Сестра Огня 2

Глава 19

… Раскоп продвинулся на четыреста метров. Ощутимый прогресс, но в масштабе всего города – капля в океане. Как я уже говорила, основание, на котором лежал город, уходило вниз под углом. И вскоре мы уже копошились у основания довольно высокой стены.

Весь верхний пласт предполагалось в скором времени снять, но, судя по сканам с орбиты, дальше город вёл себя странно. Какие-то его части поднимались вверх, какие-то уходили дальше вниз. У меня возникло впечатление, будто несчастный этот город внезапно оказался посередине бушующего горячего океана. А потом океан начал застывать, и город как бы растрескался, что ли. Там, где защита просела.

И ещё вопрос по защите! Что это было, какие-то силовые поля или паранорма вроде нашей психокинетической… Кто же теперь скажет!

Но город будто разломился на несколько частей, и эти части осели там и так, как у них получилось, а потом океан застыл навсегда. Анализ пород, находящихся под городом, не допускал никаких двойных толкований: базальтовые породы с вкраплениями оливина…

Что могло расплавить их? Что защитило город от неизбежного тотального уничтожения? Загадки, загадки…

Равиойка без конца крутилась рядом со мной и Томпалем. Раздражала. Хотелось прибить её уже, чтоб не лезла. Но… вдруг она снова покроется той чёрной гадостью своей паранормы? Я же ничего не смогу сделать!

... Мы «шли» вдоль широкой каменной улицы. Мостовая сохранилась хорошо, вместе с оброненной ходившими по ней горожанами мелочью. Каждый камень тщательно обметался и обследовался. В моём контейнере скопилось уже изрядно предметов: длинная шпилька с цветком из алого рубина на конце, несомненно, царила среди всяких пуговиц, небольшого ножика с каменной рукояткой, половинки сторожевой собачки-стерегущего, ящероголовой, естественно…

Фигурку собаки раскололо вдоль, мне достался этакий магнитик на коллекционную доску: гладкая внутренняя сторона, рельефная внешняя, с мордой в профиль. Вторая половина улетела куда-то в другое место или никогда здесь не бывала. Могли, допустим, дети играться испорченной культовой вещью? Но уж больно чистым оказался срез, будто лазером пополам поделили…

Среди костей нивикийцев ещё не нашли ни одного собачьего черепа, из чего учёные сделали вывод: ящероголовые псы – персонажи фольклора и верований, но уж никак не живший когда-то биологический вид приручённых животных, вроде старотерранских собак или лошадей.

Я попыталась найти вторую половину фигурки. Тут же как? Ползаешь на коленях, с каждого миллиметра пылинки сдуваешь, а в спину жарит полуденное солнце. Но оно того стоит: можно заметить совершенно исключительную вещь! Хотя обычно не замечаешь, конечно же.

Камни под моими локтями внезапно разъехались, и я вдруг осознала, что с визгом лечу куда-то вниз, и следом за мной сыплется обвал, неудержимый, как лавина. Я ещё успела увидеть высоко наверху Равиойкино лицо – чёрное на фоне пронзительно-синего неба. Потом меня тюкнуло в затылок, и я отключилась.

Очнулась в темноте. В полном, гулком, отменно жутком мраке. Судя по ощущениям, в том числе и паранормальным, подземное пространство вокруг оказалось не просто большим, оно было громадным. Где-то вдалеке сочилась вода: падающие капли ввинчивались звонким перестуком прямо в мозг.

Я подожгла огонёк на пальце. Подняла руку.

Да, подземелье! Судя по добротно выложенным камнями стенам – не просто какая-то там пещера, а нижний этаж нивикийского города. Я судорожно врылась в собственную память: строили нивикийцы свои города по принципу два в одном: внизу мрачные подземные залы, наверху – красивые постройки. К какому классу относилось это подземелье? Ничего толком не вспомнила, мысли разбежались в сторону.

Сверху не просачивалось ни капли света. Когда я упала, то откатилась вниз – пол здесь шёл наклонно, в полном соответствии с наклоном улиц верхнего города. И свалившаяся сверху порода не погребла меня под собой только по чистой случайности.

Я прислушалась, пытаясь понять, начались ли наверху спасательные работы или же нет. Ничего. Я села рядом с обвалом. Сейчас меня откопают. Вот прямо сейчас!

Время шло, откапывать меня никто не торопился. Я осторожно приложилась к фляге с водой, и мне стало страшно: я же совершенно не экономила воду раньше! Зачем, если можно вернуться назад, к передвижному блоку и набрать там воды себе снова! Здесь, конечно, что-то капает, но насколько оно годится для питья? Нет ли там каких-нибудь примесей, которые не способна выжить моя паранорма? Да и от места провала уходить слишком уж далеко нельзя.

Заблудиться в этих залах ещё не хватало…

Я поднялась – если отойти недалеко, ведь ничего же не будет? – подожгла ладонь и стала осматриваться.

Каменная полигональная кладка, характерная для поздней Нивикии. Никаких украшений, ничего. Осветительные приборы, стилизованные под факелы, – нивикийцы знали электричество и с успехом применяли его в быту. Мне не поможет ничем: местные электростанции давно разрушены.

Через каждые полтора метра в стене попадались небольшие ниши. Абсолютно пустые. Что в них лежало и лежало ли вообще, кто теперь скажет, без сканеров. Я провела пылающей ладонью над нижней частью одной такой ниши. Паранормальный анализ структуры материала…

Гранит. Десятитысячелетняя пыль. Пламя внезапно отразилось от чего-то глянцевого, послало мне в глаза колкий блик. Я отшатнулась, потом пригляделась.

В глубине ниши лежало сложносочинённое кристаллическое тело без признаков жизни. Где-то я уже видела такие острые, похожие на гигантские иглы, лучи…

Да это же радуарский вуиск!

– Эх, вы, профессор Звёздочка, – выговорила я тряским голосом. – Я ещё – ладно… оператор пипидастра. Но вы-то здесь что потеряли?!

Она не ответила мне. Неужели умерла?! Я прикрыла глаза, пытаясь ощутить искру жизни, целительский минимум, обязательный для всех психокинетиков, пришёл мне на помощь.

Поначалу у меня ничего не выходило. Камень и камень, без признаков рассудочной деятельности. И то, что я знала о физиологии разумных кристаллов Радуары? Госпожу Звёздочку я только издалека видела, не было нужды подходить близко, и уж тем более, не о чем было с нею разговаривать. Доктор Кармальский с нею беседы вёл, телепатически, а я-то…