. Равиой – хранительница древнего знания, это же очевидно. Может, она не до конца понимает, чем именно владеет. Безусловно, как у представителя беспамятной расы, очень многие знания ей попросту недоступны. Но её мастерство впечатляет…