Сестра Огня 2

Глава 16

Каждый уважающий себя нивикийский город Последней эпохи (за два-три века до странной и тотальной гибели этой цивилизации) строился от центральной площади. Улицы расходились от центра радиальными лучами, лучи соединялись кольцевыми улицами. Максимальное количество колец – шестнадцать, такой город был обнаружен на Нивикии-прайм.

У нас, судя по данным орбитальных сканеров, город насчитывал не больше трёх колец. То есть, не сказать, чтобы совсем уж захолустье, но и каким-то значимым центром он не являлся. Так… районное что-то. На уровне свободного поселения Старой Терры численностью населения этак в тысяч триста...

Большой вопрос, найдём ли мы здесь остатки Врат. Скорее всего, вряд ли. Но обшарить планету сканерами с орбиты снова не получится: местные против.

Я кристаллы Геддарсу близко ещё не видела. Они держались поодаль, и нам советовали к ним не приближаться. С ними только профессор Звёздочка, специалист по межрасовому взаимодействию, общалась, радуарский вуиск по расе, сама кристалл. Госпожу Звёздочку я тоже особенно не встречала. Она крутилась в обществе учёных по своему профилю, взаимодействиям, а я ей на что. Оператор пипидастра, как метко выразился братец.

Наказание закончилось, и мы с Равиойкой снова вернулись в раскоп. Я на неё поглядывала с опаской: принцесска никак не реагировала на наши с Тумбой-Юмбой «за ручку» и поцелуи. Но, зная таммеотку, я предполагала, что однажды она что-нибудь выкинет, достаточно опасное. Я же видела, как она с Аном дралась!

– Что это на ней такое чёрное было? – пристала я к брату. – У тебя – золотой огонь, у меня обычный красный. А у неё – чёрный. С чего чёрный-то?!

Ан всё-таки включил сержанта и почти каждый вечер я у него то отжималась, то приседала, то от палки уворачивалась. Никакой личной жизни: после занятий болело всё!

– Тяжело в учении, легко в бою, – посмеивался братец, и снова безжалостно гонял меня по тренировочному полю.

В итоге я научилась держать огненный щит аж двадцать минут подряд, не задыхаясь и не валясь с ног от паранормальной усталости, причём чувствовала, что и это ещё не предел. А однажды умудрилась заехать дорогому родственничку палкой по плечу. За что поплатилась тут же, но ведь смогла же! Пробила его защиту! Ай да я.

Он лишь усмехался, глядя на то, как я радуюсь победе. Смысл его усмешек дойдёт до меня много позже, когда представится случай понять, чего я реально стою, в настоящем бою, не в учебном. А пока я просто задирала нос, мол, смейся, смейся, я тебе ещё раз палкой засвечу. Чтоб не зевал. И не считал салажонком, да ещё и зелёным.

Но почему у Равиойки на защите оказалось призрачное чёрное пламя, Ан не знал.

– Рамеевтананеш! – сказал он. – У них свои секреты…

– А она бы тебя одолела? – спросила я.

– Нет. Она – нет. Но кто-нибудь из её сородичей, старше и опытнее, – возможно.

– Возможно! – фыркнула я. – Тебя нельзя победить вообще, ты же мой брат!

– Лик, не будь ребёнком. На всякую силу всегда найдётся ещё одна сила, мощнее и больше.

– А меня? – спросила я о главном. – Меня Равиойка отлупить сможет?

– Тебя – сможет, – без колебаний ответил он. – Ты, прости, кисель. Недоваренный.

Обидно, но посмотрим неприятной правде в глаза. Что я могу противопоставить чёрному пламени, нехорошо похожему на чёрную дыру? Допустим, чёрных дыр я ещё вживую не видела, паранормальным зрением, имею в виду. Обычным-то на неё посмотреть можно всего один раз, и никогда потом никому не рассказать об этом. Особенно если у тебя нет первого телепатического ранга в кармане.

– Рамеевтананеш зовут ещё теневыми воинами, – вспомнила я. – Во времена первого Аркатамеевтана они отпинали Оллирейн, представляешь. Правда, у ольров тогда ещё ничего за душой не было, дикие люди, на деревьях сидели. Но уж не оттуда ли у рамеевтананеша это умение? Пронесли через тысячелетия…

– Это уже к тёте Нохораи, – серьёзно ответил Ан. – Первый Аркатамеевтан – по её части. Ладно, топай уже… вон, за тобой пришли…

Тумба-Юмба уже ждал меня с глупой улыбкой на лице. У меня физиономия расплылась в такую же. А не всё ли равно, кем тебя считают окружающие? Главное, не считает дурой тебя он.

Я быстро привела себя в порядок после тренировки – рядом со спортивным блоком стояли кабинки акустического душа, очень удобно.

– Слушай, – сказала я решительно, – мне надоело звать тебя Тумбой-Юмбой.

– А что же так? – спросил он, беря меня за руку.

Снова жидкий огонь, от макушки до пяток. Кажется, я никогда не привыкну. Каждое прикосновение – как первый шаг в лаву после пробуждения паранормы: восторг и щемящий обрыв сердца, будто летишь в невесомости…

– Я придумала такое прозвище со злости, – объяснила я. – Ты меня взбесил! Помнишь, тогда, сразу после приёмных экзаменов? Когда мы результат на табло ждали.

– Помню, отчего же не помнить.

– Вот. А у нас на Старой Терре «тумбо-юмбо» – это нарицательная характеристика неотёсанного болвана из дикого племени. Что ты улыбаешься? Почему смеёшься?!

– Я это сразу же выяснил, в тот же день.

– И… что? – растерялась я.

В самом деле, если вдуматься. Доступ в информ никто же не отбирал, а Тумба-Юмба у нас любопытный, как все его сородичи…

– Сначала я разозлился. Потом возмутился. Потом решил за тобой понаблюдать. А потом…

– Принёс тараканов, – услужливо напомнила я.

– Да, – признался он безо всякого раскаяния.

Какое-то время мы вдвоём переживали яркие «тараканьи» мгновения, каждый – свои. Но вот же странно, тогда я хотела Тумбу-Юмбу убить. Сейчас мне было смешно.

– Тебе помогли тогда? – спросил он. – Фобия ушла?