Сёстры-Близнецы. Том I

XV ПРИЗНАНИЯ

Звонили колокола собора. Вероника стояла около окна и смотрела на то, как монахини полют грядки. Яркое солнце светило в окно и на небе не было и облачка.

Возвращаясь из Суассона, сёстры ехали через Санлис. После случившего Вероника была в подавленном состоянии несмотря на то, что открыла в себе любовь к Раулю. Ведь из-за неё мог погибнуть человек, притом не один. Она чувствовала, что завралась настолько сильно, что самой становилось противно.

Ей нужен был отдых, и она нашла его под сенью этого женского монастыря. За одно она могла почитать об Анне Ярославовне, поэтому Вероника осталась тут, на неделю, в то время как Аврора продолжила путь в Париж вместе с месье де Тревилем.

Девушка отошла от окна и снова села за книгу.

Мысли её были далеко. Она думала о случившемся, о Рауле. Когда она думала о нём сердце начинало колотится, сильно, очень сильно. На губах играла лёгкая улыбка, но и она быстро исчезала, она беспокоилась за него. Когда они уезжали, он остался в замке графа де Суассона в плохом состоянии. 

В дверь библиотеки постучали и вошла монахиня:

– Можно ли к вам войти, сестра? – она робко заглядывала сквозь открытую дверь.

– Да, конечно. – ответила Вероника.

Монахиня села рядом напротив неё. Вероника смотрела на неё. Как она не была похожа на всех остальных монахинь. У неё было полненькое, круглое, румяное лицо, большие живые глаза, с озорным огоньком смотрели с любопытством на Веронику.

– Как вас зовут? – спросила Вероника.

– Сестра Мария. – ответила монахиня.

– Меня тоже зовут Мария. – Ответила Вероника. – Это моё второе имя. А вообще все меня зовут Вероника.

– А мне как вас звать?

– Ты можешь звать меня Вероника или Мария. Как будет тебе удобно.

– Тогда я буду звать как все, Вероника, – и она улыбнулась. – Знаете, тут скучно и поговорить не с кем, а сёстры монахини только и делают, что читают нравоучения и пугают адом.

– Как же так? – смутилась Вероника. – Вам тут скучно? Я всегда думала, что все, кто отдают себя богу, делают это сознательно. Это твой выбор.

В ответ монахиня рассмеялась.

– Нет. Это не мой выбор, – она встала со стула и начала ходить по комнате, – абсолютно не мой. Я никогда не испытывала тяги к религии. Будь моя воля, я бы блистала при дворе, – она развела руками в стороны, – имела бы любовника или была бы подругой королевы. Но увы, я здесь. А мне всего лишь восемнадцать.

– Как же ты тут очутилась?

– Я происхожу из древнего дворянского рода, но увы обедневшего. Детей нас у отца, девять человек. Я младшая. Старшим сёстрам, а их у меня шесть, смогли дать хоть какое-то приданное, а мне не хватило. Ну и что же… Мои родственники нашли мне мужа и однажды он приехал к нам. Шестидесятилетняя богатая развалина, от которой за тысячи лье разит чесноком и ещё какими-то притираниями. – при этом она состроила презрительную гримасу. – Но он был богат, вдов и согласился взять меня бесприданницей, лишь бы я нарожала ему наследников. 

– И что же? – заинтересованно спросила Вероника, отложив книгу в сторону.

– И что же? – разочарованно прошептала Мария. – Я просидела с ним целый вечер рядом. И меня хватило. Когда представила, что придётся спать с ним...Я тогда взбрыкнула и сказала, что лучше уйду в монастырь, чем выйду за него замуж. Но для того, чтобы уйти в монастырь тоже нужны деньги. И только представьте, он согласился внести за меня деньги, после этого я ушла в монастырь. Если бы вы знали, как я жалею об этом. Уж лучше бы я вышла за него замуж, дождалась его смерти и уже богатой вдовой вышла замуж за какого-нибудь офицера или придворного. Но я не знала, что так можно. Ведь никто не рассказал. 

– Грустно, – прошептала Вероника, – если вы бы хорошенько подумали, быть может не жалели бы. Это глупо принимать решения на эмоциях. Сколько вам тогда было?

– Шестнадцать. – ответила Мария. И Веронике осталось только поразится.

– Бедное дитя. – прошептала она.

– А вам сколько? – полюбопытствовала её собеседница.

– А сколько же вы мне дадите?

Монахиня долго смотрела на неё.

– Семнадцать. – сказала она наконец. 

Вероника рассмеялась. 

– Боже, неужели я так выгляжу молодо?

– Сколько же вам? Вы так молодо выглядите, как свежая роза.

– Не поверите. Мне исполнилось двадцать три.

Вскоре Вероника покинула стены монастыря и приехала в Париж.

Первым делом Вероника решила собрать сведения о Рауле. Говорили о дуэли много, и естественно, именно Веронику обвинили в подстрекательстве и провокации.

На помощь Веронике пришёл месье де Тревиль, он ей рассказал, что случилось за неделю её отсутствия.

С его слов, через три дня Рауль смог уехать из Суассона, несмотря на плохое самочувствие и уговоры сестры. Но по приезде в столицу, он свалился в страшной лихорадке. Неделю месье де Гильон лежал в страшном забытье, и никто практически не сомневался в его скорой смерти, но вчера его сознание немного прояснилось.