Сёстры-Близнецы. Том I

IX САЛОН МАРКИЗЫ РАМБУЙЕ

– Так значит месье де Гильон получил от тебя отпор? – вопрошала Аврора, примеряя аметистовые серёжки к сиреневому платью.

– Одень лучше бриллианты. У тебя платье сиреневое, а аметист с ним сольётся.

Вероника была в нежно-розовом платье на тонких бретелях. Юбка этого платья была сделана из лёгкого фатина и украшена аппликациями из цветов. И если с чем сравнивать стоило сейчас Веронику, то это с нежным зефиром.

Аврора, наоборот, выбрала шелковое платье цвета фиалки, с небольшими рукавами в три четверти, где талию подчёркивал широкий пояс в тон платью. Платье было длинным, без пышности с достаточно скоромным декольте, но так изящно подчёркивающее свежесть и молодость девушки. 

– Так Гильон получил от тебя отпор? – переспросила Аврора.

– Можно сказать и так.

– Что же случилось? – с беспокойством спросила Аврора – И к чему это, кольцо с бриллиантом? Ты же не любишь кольца.

– Я помолвлена как бы. – ответила Вероника, из-за чего лицо Авроры стало перепуганным. – Я ему наврала, что в России у меня есть жених и скоро свадьба. – пояснила она.

Аврора долго смеялась, разглядывая платье сестры и потом с восхищением сказала:

– Да тебя хоть сейчас замуж. Платье уже есть.

– Давай закроем эту тему. Я это сделала специально, не объяснять же ему, что я не готова к отношениям. Да боюсь, он бы не понял меня. Просто поддерживай эту легенду, если он спросит и всё.

– Рискованная затея. Я на твоём месте, лучше бы сказала правду и попросила понять. Ну да ладно.

– Я боюсь того же, что и ты, что мне так же плюнут в душу, я не хочу подпускать к себе никого. – она надела болеро, поправила бант на поясе. – Я очень хорошо помню, как ты страдала, когда узнала о тайных делах твоего Скворушки и сама так страдать не желаю. Пошли, нас месье де Тревиль заждался.

Господин де Тревиль, в атласном серебристом камзоле и с белыми перьями на шляпе, производил шикарное впечатление на всех, кто проходил около Лувра. Подкрученные усы, завитые локоны, длинная, до блеска начищенная шпага и гнедой жеребец – вот каков был портрет бравого воина, когда надо становившимся придворным щёголем, а когда надо и храбрым воином. 

Около Лувра стоял портшез, арендованный сёстрами, а когда они вышли, то Арман был буквально ослеплён их красотой.

– Господин де Тревиль, я слышала, что в гостиной маркизы стены и потолок покрашены в голубые цвета, а сама она, как олимпийская богиня возлежит на кровати. – поделилась знаниями Вероника.

– Минуту терпения, мадемуазель, скоро вы сами узнаете правда это или нет. – отвечал Тревиль, гарцуя верхом рядом с портшезом со стороны, где сидела Аврора. Он не спускал с неё глаз.

– Цветы, месье, купите цветы. – прелестная молодая парижанка протягивала капитану цветы, которые он приобрёл по сравнительно небольшой цене, всего десять су за букет хризантем.

Он тут же вручил их Авроре.

– Как вы удачно отгадали! – Аврора улыбнулась ему. – Это мои любимые.

– Милая Аврора, вы прекрасны, а когда улыбаетесь, вам нет равных по очарованию.

Вероника даже немного позавидовала, глядя сколько счастья в глазах сестры, было понятно, что она влюбилась.

Скоро они приехали в этот прелестный особняк, который находился на улице Сен-Тома-дю-Лувр. Он отличался от других своей лёгкостью и казался просто воздушным.

– Месье де Тревиль. – воскликнула пятнадцатилетняя Жули, услышавшая его голос и бряцание шпор.

Он дал слово, что представит маркизе «Дочерей Востока», как прозвали их в салоне, здраво рассудив, что загадочная Россия находится где-то на Востоке.

– Прекрасная Артенаис, – Тревиль сначала вошёл один, – рад видеть вас в прекрасном здравии.

На лице маркизы и её гостей можно было прочитать вполне справедливое удивление.

–Я рада вас тоже видеть в нашем изящном обществе, мой милый капитан. Но помню, что мы ждём появления Дочерей Востока.

– О, прекрасная Артенаис я не мог забыть сделать вам приятное. Они здесь и сейчас вы увидите этих богинь. Я думаю, вы не разочаруетесь.

Вошли сёстры. Шёпот восхищения прошёл среди гостей салона. 

Маркиза, действительно возлежала на постели, увидев их она с любопытством посмотрела на них. . У неё на лице появилась довольная улыбка. 

– Дочери Востока… Знаете, – обратилась она к гостям, – я их представляла по-другому, но вижу, что они превзошли все мои ожидания. Добро пожаловать в нашу изящную компанию, где царствуют музы и поэты.

– По истине, сама Евтерпа*  захотела спуститься в этот приют искусства, где так лелеют её детей – поэтов. – отвечала Вероника в такт маркизе. 

Тут перед маркизой склонился Тревиль, встав на одно колено и открыл голубую коробочку, где лежали засахаренные вишни.